Чтение онлайн

– Эту б… – негр повернулся к своему подельнику, – она тебе нужна? Зачем? Мы заплатили ей сто баксов, чтобы она отсосала всем троим.

– Я заплачу тебе тысячу, если через две минуты ты будешь стоять на ногах. А если нет – эту тысячу заплатишь мне ты. Или тот, кто останется жив.

– Ты пробуждаешь во мне зверя, сахарок, – довольно осклабился негр, – но если тебе нужна эта б…ь, забирай ее.

В этот момент второй негр резко швырнул девчонку навстречу нам, как снаряд.

Мысленно попросив прощения у дамы, я сделал шаг вперед, не разрывая, а сокращая дистанцию и пропуская девушку рядом с собой – ловить ее было некогда. В следующее мгновение я ударил негра вытянутым указательным пальцем в глаз, со всей силы. Прием спецназа, выводит из строя противника быстро и надежно. «Представители черной расы» кое в чем ошиблись. Они были нацелены на драку, пусть и нечестную, а меня в свое время натаскивали убивать. Убивать голыми руками, и делать это максимально эффективно.

Негр взревел от боли так, что заложило уши, а я уже ушел с его линии атаки и оказался рядом со вторым. Второй занял свою руку тем, что крутил, раскрывая, филиппинский нож-баллисонг, так называемую «бабочку». Ему досталось одновременно носком ноги в пах и кулаком, сжатым, как «голова кобры», по сонной артерии. В свое время нас учили убивать человека ударом ноги в пах – разрыв брюшины, размозжение половых органов и верная смерть, причем нелегкая. Сейчас на мне были не десантные сапоги с подкованным сталью носом, а простые ботинки из натуральной кожи, правда, с весьма крепкой подошвой – убить не получилось, но с потенцией у парня проблемы будут всю оставшуюся жизнь. Негр не успел ни закричать, ни махнуть ножом – он просто повалился как куль, потеряв сознание от болевого шока и удара по сонной артерии. За спиной послышался звук солидного боксерского удара – это Микеле как следует приложил первого негра, ставшего моими стараниями циклопом. Отскочив, чтобы падающий негр не сшиб меня с ног, я ушел от размашистого удара ножом третьего. Одним движением сбросил пиджак, перехватил…

Махнув ножом, негр остановился – видимо, до него наконец-то дошло, что разборка идет совсем не по плану, не так, как обычно. Он чуть посерел – негры, когда пугаются, не белеют, а сереют. Выставив перед собой пиджак, который стоил семь тысяч долларов и которым я собирался перехватить руку с ножом, я смотрел в глаза третьему негру, который все еще стоял на ногах. Не совсем твердо, но стоял.

За спиной что-то грохнуло, я не стал оборачиваться – Микеле продолжал расправу.

– Штука баксов с тебя, черномазый, – негромко сказал я, перемещаясь в более удобную позицию, – таков был уговор.

– Ты кто такой, ублюдок? – в голосе негра проскальзывал страх.

– Имперский маг Нью-Йорка. Знаком с местными клавернами? [27]

Негр что-то выкрикнул, какое-то нечленораздельное восклицание – и бросился вперед, замахиваясь ножом сверху по широкой дуге. Нож я перехватил пиджаком, потом зафиксировал руку, сил бросить такую тушу через плечо могло не хватить, поэтому бросил через бедро – прощай пиджак за семь кусков. Негр ахнулся на кафель так, что дрогнули стены и намертво вделанные в них зеркала, я мгновенно оказался сверху и парой ударов выбил из него сознание. Яме – конец поединка.

Вскочил.

Черт бы все побрал…

Микеле, прижав циклопа к стенке туалета, упражнялся на нем, как на боксерском мешке. Было видно, что это доставляет ему удовольствие.

– Заканчивай с этим. – Я достал телефон, набрал номер дежурного.

– Дежурный.

– Это Первый, – я представился так, как меня обычно называли, – служебный туалет на втором этаже. Пришлите сюда пару парней покрепче. И вызовите «Скорую».

В этот момент Микеле нанес особенно сильный, добивающий прямой в голову – и негр, выломав запертую дверцу туалетной комнаты, провалился туда внутрь.

– Ва бене… – сказал Микеле и облизал сочащуюся с ободранных костяшек кулака кровь.

– Долго возился.

– Эти черномазые совсем оборзели. Вчера какие-то пришли к Альфонсо, у него пиццерия на сорок второй, и сказали, что, если он не будет им платить, они его изнасилуют. Траханые ублюдки, мы никогда себе такого не позволяли.

– Моя охрана берет от пятидесяти долларов в день.

Микеле усмехнулся.

– Scuzi [28] , дон Алессандро, но с такими делами мы разбираемся сами.

– Я не дон. Твой отец – он дон, но он не будет махать кулаками в туалете.

– Вы правы, он устроит так, чтобы этих ублюдков если потом и найдут – так найдут в багажнике машины, поднятой со дна Ист Ривер. И потом коронеру [29] придется поработать, чтобы опознать их. Но я благодарен вам, синьор.

– За что?

– Это с ними я сцепился тогда. Ну…

Я кивнул, принимая благодарность.

Хлопнула дверь, в туалет ввалились двое с шокерами, за ними – сам Марк Мишо, у него был пистолет шестьдесят восьмого калибра, стреляющий шариками с раздражающим веществом и красителем. Были и шарики с мелкой дробью – но это на самый крайний случай.

– Э, э! – окликнул я, видя, как Мишо вскинул пистолет, целясь в Микеле. – Отставить, это свои. Вот этих забирайте.

Бывший агент ФБР посмотрел на меня с уважением – он сам работал на улице и знал, как сложно справиться с тремя громилами-неграми, причем голыми руками.

– Должно быть, вам следовало вызвать подкрепление, сэр, – негромко сказал он, – эти парни очень опасны, никогда не знаешь, что у них в кармане. А наркомана можно колотить как мешок с песком двадцать четыре часа без перерыва – и он будет только лыбиться. А ну-ка, стойте…

Двое с шокерами, уже упаковавшие двоих в наручники, остановились. Бывший агент ФБР подошел к третьему, посмотрел в его разбитое лицо, потом пару раз хлестнул по щекам, чтобы привести в себя. Негр, тот самый, который лишился глаза, а потом нашел упокоение на туалетном сиденье, глухо заворчал.

– Просыпайся, просыпайся, Дариус. Ты ведь у нас крепкий ублюдок.

Негр застонал.

– Какого черта… Я подам на вас в суд.

– Вот. Твои мозги работают только после хорошей встряски, Дариус, не правда ли?

– Мишо… Чертов ублюдок.

– Это ты – чертов ублюдок.

– Я подам… подам в суд… козлы.

Негр мокро закашлялся, заперхал, видимо, Микеле его неслабо обработал.

– Не раньше чем тебе вставят глаз, чертов псих. Уберите его отсюда, пока я не разозлился!

Вошли еще двое – для транспортировки каждого негра до машины «Скорой» нужно было как минимум два человека.

– Я вынужден выразить вам признательность, сэр, – сказал Мишо, – этого ублюдка мечтает приложить так каждый полицейский Нью-Йорка. Не знаю, как это у вас получилось, но после того, как об этом узнают в баре на пятьдесят шестой улице, вам долго не придется там платить за свою выпивку…

– Знаешь его?

– Лучше, чем хотелось бы, сэр. Этот ублюдок имеет какие-то темные дела, но он очень осторожен. Он еще пацаном угодил в каталажку за вооруженное нападение. В зоне, когда мотал срок, познакомился по переписке с какой-то дурой, она встречала его у ворот. Через пару месяцев школьный педагог заметил, что с одним из детей в негритянской школе что-то неладно. Оказалось, что у этой женщины был сынишка десяти лет, и этот скот насиловал его, когда надоедали женщины. Копы дали ему хорошую взбучку в участке, но он выжил.