Чтение онлайн

Агент кайзера поддерживал тесную связь с одним из сотрудников немецкого посольства в Риме, неким Францем фон Стокхаммерном, который с началом войны принял на себя руководство секретными агентурными сетями своей страны в Италии. Чтобы не допустить вспупления Италии в войну, Эрцбергер и Стокхаммерн в тесном сотрудничестве со Священным Альянсом в лице Антонио Лапомы, который имел задание прекращать любые попытки политиков, партий, гражданских движении и организаций втянуть Италию в конфликт на стороне того или другого противника, проводили тайные операции.

Папа Бенедикт XV и государственный секретарь кардинал Пьетро Гаспарри знали, что именно тут лежали кайзеровские миллионы марок. Стоит ли удивляться, принимая во внимание нейтралитет Святого престола, что и итальянская католическая пресса, провозглашавшая себя выразителем мнения итальянских граждан твердо стояла на защите нейтралитета Италии. В начале 1915 года австрийское посольство в Риме доложило Вене, что некоторые итальянские католические газеты (на самом деле их было около полусотни) подчеркивают, что единственным другом центральноевропейских империй остается Италия, которая стойко сопротивляется попыткам втянуть себя в военный конфликт.

Австрийская разведка знала от разных осведомителей, что итальянские средства массовой информации получают вспомоществование из неизвестных источников и что, возможно, тут не обошлось без посольства Германии в Риме. На самом деле эти «вспомоществования» выплачивались из тех денег, которые кайзер Вильгельм переправлял в Ватикан через швейцарские банки. Их выдавал редакторам газет агент Священного Альянса отец Антонио Лапома.

Посол Великобритании при Святом престоле сэр Генри Ховард получал, возможно от кардинала Фрэнсиса Эйдена Гаскета, сообщения о сборищах в личных апартаментах Франца фон Стокхаммерна в элегантном отеле «Рюсси» в Риме. Там немецкий дипломат потчевал своих гостей французским шампанским и русской икрой. Среди его гостей были и кардиналы, и аббаты римских монастырей, и несколько епископов, связанных с важными департаментами Ватикана. Именно они писали статьи и иногда даже давали германскому дипломату советы относительно пропагандистской кампании, проводившейся в рамках операции «Белый Медведь». Благодаря этой кампании, руководимой агентом германской разведки Францем фон Стокхаммерном и агентом Священного Альянса отцом Антонио Лапомой, общественное мнение стало склоняться на сторону центральноевропейских империй и нейтралитета Италии и настраиваться против Антанты. Сер Генри Ховард подал формальный протест государственному секретарю кардиналу Пьетро Гаспарри, но результаты были весьма незначительны — Гаспарри обещал попросить редакторов газет постараться по возможности придерживаться большего нейтралитета в своих статьях и изданиях. Папа Бенедикт XV приказал Гаспарри, чтобы он, если пресса будет продолжать нападки на Антанту, сам написал статью в L'Ossewatore Romano,в которой осудил бы редакторов этих изданий. Но критики на страницах газет даже несколько усилилась, хотя кардинал Гаспарри потихоньку выдавал время от времени некоторые субсидии той или другой газете за то, чтобы какая-то статья или карикатура на Антанту остались неопубликованными. И эти субсидии тоже брались из денег, которые передавала Ватикану Германия.

Итак, Франц фон Стокхаммерн интенсивно работал с прессой, а Матиас Эрцбергер — с отцом Лапомой. С помощью большинства средств массовой информации они изливали на общество пропаганду нейтралитета и заставляли изменять мнение даже тех, кто вначале хотел вступления Италии в Первую мировую войну.

Поздней весной 1915 года папские шпионы сообщи ли немцам, что первый министр Италии Антонио Саландра и его министр иностранных дел Сидней Сонино собирались заставить парламент и кабинет министром утвердить договор, который они в этом месяце тайно подписали в Лондоне. Согласно этому договору, Италии должна была вступить в войну на стороне Франции и Великобритании. Отец Лапома связал Эрцбергера с Паскуале Гриппо, министром образования в кабинете Саландры.

Отец Лапома уже поставил Матиаса Эрцбергера в известность о своих секретных встречах в церквях Рима. Во время этих встреч Гриппо говорил ему, что когда Саландра и Сонино вышли с предложением начать войну на стороне Франции и Великобритании, свое несогласие высказали несколько министров, в частности министр связи Винченцо Риччо и министр сельского хозяйства Джанетто Кавасола. И Риччо, и Кавасола были твердыми сторонниками нейтралитета любой ценой.

После сообщения Паскуале Гриппо в Вене и Берлине решили, что воинственные настроения пробивают себе дорогу в Италии. Надежды секретных служб Германии и австрийского правительства были связаны с Джованни Джолити, влиятельным политиком с огромными связями и различных сферах общества, в том числе и в парламенте. Эрцбергер, Стокхаммерн и отец Лапома считали, что требуется выиграть время — или купить его, если потребуется. Эрцбергер получил из Берлина пять миллионов лир, которые следовало распределить между несколькими членами итальянского парламента. Австрийцы уже успели подкупить еще нескольких депутатов, а немцы (через Стокхаммерна) — нескольких журналистов, которые должны были усилить нападки на Антанту. Отец Лапома должен был собрать подписи епископов и кардиналов против вступления в войну. В этом деле ему помогали отец Фонк, директор Иезуитского института Библии, агент службы контрразведки с большим стажем, и монсеньор Бонкомпаньи, который занимал высокий пост в Ватикане и имел обширные связи в Римской курии и среди римской аристократии.

Посольство Германии реагировало, по приказанию кайзера Вильгельма, именно так, как и следовало ожидать. Нужна была поддержка папы Бенедикта XV. Поздно вечером 6 мая Францу фон Стокхаммерну при помощи Счищенного Альянса и секретаря папы монсеньора Джузеппе Мигоне удалось попасть в Ватикан. Хотя швейцарская гвардия закрывала ворота в девять вечера, а за всеми входами и выходами наблюдали сотрудники разведывательной службы и итальянская полиция, монсеньор Мигоне сумел провести шпиона Стокхаммерна в апартаменты папы. В маленькой гостиной его ждал Бенедикт XV.

Его святейшество считал, что итальянский министр иностранных дел Сидней Сонино затеял игру, слишком опасную для судеб Италии. Во время этой тайной аудиенции Стокхаммерн открыто предложил папе в обмен па удержание Италии от вступления в войну территорию австрийского Трентино. А папа Бенедикт XV предложил агенту германской разведки в правительстве Италии всю возможную помощь Ватикана во время следующего заседания кабинета министров. Имя Паскуале Гриппо упоминать не требовалось. Но ни все эти тайные махинации и секретные встречи, ни пропагандистские операции, ни Франц фон Стокхаммерн, Матиас Эрцбергер [46] и отец Антонио Лапома, ни германская агентура, ни Священный Альянс не смогли отвратить неотвратимое. 23 мая 1915 года Италия объявила войну Австрии [47] .

Вскоре итальянские спецслужбы обнаружили, что между спецслужбами Германии и агентурной службой папы римского, да и самим папой Бенедиктом XV, существует взаимодействие с целью оказания влияния на политические решения итальянского правительства, что указывало на потворство Ватикана центральноевропейскимим империям. После вступления Италии в войну Германия и Австрия закрыли свои посольства в Риме и отозвали дипломатов соответственно в Берлин и Вену. Посольства Германии и Австрии при Святом престоле разместились в швейцарском городе Лугано. Франц фон Стокхаммерн перенес в нейтральную Швейцарию и «генеральный штаб» шпионской деятельности. Из безопасного места, каким являлся Лугано, Германия вместе со Священным Альянсом организовывала тайные операции против Италии и других стран — членов Антанты. Одна их таких операций была проведена в Ирландии и финансировалась из размещенных на секретных счетах в швейцарских банках фондов, которые кайзер Вильгельм переводил Ватикану.

Британские спецслужбы установили, что бывший сотрудник консульского корпуса Роджер Кейсмент установил контакт с послом Германии в Вашингтоне графом фон Бернсторфом. Кейсмент родился в Ирландии в 1864 гиду, был британским консулом во многих странах Африки и в Бразилии, откуда писал об ужасных, нечеловеческих условиях, в которых жили работники каучуковых плантаций. В 1911 году король Великобритании произвел Роджера Кейсмента в рыцари, и в том же году тот начал пытаться организовать восстание против Великобритании — государства, которому служил до этого много лет.

Опытный дипломат поставил перед послом Германии в Вашингтоне вопрос о возможности помощи ирландцам со стороны кайзера Вильгельма II. План Кейсмента состоял в том, чтобы поднять в Ирландии восстание против британских оккупантов, которое для Германии могло бы оказаться полезной отвлекающей операцией. Если в Ирландии начнется вооруженное восстание, Лондон вынужден будет для его подавления послать туда свои воинские части, и эти части придется снимать с фронта.

2 ноября 1915 года Роджер Кейсмент прибыл в Берлин, где встречался с разными людьми. Отвечать за так называемую операцию «Эйр» было поручено Францу фон Стокхаммерну. Немецкий шпион слушал патриотические речи Кейсмента о необходимости изгнать англичан из Ирландии, но интересовало его только одно: чтобы Англия отвела часть своих войск от линии фронта. А если для этого ему придется дать денег самому дьяволу — что ж, он готов и на это.

Кейсмент предложил Стокхаммерну сформировать и вооружить за счет Германии армейское соединение из ирландцев. Ядром этого соединения могли бы стать ирландские солдаты, служившие в английской армии, оказавшиеся в немецком плену и содержащиеся в немецких концентрационных лагерях. Кейсмент мог бы заняться отбором людей, а Стокхаммерн должен был взять на себя финансовые вопросы и проблему вооружения этого войска.

Для вооружения этой маленькой армии можно было использовать часть трофейного оружия, добытого у русских на восточном фронте. Изыскание же финансов было вопросом иного рода. И тогда немецкий агент вспомнил о тех деньгах, которые кайзер переводил папе Бенедикту XV за помощь в деле сохранения Италией нейтралитета. Основная часть этих денег все еще находилась на номерных счетах Ватикана. Шеф германской разведки знал, что, если эта операция будет раскрыта, Германия должна будет всего-навсего отвергать все обвинения и переадресовывать их в Ватикан. Франц фон Стокхаммерн полагал, что объяснить связь Рима с восстанием ирландских патриотов-католиков против армии протестантов-англичан будет очень просто. Однако он не учел, что менталитет папы Бенедикта XV в XX веке отличался от менталитета папы Пия V в веке XVI.