Чтение онлайн

Улыбнулась, откусила слегка зачерствевший хлеб и, откинувшись назад, начала медленно жевать.

Закрыла глаза, мечтая... о драконах, которые заберут меня отсюда в ближайшие дни. Эти благородные существа точно не станут издеваться надо мной и выслушают мою историю. Я расскажу, что на самом деле ни в чём не виновна, что меня обманули, принудили выдать себя за мою сестру…

И хотя это всего лишь глупые детские мечты, но… держаться же за что-то я должна, правда?

Когда лепёшка закончилась, я прилегла на тонкую подушку, не открывая глаз. На сердце стало относительно спокойно.

Лоза не сломается просто так. А я – лоза…

Полночи спала хорошо, но сквозь дремоту вдруг почувствовала на колкий чужой взгляд и резко присела. Сердце колотилось, тело дрожало от холода. Я начала лихорадочно оглядываться в поисках того, что так обеспокоило меня, и в этот момент увидела за своим окном... огромный драконий глаз!

Желтая радужка, зрачок веретеном – этот глаз внимательно разглядывал меня, периодически моргая двумя парами век.

Я почти перестала дышать, ощущая небывалую растерянность. Желание броситься навстречу боролось с природной осторожностью и легким страхом, но дракон не стал задерживаться у моего окна надолго и, взмахнув огромными кожистыми крыльями, улетел прочь…

Я сорвалась с места и прильнула к пыльному окну.

Силуэт существа терялся во мраке ночи, но я чётко видела, что он продолжает парить над поместьем, как могучий страж.

О небо! Неужели он… тут живет???

Проснулась на рассвете с петухами.

Руки заледенели, даже шерстяная накидка с одеялом не помогли.

С трудом встала с кровати, потирая озябшие пальцы. Потом начала растирать щеки, пытаясь унять дрожь.

Желудок скрутило от голода: всё-таки две лепёшки на обед и на ужин были слишком скудным питанием. Хотя… в Обители мне приходилось голодать и целыми днями. Особенно когда Настоятельница была не в духе и заставала нас с Нисси за болтовней и шутками. Да, в монастыре с этим было всегда строго. Особенно доставалось моей неугомонной подруге. Её живой характер требовал улыбаться дни напролёт, а неуёмная энергия рвалась наружу, выливаясь в… приключения. Однажды Нисси умудрилась нарвать яблок из монастырского сада. Ночью притащила ко мне в келию целый сверток и уговорила съесть.

Мы редко видели фрукты в своих тарелках: Настоятельница считала, что эти дары неба по степени удовольствия сравнимы со сладостями и могут нам навредить. Поэтому поесть яблок было редчайшим удовольствием. Запретным удовольствием.

Я не устояла. Мы с Нисси съели их все, но на следующий день у нас... прихватило животы. Бедные желудки не привыкли к подобной пище и теперь устроили бойкот.

Настоятельница догадалась обо всём сразу и лишила нас с подругой пищи на три дня.

Все три дня я провела взаперти, цитируя наизусть Писание, стихи любимых поэтов и пересказывая вслух свои любимые истории про драконов. Не так уж сложно оказалось потерпеть голод в компании своих фантазий.

Так что и сейчас я потерплю.

Стук в дверь застал врасплох, и я осторожно приблизилась к ней, чтобы открыть. За порогом топталась девочка-подросток, незримо похожая на вчерашнего мальчика-конюха. Она не посмела поднять на меня глаз и невнятно пробормотала:

– Господин желает видеть вас в холле…

Ответив вежливое «спасибо», я поспешно поправила на себе плащ, прилизала к затылку выбившиеся за ночь волосы и вышла в коридор, чувствуя, как дрожь от холода сменяется дрожью волнения.

Ещё с высоты лестничного пролета увидела, что весь холл заполнен слугами. Юлиан стоял у стены, сцепив руки за спиной. В его облике чувствовались непримиримость и властность, присущие только крайне деспотичным мужчинам.

Но в целом выглядел он, конечно, блистательно. После дорожного костюма герцог облачился в камзол и рубашку, украшенные неброской вышивкой, но пуговицы были покрыты золотом, что было заметно даже отсюда: так неистово драгоценный металл поблескивал во свете льющегося из окон солнечного света.

Густые тёмные волосы шикарной копной обрамляли бледное лицо с аристократично-хищными чертами. От его взгляда бросало в дрожь ещё сильнее, и не только меня. Я остро чувствовала атмосферу страха и благоговения, витающую над всеми присутствующими.

Начала медленно спускаться по лестнице, держась за деревянные лакированные перила. Шорох моего платья и плаща разорвал тишину, заставив почти всех задрать головы.

Это было одно из самых неприятных ощущений в жизни – оказаться под перекрёстными взглядами десятков неприязненно относящихся к тебе людей. Только многолетняя привычка скрывать свои истинные чувства от окружающих позволила мне сохранить достоинство в лице.

Переступила последнюю ступеньку и замерла, не поднимая взгляда на герцога.

– Доброе утро! – проговорила максимально спокойно, но мой голос прозвучал так громко, что резануло даже по собственным ушам. А может это просто от волнения у меня разыгралась фантазия.

Юлиан не ответил, что было крайне невежливо с его стороны, а вместо этого обратился непосредственно к слугам:

– Как вы уже знаете, это моя невеста – Сюзанна де Тюрдор. Инструкции относительно её временного пребывания здесь вам известны, просьба исполнять их неукоснительно! – его голос звучал строго, словно он был кем-то недоволен. – Сейчас же расходитесь по своим рабочим местам, а вы, леди, - он соизволил наконец-то обраться ко мне, - идите за мной!

Не просил, не предлагал, а приказывал, как одной из своих многочисленных служанок.

Я на мгновение задумалась, что бы означало мелькнувшие в его речи слова «временное пребывание», но потом отвлеклась на начавшуюся вокруг суету.

Не стала отвечать на его приказ, но Юлиан и не собирался ждать ответа. Я молча последовала за ним к приоткрытой двери, оказавшейся входом в его личный кабинет.

Книги!

Я замерла, восхищенно разглядывая полки с драгоценными рукописями, и на мгновение забыла о том, что нахожусь в логове непримиримого врага. Какое богатство! Вот бы мне…

– Сюзанна! – голос Юлиана ударил по ушам, как камень об чугунный котелок. Я очнулась и посмотрела на герцога с испугом. Тот, прищурив глаза, рассматривал моё лицо, но не было в этом взгляде ничего хорошего. – Как прошла ночь?

Н-да, очередная попытка вызвать у меня поток жалоб, чтобы получить удовлетворение.

– Прекрасно, милорд!
– ответила с достоинством. – Я замечательно отдохнула.

Тёмная точёная бровь Юлиана вздернулась вверх: не поверил.

– Рад слышать, - произнес фальшиво. – Сообщаю вам, что официальная помолвка состоится через три дня. Желанием не горю, но просто обязан пригласить ваших родителей, чтобы прилюдно закрепить наш союз. Надеюсь, вы не испортите мероприятие своими выходками, леди???