Чтение онлайн

– Что это? – спрашивает Анжела, подходя ко мне. Ее голос разрушает сковавшие меня чары печали. Я отхожу от окна.

Кристиан неожиданно оказывается рядом и кладет руку мне на плечо, заставляя меня подскочить от неожиданности. Его зеленые глаза расширены от беспокойства.

– Ты чувствуешь это? – шепчу я.

– Я чувствую тебя. Что-то не так?

– Семъйяза здесь. – Каким-то образом мне удается сохранить самообладание и говорить тихо, так что я не кричу об этом на всю школу.

– Здесь? – Анжела повторяет это ошеломленным голосом прямо позади него. – Серьезно? Где?

– В поле за школой. Думаю, он в другой форме, но я все равно чувствую его.

– Я тоже, - говорит Кристиан. – Хотя, я не знаю, делаю ли это самостоятельно или через тебя.

Брови Анжелы сходятся на переносице. Несколько секунд она концентрируется, затем вздыхает.

– Я ничего не чувствую. – Она смотрит через холл, в сторону задней двери, ведущей к полю. Она собирается выйти. Ей хочется увидеть этого ангела.

Я крепко сжимаю ее руку. – Нет. – Я лезу в карман за сотовым и понимаю, что он все еще у Семъйязы. – У тебя сотовый с собой?

Она кивает и бросает свой рюкзак на пол, чтобы достать телефон из наружного кармана.

– Позвони ко мне домой. Не на сотовый, - быстро говорю я, прежде, чем она начнет набирать номер. – Возможно, ответит Билли. Скажи ей, что происходит.

Я поворачиваюсь к Кристиану. – Нужен мистер Фиббс. Обычно он ест ленч в своем кабинете. Найди его. – Он кивает и бежит к выходу. Анжела начинает возбужденно говорить по телефону.

– Где Такер? – спрашиваю я, в груди все застывает, когда в мозгу вспыхивает картина, как Такер, идет к парковке, чтобы поехать на тренировку по верховой езде. Теперь Семъйяза знает его.

Он знает, что я люблю его.

Такер не придет на кладбище, вновь думаю я.

– Он прямо там, быстро отвечает Анжела, видя ужас на моем лице.

Я смотрю по сторонам, немедленно обнаруживаю Такера, и все внутри меня опускается от облегчения.

Он встает, когда видит, что я иду к нему, преграждает мне путь и обнимает меня, так что мне даже не приходится просить об этом.

– Что случилось? – спрашивает он. – Ты выглядишь так, словно…

– Ангел здесь, снаружи в поле за школой.- Меня трясет.

– Прямо сейчас?

О, да. Он все еще здесь. Печаль окутывает меня, обвиваясь вокруг сердца, грустное одиночество Семъйязы, как ноты песни серен.

– Да, - говорю я. – Прямо сейчас.

– Что нам делать? – решительно спрашивает он.

– Оставаться здесь. Он не может ступить на школьную землю. Она освящена. – Несмотря на жуткую ситуацию, уголок рта Такера кривится в улыбке. – Школа на освященной земле. Да ты шутишь.

Анжела поднимает руку, все еще разговаривая по телефону.

– Билли хочет знать, все ли в сборе, - говорит она.

Нет, понимаю я. Не все. Одного из нас нет. Джеффри. Он убежал.

В сторону парковки.

– Клара, подожди, - зовет Такер, пока я бегу. – Ты направляешься к нему?

– Оставайся здесь! – кричу я через плечо.

У меня нет больше времени для объяснений. Я не думаю о том, как это может выглядеть для других учеников. Я просто бегу. Я вылетаю из кафетерия и несусь по коридору, толкаю заднюю дверь и бегу по парковке, преследуемая печалью. Наконец, я вижу Джеффри, идущего между машинами, голова поднята, словно он прислушивается к чему-то. Любопытство. Он следует зову.

– Джеффри! – выкрикиваю я.

Он останавливается, смотрит на меня поверх плеча. Хмурится. И вновь поворачивается к полю. Он так близок к краю парковки. Я бегу так быстро, как могу, мне все равно, что другие на меня смотрят. Я фокусируюсь на сокращении дистанции между мной и братом. Все силы я бросаю на то, чтобы спасти его.

Я догоняю его прямо у низкого деревянного забора, который служит условной границей между школой и полем.

Я хватаю его за плечо и с такой силой тяну назад, что мы оба теряем равновесие. Он пытается меня оттолкнуть.

– Джеффри, - шепчу я. – Остановись.

– Господи, Клара. Успокойся. Это же просто собака, - говорит он, все еще пытаясь стряхнуть меня.

Я встаю на ноги, продолжая висеть на нем. И смотрю в поле. Он прав. Это собака, большая черная собака, формой и размером напоминающая лабрадора, но с более густым мехом. Есть что-то волчье в ее неподвижной манере сидеть, в том, как она смотрит на нас, подняв одно ухо, а другое слегка согнув.

В ее глазах определенно есть что-то человеческое.

– Это собака, видишь? – снова говорит Джеффри. – Она ранена. – Он подходит к забору. – Иди сюда, мальчик. – Я дергаю его назад, обхватываю его руками и крепко держу. – Это не собака. Посмотри на ее ухо. Видишь одно деформировано? Это потому, что я оторвала его прошлым летом. Ему пришлось его отращивать. Посмотри на его плечо, где кровь. Это мистер Фиббс бросил в него стрелу из сияния.

– Что? – Джеффри трясет головой, словно пытаясь очистить ее.

– Это Черное Крыло.

Собака встает. Подходит к забору. Скулит. Низкий жалобный звук, что вызывает во мне печаль с еще большей силой. Подходит. Подходит.

– Это Семъйяза, - настаиваю я, оттаскивая Джеффри назад за плечо, но он сильнее, чем я.

Мне не удается даже сдвинуть его.

– Кажется, у тебя окончательно поехала крыша, - говорит Джеффри.

– Нет, сынок, это не так, - произносит кто-то. Мистер Фиббс энергично подходит к нам. – Дети, уходите оттуда, - говорит он.

Джеффри перестает вырываться. Мы поворачиваемся и медленно идем к мистеру Фиббсу. Он все еще смотрит на собаку. Та рычит.

– Что, хочешь еще одну? – спрашивает мистер Фиббс. – В этот раз я могу бросить стрелу прямо тебе между глаз.

Пес снова рычит, этот звук наполнен такой ненавистью, что у меня на шее волоски встают дыбом. Затем он исчезает. Без хлопка или волшебного слова. Холод в воздухе, запах озона, и он пропадает.

Нам требуется минута, чтобы перевести дух.

– С ума сойти, - наконец говорит Джеффри, - Я бы взял его домой, если бы вы не остановили меня.

С тех пор я почти каждый день чувствую Семъйязу. Он не всегда взывает ко мне той грустной чарующей музыкой, что я не могу выбросить из головы. Но он приходит каждый день, даже если это длится всего пять минут. Он хочет, чтобы я знала, он здесь.