Чтение онлайн

I I — Это туры бегут по крутым горам, о Сырую Землю копытами бьют!

Как играл светлый Хоре — потрясалося небо, рассыпались хоромы Месяца.

В третий раз протрубил яснолицый Хоре,

< I всколебалася Мать Сыра Земля, гром дошёл до Сварги Ирийской.

Тут раскрылися небеса, и явилась сила Сва– рогова — на крылатых конях Сварожичи. Прилетел, во-первых, Огонь-Семаргл, вслед за

* * ним и Велес Корович, и Стрибог закружил вихрем яростным.

И сказал Семарглу великий Хоре:

— Месяц Ясный украл у меня жену — мо– (I лодую Зарю-Зареницу! Покарай похитчика,

брат родной!

И тогда Семаргл разрубил мечом Ясный Месяц, лихого похитчика. И вернул Зарю Хор– су светлому.

( I И омылась Заря в водах Ирия, и вернулася к Хорсу светлому.

И с тех пор Ясный Месяц на небе тщетно ищет Зарю-Зареницу и не может найти молодую Зарю. Вырастает опять, но Семаргл-Огне– О бог вновь мечом его разрубает…

Говорил Китаврулу могучий Хоре:

— Чтоб вину искупить, должен ты на Камне Алатыре для Всевышнего Бога воздвигнуть храм. Из камней возвести необтёсанных, чтоб не тронуло их железо и Алатырь не осквернило.

И сказал Китаврул Хорсу светлому:

— Чтоб воздвигнуть из камня цельного на горе Алатырской храм, нужно попросить Га– маюна. Гамаюнов коготь обтешет без железа камень Алатырь.

И просили они Гамаюна. Дал согласие Га– маюн, обтесал он камень для храма.

И воздвиг Китаврул на Алатыре храм великий Бога Всевышнего. Посвятил его Красну Солнышку.

Был построен храм на семи верстах, на восьмидесяти возведён столбах — высоко-вы– соко в поднебесье. А вкруг храма посажен Ирийский сад, огорожен тыном серебряным, и на каждом столбочке свечки, что вовеки не угасают.

Был храм Солнца длиной шестьдесят локтей, в поперечину двадцать и тридцать ввысь. Были в храме окна решётчатые, были двери в храме чеканные. Был внутри он обложен золотом и каменьями драгоценными. И двенадцать дверей, и двенадцать окон были камнями изукрашены — сердоликом, топазом и изумрудом; халкидоном, сапфиром и яспи– сом; гиацинтом, агатом и аметистом; хризолитом, бериллом и ониксом.

Оживали на стенах храма птицы каменные и звери, поднимались к небу деревья, травы вились, цветы цвели.

Был воздвигнут храм за едину ночь высоковысоко в поднебесье.

и теперь Китаврулу все славу поют, и Заре, и Хорсу, и Велесу, и Семарглу, и — Ясну Месяцу!

— Расскажи, Гамаюн, птица вещая, о Деннице, рождённом Хорсом. Как Денница хотел вознестись выше звёзд, но упал, спалив Зем– лю-Ма тушку…

— Ничего не скрою, что ведаю…

Как над синим широким морем не тума– нушки расстилались и не Зорюшка занималась — поднимался Камень горючий. И на этом Камне горючем выростало деревце ясень.

Как с восточной дальней сторонушки прилетел ко ясеню Сокол. А близ Камешка Бел-го– рючего увивалася Лебедь Белая.

То не просто птицы слетелись — Радуница с Денницей встретились, дети Хорса и Зареницы.

Правда, ветер слух по земле носил, что Денница был сыном Месяца. Но сам Хоре признал его сыном, он простил Зарю-Зареницу.

Как слеталися брат с сестрою, так прокыче– ла Лебедь Белая:

— Что ж ты, братец мой, Ясный Сокол, всё сидишь на ветке, задумавшись? И своими очами ясными всё глядишь во широку даль? Или скучно тебе во родном краю? На родном остро– вочке — невесело?

Отвечал Денница сестрице:

— То не ветер ветки склоняет, и не ясень кроной шумит, то моё сердечушко стонет, словно ясеня лист дрожит. Я хочу взлететь выше Солнца и подняться превыше звёзд! Ведь отец мой великий Хоре! Стать хочу подобным Всевышнему!

И взлетел над морюшком Сокол, и очами своими ясными он осматривал синю даль. Минул морюшко Твердиземное, и Ильменское море, и Чёрное, и Хвангур, гору Березань. Пролетел над гордой Индерией — опустился в Ирийский сад.

Тот Ирийский сад — на семи верстах, на восьмидесяти он стоит столбах высоко-высоко

в поднебесье. В том небесном саде — трава-му– рава, по цветочку на каждой травочке, и на каждом цветке по жемчужинке. А вкруг Ирия — тын серебряный, и на каждом столбочке свечка.

И видны за тыном три терема, крутоверхие, златоглавые. Как во первом живёт Красно Солнышко — яснолицый Хоре сударь-батюшка, во втором живёт ясна Зорюшка, ну а в третьем — там часты звёздочки.

Круг земной весь виден из Ирия. Видны боги морские в волнах, в глубине — Тритон Черноморский и русалки, морские чуда, боги– духи гор и долин, и везде людские селенья.

Обернулся Сокол Денницей и отправился в терем Хорса. И вошёл, и сел в отдаленьи, обернувшись в пурпурный плащ.

Вот сидит на троне смарагдовом пред Денницей великий Хоре. И спросил Хоре сына Денницу:

— Ты зачем, Денница, явился?

— О отец мой, Свет Мирозданья! Если вправду я тебе сын — ты моё исполни желанье!

— Дар любой проси у меня! Я твоё желанье исполню, в том клянусь горой Алатырской!

Стал просить тогда сын Денница у отца его колесницу. Чтобы целый день ею править, пронестись по своду небесному и подняться превыше звёзд.

— Вознестись хочу, словно Крышень, ко престолу Бога Всевышнего! Чтобы сесть одесную Бога!