Чтение онлайн

Оба кивают, вероятно, придумывая столько же способов пыток или мести, как и я, для тех, кто причинил ей зло.

— Что у нас по времени? — спрашиваю я.

Джи смотрит на свой телефон. — У нас есть три часа, чтобы собрать все барахло и перевезти Бетани к нам, прежде чем мы отправимся в святилище на встречу. Син, быстро бери «Тахо», Дек, дай мне свою отмычку, чтобы я мог взломать дверь.

Выходя, Синклер показывает нам палец, и мы отвечаем тем же. Затем я пытаюсь достать из кармана набор отмычек. Когда они наконец у меня, протягиваю их в руке Джи, но прежде спрашиваю: — Твоя задница, мой рот, чтоб снять напряжение стресса? — Я заканчиваю просьбу с коварной ухмылкой.

— Чувак… я только смог успокоиться, а тут ты такое городишь?

Он быстро выхватывает набор из моих рук, но тут же свободной рукой обнимает мою шею сзади и прижимается к моим губам в карающем поцелуе. Я открываю рот и проникаю языком ему в рот. С удивлением понимаю, что языком нащупываю кольцо на его языке, и с моих губ срывается стон. Хитрый говнюк ухмыляется, пока мы страстно целуем друг друга, поэтому я тянусь рукой к его эрегированному члену и обхватываю его ладонью через спортивные штаны. Медленно и твердо поглаживая его, я добираюсь до пирсинга ападравы и щелкаю им так, как, знаю, Джи любит, и слышу его горловой стон.

Он внезапно отстраняется, и мы оба тверды, как сталь, и готовы наброситься друг на друга. Дышим неглубоко и прерывисто, губы припухли, в глазах — похотливая дымка.

— Ага. Я принимаю твое предложение. Снятие стресса сейчас звучит просто охрененно.

Я лишь смеюсь. За последние тридцать шесть часов мне это позарез нужно. Однако сейчас, думая о возможности вогнать член в его жадную задницу, стону от разочарования.

— Иди найди какие-нибудь долбаные коробки, придурок. Я хочу собрать ее вещи и попытаться восстановить контроль над своим членом, пока Синклер не вернулся с «Тахо». Ты знаешь, что он будет в ярости, если мы не упакуем и не подготовим все, как хочет властный ублюдок.

Джи фыркает в ответ: — Да, да. Скоро вернусь. И он в спешке уходит, проклиная беспорядок, устроенный Синклером.

Я медленно перекладываю Бетани со своих коленей на кровать и молюсь, чтобы она не взвизгнула и не пнула меня по члену, потому что тот до сих пор словно каменный. Нет, сейчас стояк в основном из-за обещания получить удовольствие. Трение членом о греховно сладострастную попку Би и доминирующий поцелуй Джи и я чувствую, что скоро кончу.

Найдя несколько черных мусорных пакетов, чтобы сложить туда вещи, думаю о каждой глупой вещи, которую могу придумать, чтобы избавиться от своей эрекции.

Бизнес? Неа.

Мое посвящение в «Трезубец»? Нет.

Столицы государств? Ха.

Уборка в ванной после бурной ночи? Все еще стоит, сука.

— Представь, как твой отец занимается сексом с твоей мамой. Мне помогло, — говорит Джованни, входя в комнату с пластиковыми контейнерами.

Представить, как мой гребаный папаша занимается сексом с моей заносчивой мамой из высшего общества? Мерзкая. Отвратительная. Худшая. Гребаная. Вещь. На Свете. Мне нужно, чтобы кто-нибудь залил отбеливатель в мой мозг, чтобы избавиться от ужасного образа, придуманного моим извращённым умом. Фу, меня передергивает от этой ужасной картины.

Я смотрю на член и вижу, что он совсем обмяк.

Динь-динь-динь. У нас есть победитель.

Спасибо, блин.

— Сработало. Но это просто пиздец, чувак. Я снова вздрагиваю от этой мысли. Мне хочется биться головой о стену и молиться о временной амнезии.

Джованни сардонически усмехается, когда начинает укладывать книги и прочее дерьмо в корзины, пока я проделываю дыру в дне пакета, чтобы просунуть в него вешалки в шкафу. Один из бесполезных трюков, которые я перенял за годы путешествий после того, как повсюду забывал всякое барахло.

У нас уходит всего около десяти минут, чтобы все упаковать, что не может не радовать. У нас и то больше вещей для двухнедельного отпуска в Вегасе, чем у Бетани вместе взятые. Если хоть что-то из того, что она говорила, было правдой, то значит в этом клоповнике это все, чем она владеет. Бесит, что наш университет так с ней обращается, хотя она входит в пятерку лучших в своем классе. Конечно, Джи пришлось поискать информацию.

— Ты действительно думаешь, что она будет жить в комнате для гостей?

Джи прислоняется задом к шаткому столу, и раздается скрежет.

— Сомневаюсь. — Я безразлично пожимаю плечами. — Хотя не собираюсь давать ей выбора. Все это — игры разума и психики. «Эй, мы собираемся дать тебе возможность всей жизни, но все равно обращаемся с тобой как с прокаженной». К черту.

Вспышка гнева в глазах Джи была очевидна. Никто из нас не в восторге от этой ситуации, но никто и не возражает против нее. Бетани — это магнитное, огненное силовое поле удивления и благоговения, которое увлекает всех нас за собой. Мы все — ошарашенные ублюдки, которые не смотрят по сторонам, когда переходят улицу, чтобы добраться до чудесного центра.

Наши телефоны пищат, напоминая нам, что наш любимый садист не может остаться в стороне от разговора. Гребаный король драмы.

Синклер: «Буду там в пять. Лучше бы барахло было готово».

Я закатываю глаза и набираю ответ.

Я: «Конечно, хозяин. Ваше желание — для нас закон.»

Синклер: «(эмодзи со средним пальцем) Отвали».

Я: «Ты уже это делал».

Джованни: «Вещи собраны. Сейчас поднимаю. Остынь».

Синклер: «K»

Я отрываю взгляд от телефона, злясь на Джи, что он испортил мне веселье. — Какого хрена ты влез?

Он хватает коробки и идет к выходу, игнорируя меня. Я хватаю какую-то хрень и выхожу вслед за ним. Когда мы возвращаемся вниз за последним, он наконец отвечает: — У меня и так много чего происходит. Не нужно, чтобы ты тыкал в чертова дракона и поганил ему настроение, потому что тебе нравится быть подстрекателем и вести себя по-детски.

Насмехаясь, я огрызаюсь: — Вот не надо сейчас начинать, ладно.

— Сейчас как раз и надо, придурок.

Я подхожу к двери, когда Син подъезжает и открывает багажник. — Это все? — спрашивает он.

— Да. Все, — отвечаю я.

— Она все еще спит?

— Минуту назад спала.

— Заканчивай все грузить, я пойду за ней. Джио, ты поведешь машину назад, — приказывает он.

Я шутливо кланяюсь ему. — Да, хозяин. Что-нибудь еще, хозяин? Получим ли мы печеньку за то, что вели себя как хорошие мальчики, хозяин?

— Господи боже, — бормочет Джи, качая головой.

Ясно, что сейчас я переиграл. Хотя нет.

Синклер явно не вышел из себя от моих идиотских выходок, просто бросил на меня один из своих взглядов, отмахнулся, а затем ушел в помещение.