Чтение онлайн

В центре я вижу фигуру, подвешенную в пространстве.

Это не Шоу.

Это девушка, подвешенная в воздухе, как насекомое в паутине. Ее руки и ноги вытянуты, стянуты до предела. Даже ее длинные волосы были связаны на концах и стянуты вокруг головы в темный венчик.

Она была жива, когда он завязывал ее в паутину, - это видно по рубцам на запястьях и лодыжках, где она дергалась и боролась. Она даже вырвала часть своих волос.

Но теперь она мертва. Шоу перерезал ей запястья и горло, позволив истечь кровью. Темная кровь лежит в блестящей луже под ней, как дыра в полу.

Поскольку Шоу никогда не отличался хитростью, он сплел змей в своей паутине. Настоящие змеи, такие же мертвые, как и девушка. Он обвил несколько змей вокруг ее конечностей, засунул их в рану на горле и даже запутал в волосах.

Посыл ясен.

Непонятно только, куда подевался Шоу. Должно быть, он ушел другим путем...

Не успеваю я начать поиски, как меня сотрясает звук, который я хотел услышать в последнюю очередь: треск полицейской рации.

Черт.

Черт, черт, черт!

Слишком поздно спускаться по лестнице - они уже внутри здания. Я слышу, как они снуют туда-сюда, стараясь вести себя тихо, но терпя неудачу, потому что копы чертовски плохо держатся в засаде.

Их вызвал Шоу. Он заманил меня в ловушку своим последним убийством. И я влез в нее, совершив самую глупую ошибку в своей жизни.

Если я не могу спуститься вниз, есть только один выход.

Сбросив пальто, я наматываю его на руку и бью в окно. Полицейские слышат шум. Они на полной скорости взбегают по лестнице, перекрикивая друг друга.

Я уже вылезаю наружу, вскарабкиваясь по ржавой водосточной трубе, идущей по бокам здания. Металл проеден насквозь, как кружево, крошится под моими руками, болты вырываются, и вся труба отходит от стены. Я едва успеваю ухватиться одной рукой за водосточную трубу, как оказываюсь на открытом воздухе.

Я поднимаюсь на ноги на одной руке, ладони порезаны, и бог знает какая форма столбняка теперь течет в моей крови.

На крыше едва ли лучше. Здесь только ровный бетон, негде спрятаться, нет ни одной дымовой трубы.

Ближайшее здание находится в пятнадцати футах от нас. Промежуток между ними спускается на двенадцать этажей вниз, к голой бетонной аллее. Даже чертова мусорка не ждет внизу, чтобы прервать мое падение.

Пятнадцать футов.

Если бы это было десять, я бы смог перепрыгнуть.

Пятнадцать - опасно.

Следующее здание чуть ниже - это может помочь.

Через разбитое окно я слышу, как полицейские поднимаются в комнату. Обнаруживают тело девушки. Разбегаются, ищут меня.

У меня есть максимум несколько секунд.

Я отступаю к дальнему краю здания, а затем спринтерским бегом устремляюсь к карнизу. Я бегу изо всех сил и так быстро, как только могу, бросаясь в пространство.

Я падаю вперед и вниз, вытянув руки перед собой. Когда ноги подкашиваются, я кувыркаюсь и кувыркаюсь по крыше, заваливаясь на спину.

Не так уж и далеко. Я слышу сирены, с обеих сторон подъезжают полицейские машины. Они будут разбросаны по всему району в считанные мгновения.

Нет времени на стратегию или планирование. Я вскакиваю на ноги и снова бегу к следующему зданию в ряду.

Бежать, бежать, бежать, бежать... ПРЫЖОК!

Третье здание еще ниже, на два этажа.

Я падаю вниз, и моя правая лодыжка подгибается под меня. Она подворачивается, и я слышу ужасный хлопающий звук. Горячая, электрическая боль пронзает ногу.

Заставив себя подняться, я ковыляю к краю здания. Здесь сохранилась пожарная лестница, ведущая с крыши на землю. Используя перила как костыль, я хромаю вниз так быстро, как только могу, проклиная свою лодыжку, проклиная, что поставил себя в это чертовски смешное положение.

Меня перехитрил Шоу... Какое гребаное унижение. Пусть копы избавят меня от страданий.

Упав на землю, я хромаю от тошнотворной боли, подгоняемый чистой яростью, желанием пережить это, чтобы отомстить Шоу, чтобы заставить его заплатить за это.

Это его вина.

Его и Мары.

Потребовалось более двух часов, чтобы отвязаться от копов и вернуться в Сиклифф. Часть этого времени я прячусь в грязном переулке, скрючившись под грудой мусорных пакетов, лодыжка слишком распухла, чтобы переходить на шаг.

Такое бесчестье почти невыносимо.

Я каждую секунду представляю, как буду сдирать кожу с плоти Шоу, дюйм за дюймом. Смерть станет милостью, о которой он будет молить час за часом.

Никогда еще я не испытывал такого облегчения, входя в собственную парадную дверь.

Следующий час я стою под кипящей струей душа, оттирая собственную кожу, как будто меня тоже должны сжечь.

После этого начинаются размышления.

Я убью Шоу, это несомненно.

Но как, черт возьми, я собираюсь это сделать, когда я уже ранен? Даже на пике своей силы Шоу более чем подходит мне по физическим данным. Я умнее, но он больше.

Он тоже знает, что я приду. Он будет следить за мной. Ждать.

А пока Мара остается постоянной точкой уязвимости.

Главная цель Шоу - убить ее.

Он ревнует меня. Зациклен на мне. Он знает, что я хочу ее - а значит, он хочет ее еще больше.

Отнять ее у меня будет большим триумфом, чем всадить нож в мое сердце.

Я не смогу уберечь ее. Ни на какой значительный срок.

Мара ослабляет меня. Именно импульсивная погоня за Шоу, когда я считал, что должен действовать быстро, чтобы защитить ее, поставила меня в такое положение. Теперь моя лодыжка распухла, как после укуса змеи, и я едва могу стоять.

Хуже того, она ослабляет мой разум. Мое умение принимать решения. Она искажает мои цели и ценности, заставляя меня думать, что я забочусь о вещах, на которые раньше мне было наплевать.

Я не могу защитить ее. Ее смерть неизбежна.

Но будь я проклят, если Шоу будет тем, кто это сделает.

Мара принадлежит мне.

Только я могу убить ее.

28

Мара

Дождь хлещет снаружи прачечной, барабаня по крыше.