Чтение онлайн

Солнце светило ярко и его свет бил мне прямо в глаза. Прикрыв глаза, я прищурилась на него из-под руки. Теперь он зовет меня Ронни. Полагаю, мы прошли стадию моего полного имени.

Ему было комфортно называть меня этим прозвищем и единственное, что я могла сделать — это отплатить ему тем же. Знаю, что это по-детски, но что еще мне остается делать?

— Думаю, должно быть, упал с неба и ударился головой, дракончик. Ни за что на свете я не ударю тебя.

Он подошел ко мне и без предупреждения толкнул меня.

— Полагаю, тогда другой человек ударит тебя первым, не так ли? — он продолжил толкать меня; и я хлопнула его по рукам, прежде чем мы снова вступили в контакт и какое-то время, таким образом, мы ходили вперед-назад.

— Прекрати это дерьмо, Лиам! — сказала я, сквозь зубы.

— Нет, я не остановлюсь, пока ты не ударишь меня в ответ. Что случилось, Ронни, ты боишься? Ты беспомощна! — Он снова толкнул меня так, что я попятилась. Знаю, что он насмехается надо мной только чтобы вызвать хоть какую-нибудь реакцию от меня, но он этого не получит.

Он снова толкнул меня, и я снова отошла на шаг назад. Я заметила, что была по меньшей мере в десяти шагах от края крыши.

— Давай, Вероника, прекрати вести себя как чертов младенец и нанеси ответный удар. Дерьмо, толкни меня! Сделай же что-нибудь; тебе придется прекратить действовать так будто бы ты ничего не стоишь, или возможно это так и есть.

В основном это делалось для меня. Я подняла свою руку назад, сжала в кулак и врезала ему прямо в челюсть. Проклятие, это больно; костяшки болели и были рассечены.

— Ааах,— я замахала рукой, чтобы уменьшить боль и заметила, что рана на его губе затягивается.

Я толкнула его назад и ткнула в грудь, так чтобы он понял, что каждое произнесенное мной слово, предназначается ему.

— Пошел на хуй, Лиам! Если я веду себя как ничтожество, то из-за тебя громадный черный дракон, который даже не будет бороться за меня. Вся эта гребаная тренировка закончена. Я знаю, как нанести удар, и я умею драться.

Он подошел ближе ко мне, и я не знала произошло ли это по привычке или же он собирался ударить меня. Я не осознавала, как близко мы находились от края.

Скопировав его движение двумя шагами назад, я почувствовала, как срываюсь в пропасть ко смерти. Лиам потянулся ко мне, но было уже слишком поздно. Он схватил только воздух. Я кричала, и была уверена, что оставлю свои легкие где-нибудь на подоконнике.

Лиам мгновенно спрыгнул следом, и пока он был в воздухе, огонь и дым прорвались из его тела, и он превратился в огромного черного дракона. Он был тем же черным, красивым дракон, что и около водопада. Но, на этот раз, это был не сон, и он был реален. Он был здесь. Когтями Лиам подцепил меня в воздухе и полетел выше. Я была спрятана у его теплой груди и могла слышать, как с прерыванием бьется его драконье сердце.

— Я бы никогда не ударил тебя, Вероника. Все, что я хотел — просто прикоснуться к тебе. Я сожалею, что ты подумала иначе, — произнес он в моей голове.

— Все хорошо, это просто рефлекс. Я не знала, что мы были так близко к краю, — сказала я ему.

— Посмотри на себя, ты, наконец, свободна и летишь высоко в небе. И тебе даже не нужно беспокоиться о том, что можешь упасть,— ответил он.

Я огляделась и впервые, с того момента как он поймал меня, заметила, что на самом деле лечу с драконом. Мы летели высоко над облаками, и было не нужно беспокоиться о том, что нас могут увидеть.

— Ты ошибаешься. Я упала[5], — прошептала я; и я знала, что он услышал, потому что мог читать мои мысли.

Он посмотрел на меня вниз, и, готова поклясться, что между драконом и человеком-Лиамом не было разницы.

— Мне жаль, если тебя это утешит, я тоже упал, — мысленно ответил он. Я устроилась поближе к его груди и услышала его сердцебиение, сейчас оно било в одном ритме с моим.

Мы напевали одну и ту же мелодию и это было музыкой для моих ушей. Он вился и нырял в облаках так, чтобы я могла наслаждаться видами Нью Йорка. Я могла видеть, как леди Свобода машет мне снизу. Мы пролетели над Центральным парком, затем над Эмпайр Стейт Билдинг. Солнце начало садиться, превращая день в ночь. Лиам имел отличную маскировку для ночи и нас никто не заметил. Мы приземлились назад на крышу и в мгновение ока он снова стал человеком со мной на руках, а моя голова покоилась на его груди.

— Спасибо тебе за это. Я наслаждалась каждым моментом и увидела то, что, живя здесь всю жизнь, никогда не видела,— сказала я, все еще обнимая его. Мне не хотелось его отпускать, ни сейчас, никогда-либо еще.

— Не за что, Вероника; я тоже не хочу отпускать тебя.

Он смотрел на меня, а я на него. Он взял мою руку, и мы пошли вниз в мою квартиру.

Глава 9

Я пригласила Лиама к себе в квартиру, зная, что мама на своей новой работе и ее не будет сегодня допоздна. Солнце все еще садилось, поэтому ночь еще не наступила полностью, но в доме было темно, так как никто не включал свет, а мы не стали тратить на это время.

Ночь в Нью Йорке — это время, когда город оживает. Можно услышать сирену скорой или полиции, проезжающие мимо. Поскольку окно в моей комнате было открыто, был слышен весь уличный шум. Громко гудели машины, люди стояли возле здания. Музыка, которую Нью Йорк сегодня играл для нас.

Я не включила свет в комнате. Мне нравится темнота. Иногда, когда мне нужно побыть одной, я находила утешение в темноте, и в данный момент я хотела побыть одна, с Лиамом.

Закрыв дверь, я обернулась. Желание было написано у Лиама на лице и совпало с моим; и необходимость, которую я увидела в его драконьих глазах говорила, что он также хотел сделать это.

Мы стояли в темноте и смотрели друг на друга; Его драконьи рубиновые глаза словно тлели. Он был нечеловечески красив и иногда мне казалось, что я вот-вот проснусь.

Нам не нужно было ничего говорить и ему не нужно было читать мои мысли. Он хотел меня так же как я его. Не спеша подойдя ко мне, он обхватил мое лицо своими сильными мозолистыми руками.

Он провел большим пальцем по моей нижней губе. Он с удивлением смотрел на мой рот:

— Нам не следует этого делать,— сказал он.

— Я хочу этого; хочу это хорошее воспоминание о нас, если это все, что я смогу иметь. И я получу это.

Я посмотрела на его губы, и он ухмыльнулся:

— Я собираюсь поцеловать тебя, Вероника.

— Хорошо, а я собираюсь вернуть тебе поцелуй,— прошептала я в ответ.

Его рот обрушился на мой. Наши языки танцевали под нашу любимую запретную песню, слова которой знали лишь наши сердца.

Он пах мятой и пеплом, также как я чувствовала раньше. Было странно, но, полагаю, более странным это просто не может быть, ведь я целовала парня, который превращается в дракона.