Чтение онлайн

С той самой секунды, как они соприкоснулись — когда её мягкая, дрожащая ладонь скользнула по его коже, а глаза пытались найти смысл под его маской — он думал о ней.

Снова и снова переживая этот момент.

Её тепло.

Её запах.

Её внимательные, мягкие глаза.

Кариан сжал челюсть, усилием воли гася нарастающее пламя внутри.

Нет.

Пока нет.

Он не хотел напугать её.

Её невинность — не слабость, а редкость. Возможно, самое редкое, что ему встречалось. Она не была испорчена играми межзвёздных дворов и привычкой к предательству.

Он хотел её доверия.

Он хотел, чтобы она сама захотела его.

Его мысли оборвал мягкий звук открывающихся дверей.

Вошёл Темиан — его старший помощник, единственный, кто имел право вторгаться в этот зал без предварительного вызова. Он низко поклонился, ткани синего одеяния разлились по обсидиановому полу.

— Мой Марак, — сказал он, голос напряжённый. — Мы получили донесение. Тиксанский флот вошёл в нашу систему. Они пересекли Небулитовую Пустошь пять циклов назад и сейчас на орбите внешних колец Люксара. Они считают, что вас нет.

Кариан застывал.

Мгновение — и воздух вокруг него стал плотнее.

Глупцы.

— Их число? — холодно спросил он.

— Двадцать кораблей. Четыре носителя. И как минимум три отмечены как осадные единицы.

Щупальца Кариана развернулись за его спиной, рассекая воздух мягкими дугами.

— Они везут осадные орудия… в моё пространство?

— Они уверены, что вы всё ещё на краю квадранта, мой Марак. Они ободрены слухами о вашем отбытии. Наверняка — шпионы. Вложенные в торговые сети.

Низкий, вибрирующий рык сорвался с его груди.

— Тогда они совершили две ошибки, — произнёс он. — Решили, что я слаб… и что я вернусь один.

Он повернулся к голографической панели.

Червоточина дрожала, раскрывая вид на родную систему — и на двенадцать маджаринских разрушителей, его личный флот. Большие. Стремительные. Обтянутые живым металлом, реагирующим на дыхание своего повелителя.

— Они узнают цену этих заблуждений.

Темиан поклонился ещё ниже.

— Приказать подготовить боевой зал, мой Марак?

Кариан кивнул.

— Созвать капитанов. Активировать планетарные бастионы. Развернуть Велтру на командной точке. Мы встретим их на границе Люксара.

Темиан уже развернулся к выходу, но Кариан остановил его.

— И передайте человеку. Что я вернусь скоро. И что она… в безопасности.

Темиан удивлённо вскинул взгляд, но поклонился.

— Да, мой Марак.

Двери закрылись.

Кариан остался неподвижен ещё миг — как статуя из живой тени. У него было кого сокрушать. Что защищать. Империя ждала его силы.

Но даже сейчас, на краю войны… мысли возвращались к ней.

Её прикосновение пробудило в нём не просто интерес. Не голод. Не любопытство.

Что-то глубже.

Что-то старше циков.

Когда битва закончится…Он позволит себе узнать это чувство.

До конца.

И полностью.

Двери покоев разошлись без предупреждения — металл исчез в стенах так гладко, будто воздух сам был вытянут из комнаты.

Леони резко поднялась.

Это был один из них. Высокий, безмолвный служитель. Этот — скорее мужского облика. Такой же, как остальные: тонкий, почти эфемерный, движущийся с нечеловеческой плавностью. На нём — глубокие синие одежды, сверкавшие, словно отражали лунный свет на воде.

Кожа — светящаяся, бледная. Волосы — чёрные, гладкие, идеально прямые. Глаза — чёрные, бездонные, без единого блика. Без лица. Без эмоций.

Но в этот раз он не принёс еду или ткани.

На его ладони лежал плоский предмет — гладкий, серебристый, тонкий, как отполированный речной камень. Ни кнопок. Ни швов.

Он подошёл к ней молча.

А затем… заговорил.

Но голос был не его.

Он возник в пространстве вокруг, как будто не принадлежал ни одному дыханию. Не механический, не роботизированный — скорее скрывающий за собой настоящий звук. Голос мягкий. Ровный.

Человеческий.

На английском.

— Вам нужно сесть. Туда, — сказал голос, а служитель указал на кресло в углу.

Леони задержала дыхание.

Она и не заметила этого кресла раньше — миниатюрное, обтекаемое, почти художественное. Но теперь, когда приказ прозвучал, оно выглядело… угрожающе.

Она сузила взгляд.

— Вы всё время называете меня «человек». У меня есть имя. Леони.

Служитель не шелохнулся. Его лицо осталось пустым. Никакой реакции. Никакого согласия. Ничего.

Она выпрямилась.

— Ле-о-ни, — сказала отчётливее, чуть громче, чем собиралась.

Ответа не последовало.

Неприятный холод пробежал под кожей.

— А у тебя есть имя? — вырвалось резко. Слишком резко. Но ладони уже вспотели.

Голос возник снова — тот же нейтральный, почти безжизненный:

— Переводческий узел будет использоваться с этого момента. Он был создан много тысяч циклов назад, чтобы обеспечить общение между маджаринами и подвластными им народами.

Он приподнял серебристый камень, давая ей рассмотреть его лучше.

Тот едва заметно пульсировал — как будто дышал.

— Он скрывает мой голос под вашим языком, — продолжил служитель, — а ваш — под нашим. Марак услышит вас на своей речи. А вы услышите его — на своей.

Не просто перевод.

Целая завеса.

Язык, который соединял две абсолютно разные расы.

— Вы будете использовать его, чтобы понимать нас, — сказал служитель. — И чтобы говорить с Мараком.

Опять Марак. Никогда — Кариан.

Леони перевела взгляд на кресло.

— Зачем мне сидеть там?

Служитель шагнул вперёд и коснулся скрытой панели на подлокотнике. Раздался мягкий щелчок — и из-под обивки выдвинулись гладкие, блестящие фиксаторы. Манжеты на запястья. Захваты на лодыжки. Широкий грудной упор.