Чтение онлайн

– Ваше величество, - глубокий голос Вэда отдавался вибрацией во всем моём теле.
– Возможно, нам следует обсудить это после испытания. Я уже говорил о том, что вчера вечером дамам было неловко.

Король кивнул, хотя хмурое выражение его лица стало ещё более мрачным.

По другую сторону от Вэда Тален ухмыльнулся и показал мне средний палец.

Какого чёрта? Он издевался надо мной на глазах у всех? Может быть, время, которое он провёл со мной прошлой ночью, было потрачено только на шутки и хихиканье. Возможно, он, Сайлас и Вэд всю ночь подшучивали надо мной.

Почему я должна ожидать чего-то другого? В любом случае, это был мой личный ад до того, как я умерла.

Моё внимание привлёк взмах длинных белых волос, и рядом со мной появилась Аэлир, её изумрудно-зелёные глаза блестели.

– Я не могу этого сделать, - прошептала она.
– Я не могу. Они ненавидят нас.

Ободряющие слова застряли у меня в горле, не давая их произнести. Я не знала, чувствует ли кто-нибудь здесь зловоние лжи, как сверхъестественные существа на Земле, но я не хотела рисковать и давать ложную надежду.

– А теперь давайте начнем церемонию, - король выпятил грудь, когда люди в мантиях встали перед ними пятью, закрывая их от нашего взора.

Кислород не мог наполнить мои лёгкие, потому что я снова жила в очередном кошмаре - все семеро новоприбывших были похожи на жнецов.

Они были похожи на статуи, такие же холодные и неподвижные, как и вся остальная комната. Четверо были одеты в тёмно-серые одежды, а трое - в более светлые и стояли между теми, кто был в одеждах потемнее. Их присутствие бросало ещё более пугающую тень на и без того пустынное пространство.

Одна из фигур в тёмно-сером капюшоне подошла к краю балкона.

Из-под длинных рукавов были видны только его худые морщинистые руки, а лицо оставалось скрытым в тени капюшона.

– Я Вираетос, Восходящий Королевства Теней и глава Теневого Совета, - его голос эхом разнесся по залу, словно звон далёкого колокола.
– Сегодня состоится первое испытание в рамках свадебного состязания. Судьба распорядилась так, что это будет испытание на безжалостность.

По залу разнеслось несколько тихих вздохов, и по какой-то причине мне захотелось рассмеяться. Я не понимала, как это могло их удивить.

Элара сообщила нам об этом вчера вечером за ужином.

– Не все из вас пройдут, - фигура в капюшоне взмахнула запястьями, и на экране появился лист бумаги с теневыми надписями.
– Лиаран, Хельра, Тириэль и Ярен уже умерли и были исключены из будущих испытаний.

У меня в животе образовался комок. Что же случилось с этими четырьмя ещё до первого испытания?

Вираетос поднял руку, пресекая все перешёптывания.

– Остальные из вас будут отведены в зал Безжалостности.

Кровь громко стучала у меня в ушах. Это было похоже на то, что Кейлен победила бы, не задумываясь. Я не могла хладнокровно убивать людей, которые мне ничего не сделали. Ни одна из моих стай так не действовала, и я отказывалась становиться тем, кто преуспеет в насилии.

– Раздайте медальоны, - громко приказал Вираэтос.
– Эти медальоны символизируют вашу магическую силу и принадлежность к королевству.

Двери в зал Вознесения распахнулись, и в зал ввалились слуги в тёмно-синих туниках, которые ярко выделялись на фоне тёмных полов и стен.

У меня немного отлегло от сердца, когда я обратила внимание на то, во что были одеты другие участницы. У четверых были такие же медные оттенки, как у меня, в то время как остальные были одеты в синее, красное, коричневое, золотое и чёрное.

Слуги сновали между нами, раздавая маленькие прозрачные медальоны, которые мерцали, как стекло. Передо мной и Аэлир появился мужчина со светло-седыми волосами и вручил нам наши.

Аэлир взяла один из них дрожащими руками, цвета медальона отражали янтарное пламя, как в зеркале. Затем мне в ладонь вложили мой.

Он упал на несколько дюймов, прежде чем я крепко ухватилась за него. Он показался мне слишком тяжёлым для чего-то такого маленького. Рядом вспыхнул яркий розовый свет, и я, вскинув голову, обнаружила, что медальон Аэлир засветился. На медальоне сверкал золотой орел с широко распростёртыми крыльями.

Она действительно собиралась это сделать? Моё сердце дрогнуло от облегчения, затем меня снова охватила паника.

Почему её медальон изменился, а мой - нет?

Фиолетовый и бирюзовый цвета заискрились вокруг меня, отвлекая моё внимание от Аэлир, и я посмотрела на остальных. На каждом из остальных медальонов было изображено какое-то животное, обведённое фиолетовым, бирюзовым или розовым контуром.

Аэлир уставилась на свой, затем подняла глаза и встретилась со мной взглядом. На её лице была смесь ужаса и решимости, как будто она готовилась ко всему, что могло произойти.

Мой пульс участился где-то в горле, а холодный воздух сдавил лёгкие.

Я крепче сжала свой неизменный медальон и подавила панику.

Однако ни цвет, ни животное не появлялись.

Одна из девушек тихо вскрикнула, когда её медальон стал бирюзовым с изображением медведя, обведённым коричневым контуром.

Мой медальон по-прежнему ничего не делал. Мне даже не пришлось считать.

На меня всегда не обращали внимания, и теперь я знала почему. Моей ролью всегда было поддерживать моего альфу и товарищей по стае. И вот теперь я была здесь, одна и у меня ничего не было, что могло бы сохранить мне жизнь. Может быть, мне стоит просто лечь и сдаться?

В моей голове зазвенел голос Эмбер. «Встань и покажи им, что я вижу в тебе, Бриар. Твой альфа - это ещё и твой отец, и мы не из слабого рода. Мы с твоей волчицей всегда прикроем тебя. Никогда не сомневайся в этом».

Она сказала это мне, когда мне было шестнадцать и я не знала, как вести себя в школе с людьми. Осознание того, что она потратила время, чтобы рассказать мне об этом, сделало меня сильнее. Но здесь я была одна.

У меня в горле встал такой большой ком, что я не могла его проглотить.

– Что ты собираешься делать?
– спросила Аэлир, возвращая меня в настоящее.

Моё сердце наполнилось другой решимостью. Аэлир искала у меня совета, и я не могла подвести её. Ну и что с того, что мой медальон ни черта не делает? Я бы доказала, что всё, что подпитывало его, было неправильно, и помогла бы кому-нибудь в этом процессе. Даже если бы я умерла, я бы не позволила им испытать удовольствие, видя, как я теряю себя. Я не собиралась умирать, поджав хвост, и не собиралась позволять им видеть, как я ломаюсь.