Чтение онлайн

— Надеюсь, вы найдете здесь все, что просили, — сообщила хозяйка, указывая на обложенную кафелем плиту и заставленный блюдами столик вишневого дерева.

— Все замечательно. Спасибо. — Стефан достал откуда-то серебряную монету и вложил служанке в руку. — Вы нам больше не нужны.

— Хорошо. — Женщина понимающе улыбнулась, вышла и направилась к лестнице, а Стефан закрыл за ней дверь и повернул весьма кстати оказавшийся в замке ключ.

Еще не зная, что им предстоит остаться одним во всем доме, Софья бесцельно прошлась по комнате и в недоумении остановилась у стола.

— Чей это дом?

Стефан выдвинул стул, подождал, пока она снимет шляпку и сядет, и только потом, обойдя стол, занял место напротив.

— Дом принадлежит графине Анне, хотя она предпочитает не сообщать об этом во всеуслышание.

— Почему?

— Бывают обстоятельства, когда ей приходится встречаться со своими знакомыми втайне, — медленно заговорил он, тщательно подбирая слова и одновременно кладя на тарелку кусочки лосося в нежном грибном соусе, жареного фазана и вареный картофель.

Взяв тарелку, Софья бросила взгляд на закрытую дверь.

— Так мы здесь одни?

Стефан положил себе того же, что и Софье, потом налил вина.

— Мои слуги надежно охраняют дом снаружи. Опасности никакой нет.

— Это зависит от вашего понимания опасности.

Он улыбнулся:

— Перестаньте, Софья. Я попросил приготовить ваши любимые блюда. — Стефан не стал задумываться над тем, откуда ему известны ее кулинарные предпочтения. — Что может быть плохого в обычном завтраке?

Она положила на колени салфетку и взяла вилку.

— Кажется, я об этом пожалею.

— Уверяю вас, вы ни о чем не пожалеете.

Софья покраснела, уловив в двусмысленном ответе интимную нотку, и опустила голову. Со своей стороны Стефан удовлетворился небольшой победой и не стал развивать наступление, но позволил себе понаблюдать за тем, как она ест.

Долгое и трудное путешествие домой и затянувшаяся бессонница сказались не лучшим образом, Софья сильно похудела, осунулась, и теперь им двигало свойственное мужчине желание защищать и оберегать.

Софья подняла голову, когда на тарелке ничего не осталось. К этому моменту к ней уже вернулось хладнокровие.

— Вы разговаривали с императором? Он отпил вина.

— Коротко.

— Полагаю, император поинтересовался, какие причины привели вас в Россию?

Стефан пожал плечами. По правде говоря, встреча с Александром Павловичем стала для него приятным сюрпризом. Разумеется, император выразил вполне естественное желание узнать, чем вызван столь неожиданный визит герцога, но, вопреки ожиданиям и опасениям, допытываться не стал, легко приняв маловразумительное объяснение.

Хотя, конечно, было в глазах царя что-то такое, какое-то задумчивое выражение, словно он знал больше того, что признавал английский гость.

— Да, поинтересовался.

— И?..

— Я объяснил, что путешествие через Европу в сопровождении всего лишь возницы и служанки предприятие весьма опасное, а потому я и решил сопроводить вас до Санкт-Петербурга, дабы обеспечить вашу безопасность.

Софья вскинула брови:

— И Александр Павлович вам поверил?

— Наверняка сказать трудно. Ваш отец — надо отдать ему должное — умеет держать мысли при себе. По крайней мере, в тюрьму меня не бросили.

— Этот просчет будет легко исправлен, как только император узнает, что вы привезли меня в загородный дом одну, без сопровождающей.

После этой реплики Стефан передвинул стул поближе к гостье.

— Вы сами не раз говорили, что есть вещи, о которых ему лучше не знать.

— Особенно когда это удобно вам, — упрекнула она.

— Удобно для нас обоих. — Он взял с тарелки землянику и поднес к ее губам. — Позвольте…

Софья раскрыла губы. Дыхание уже участилось, и она ничего не могла с этим поделать.

— Я сама в состоянии покормить себя.

— Нисколько не сомневаюсь, но так гораздо приятнее.

— А если я укушу вас за палец? Он замер, как зачарованный наблюдая за капелькой сока, ползущей по ее нижней губе.

— Можете кусать меня в любое место, какое только пожелаете.

— Не искушайте.

Стефан усмехнулся и, наклонившись, слизнул каплю с губы.

— Именно этим я и намерен заняться.

— Стефан…

— Вы пахнете земляникой. — Поцелуй. И еще один. — Люблю землянику.

Она уперлась ладонями ему в грудь, но отталкивать не стала.

— Вы не доели свое…

— Того, что мне нужно, на тарелке не нашлось. — Он провел языком по ее губам, спустился от краешка рта к подбородку, перебрался на шею… — Боже, как же я скучал по вас… По вашей коже… запаху волос… тихим стонам…

Она откинула голову, молча приглашая его продолжать.

— Нам нельзя быть здесь.

Но он уже прокладывал новый маршрут — вниз по шее… по плечу… ниже…

— Хотите, чтобы я отвез вас домой?

— Я…

— Софья? Пауза затянулась, и Стефан, хотя и продолжая ласки, не стал торопить ее с ответом. Слишком долго он ждал этой добровольной капитуляции, чтобы испортить все неосторожным словом. И, готовый ждать сколь угодно долго, едва не вскрикнул с облегчением, когда она тихонько вздохнула и обняла его за шею.

— Нет.

— Слава богу, — выдохнул он. Поднявшись со стула, Стефан подхватил Софью на руки, отнес к ближайшей софе и бережно опустил на подушки.

Раздеваясь, он ощущал ее взгляд, и этот взгляд торопил, подгонял, заставлял нервничать. Черт, кто бы мог подумать, что такое вообще бывает. Опустившись на колени перед софой, он был уже в полной готовности.

Ее губы призывно раскрылись, и Стефан приник к ним жадным поцелуем, свободной рукой разбираясь с ленточками платья.

Она пахла земляникой и желанием. Пьянящий аромат ударил в голову, и мир утонул в тумане, оставив только Софью и изнуряющую, требующую утоления страсть. Стащив без особенных церемоний платье, он вступил в сражение с корсетом и, наконец, с тонкой сорочкой.

Освободив ее от одежды, Стефан приник к губам, но задерживаться не стал и, пробежав вниз по шее, спустился к набухшим бутонам грудей. Она отозвалась стоном наслаждения и выгнула спину, но он только улыбнулся и продолжил путь через живот.