Чтение онлайн

Все равно, это ничего не значило. Я не собиралась верить, что у моего брата есть вторая жизнь в виде мифического чудовища, без каких-то более существенных доказательств. Я вынула стопку книг из-под кровати и продолжила свои исследования больше по привычке, чем из необходимости.

Вскоре я уже собиралась достать следующую стопку, когда мое внимание кое-что привлекло. На внутренней стороне обложки одной из книг, которую я взяла в нашей библиотеке, была маленькая табличка.

«Посвящается памяти Джэйсона Энтони Хэйгана».

В нашем городке было принято посвящать книгу памяти умершего и сдавать ее в библиотеку. Мисс Нэнси считала это отличным способом поддерживать коллекцию без напряга для бюджета библиотеки. Когда кто-то умирал, близкие всегда покупали книгу, которая каким-то образом напоминала им об ушедшем, и сдавали ее вместе с табличкой. Это вроде как символизировало память о человеке в сообществе.

Джэйсону Хэйгану была посвящена книга Джеймса Френка Доби «Голос Койота»38.

Кусочки мозаики медленно собирались у меня в голове.

После небольшого диалога с собственной совестью я взяла ноутбук, который заблаговременно вынула из-под горы грязной одежды Джэйса, когда мы вернулись домой, и тайно взломала пароль к базе данных библиотеки.

Сначала я нашла некролог, в котором с прискорбием сообщалось, что Джэйсон Хэйган покинул этот мир 23 ноября. У него остались мать, брат и жена Ребекка Лоури Хэйган. Тогда еще никто не знал, что она на втором месяце беременности.

Наконец я нашла то, что искала. Заголовок статьи гласил — «Местный житель погиб ранним утром во время несчастного случая». Под ним красовалась фотография мужчины, с гордостью державшего за рога голову огромного оленя. Я никогда его не видела, но представляла, как в тот момент сияли его глаза. Мама всегда говорила, что Джэйс как две капли воды похож на отца.

«Джэйсон Хэйган (30 лет) из Тимбера был смертельно ранен случайной пулей в 4:36 утра в лесистой местности за городом, примерно в 15 милях севернее Принстона, — гласила статья. — Ройс Перлман заявил, что видел койота, приближавшегося к его охотничьему домику. Он осознал свою трагическую ошибку, когда добрался до места куда, по его мнению, убежал зверь. Хэйган скончался на месте.»

Клик-клик — мозаика сложилась полностью. Конечно, стая волков привлекла бы к себе внимание в западном Кентукки, но не койоты. Койотов всегда было полно. Папа готов был поклясться, что видел огромного койота на нашем заднем дворе прошлым летом.

О, скорее всего, это был Джэйс.

Конечно.

И само собой, это объясняло неприязнь между Алексом и Джэйсом. Мои исследования показали, что койоты и волки не сильно жалуют друг друга.

Итак, мой брат имел привычку раз в месяц превращаться в дикое животное. Я уже знала, такое случается с людьми. Это не сильно изменило мое отношение к Алексу. Если бы я была честной с собой (чего я не сильно любила делать), это сделало Алекса еще сексуальнее.

Но с Чарли и Джэйсом все было по-другому. Они стали чужими. Не теми мальчиками, которых я знала всю жизнь. Глубоко в душе я чувствовала, что меня будто бы предали.

Как они могли скрывать от меня такое?

Я начала злиться, потому что это была моя защитная реакция на душевную боль. Я не знала, что бы сделала, если бы меня не прервали. Наверное, начала бы орать на своего брата посреди ночи. Я собиралась сделать именно так, но тут мой телефон завибрировал.

ГЛАВА 10

Я недоуменно посмотрела на прикроватный столик. Кому придет в голову звонить в 2:47 ночи?

Высветился незнакомый номер, поэтому внутри меня начала зарождаться паника. Кто-то узнал, что мне известно. Кто-то следил за моим компьютером и понял, что я догадалась. И теперь меня хотели за это устранить. Или забрать в какую-нибудь колонию для малолетних хакеров, где мне придется делить комнату с покрытой татухами металисткой.

Я чуть не подпрыгнула, когда телефон издал короткий «бип». Я взглянула на новое сообщение:

«Снег идет».

Как странно.

Приставив руки к лицу, я высунулась из окна в морозную темноту. На улице было темно, хоть глаз выколи, но я могла различить снежинки в тусклом свете фонаря. И еще увидела парня, стоявшего внизу и смотревшего на меня.

К счастью, я додумалась потратить немного времени и накинуть на себя пальто и обуться, прежде чем выпрыгнуть на зимнюю улицу. Конечно, если бы я знала, что пойду гулять в лес, еще бы удостоверилась, что надела именно свои вещи. Алекс ничего не говорил, только улыбался, так, что мое сердце таяло. Когда он взял меня за руку и повел в лес по хорошо протоптанной тропе, я ему позволила. Само собой, я не полная дура, и понимала, что сбегать среди ночи в лес с оборотнем — не самая лучшая идея. Но почему-то меня это совершенно не волновало. Наверное, дело в гормонах, о которых предупреждала мама.

— Куда мы идем? — спросила я, нарушив молчание.

Он остановился и, посмотрев на мой дом долгим задумчивым взглядом, сказал:

— Здесь вполне неплохо.

«Здесь» — это пятачок в лесу, который ничем не отличался от всех остальных участков леса, мимо которых мы прошли. По крайней мере, там лежало поваленное дерево, и я могла на него присесть. Мои ноги ныли от всей этой беготни по лесу в ботинках Джэйса.

— Ну, — сказала я, присаживаясь на упругую ветку, — чем обязана визитом? Никто в Монтане не захотел погулять среди ночи?

Алекс сел ко мне достаточно близко, чтобы наши коленки касались.

— Не знаю, я так туда и не добрался.

— Ты за месяц не смог доехать до Монтаны? На чем вы ехали, на телеге?

— Почти. На фуре. Нам не удалось уехать дальше Эффингема. Это город в Иллинойсе. Их единственная достопримечательность — крест высотой в 60 метров.

— Значит, тебе наскучил твой гигантский крест, и ты подумал «О, а Скаут, наверное, не спит!».

— Почти. Я наконец-то уговорил Лиама подарить мне на Рождество то, чего я хотел.

— И что же.

— Вернуться домой, — сказал он. — У меня были кое-какие дела в этом районе, но я увидел твой дом и отвлекся.

Он посмотрел вниз, на свои ноги. Я заметила, что он носит ту же самую пару ботинок, несмотря на то, что купание в ручье сделало их менее удобными.

— Какие дела у тебя могут быть в три утра?

— Прости, не могу сказать.

— Это оборотничьи дела?

— Да, это оборотничьи дела.

Пару минут мы сидели в тишине. И снова я начала сомневаться в рациональности прогулок по ночному лесу с оборотнем. Удивительно, но страшно не было. Это же все-таки Алекс Коул. Парень, который все время улыбался и смеялся над моими шутками. Он мне ничего плохого не сделает.

Наверное.

— А твои дела никак не связаны с моим братом-койотом, правда?

Это привлекло его внимание.

— Он тебе рассказал?

— Значит, он правда койот? — Мне не понадобился ответ, я все поняла по его лицу. — Поэтому вы постоянно цапаетесь? Волки и койоты-оборотни кровные враги, или что?

Алекса, похоже, посмешило мое предположение.

— Кажется, корректнее было бы говорить «перевертыш» или «шифтер», — ответил он. — Койот-оборотень как-то не звучит.

Мои глаза сузились: