Чтение онлайн

— Виссария Кирц?

— Да, — ответила я и протянула поднятые свитки. Мужчина забрал их, блеснув двумя перстнями: черным и красным — на длинных изящных пальцах и задал роковой вопрос:

— Тебе не нравится имя Мурниш?

Я хотела промолчать или отшутиться, быстро сообразив, что неизвестный маг услышал наш разговор. Но дернул меня за язык не иначе, как сам Чернорог — вечный шутник над смертными. Или глаза этого незнакомца заставили сказать правду...

— Не нравится, мейр.

Взгляд мужчины потемнел, и он недобро улыбнулся.

— Ты не боишься, что это имя может принадлежать тому, над кем нельзя потешаться?

Тогда мне точно стоило бы заткнуться, потупить глаза и вообще раствориться в воздухе невидимой пылью, но все приходит с опытом, да?

— Я думаю, он бы потешался над моим не меньше.

Имя «Виссария» означало «капля». Но чаще его переводили, как «лужа». Вот в такой луже мне и следовало бы тогда утопиться, а не перечить...

— Хмм.

Вот и все, что сказал новый зельевар, уважаемый всеми некромант, почетный легат Совета магов, один из завидных женихов королевства, его святейшество Гаэр Гробер.

Его регалии мы узнали позже, когда в комнату влетел профессор Петиш, выпучив глаза от страха, и принялся раскланиваться перед его святейшеством. Маг на меня больше не взглянул, даже в нашу сторону не повернулся, когда покидал комнату вместе с профессором. Но после этого многозначительного хмыканья на меня и повалились проблемы: одна хуже другой.

Это спустя неделю, я смогла как-то связать события, а тогда приглашение к ректору и мой перевод на совершенно ненужный мне факультет денежного учета выглядели ошибкой. Потом дядюшке пришло предупреждение, что если он хочет сохранить место в уважаемой всеми конторе, должен переселить свою подопечную по указанному адресу . Но последней каплей стал отказ на дорогой бумаге с золотым королевским гербом, в котором очень аккуратно, но достаточно прямо говорилось о моей «темной» семейной репутации, правду о которой им предоставил уважаемый маг.

Уважаемый всеми маг...

— Соберись! — прикрикнула на меня Лиара. Она была нашим железным стержнем. Нашей опорой. И нашим голосом разума. — Висса, ты же прирожденный дипломат. Тебе надо поговорить с его святейшеством. Явно же произошло недопонимание. Он зрелый мужчина, и я уверена, что все проясниться. И все вернется на круги своя.

— Я постараюсь, — уклончиво ответила я, ведь девочки не знали о самой темной моей тайне. А вот Гаэр Гробер узнал. И я сомневалась, что это закончится для меня одним разговором.

Мои подозрения подтвердил дядя, вернувшись с работы раньше, чем обычно. Я ждала его в гостиной и сразу же встала с любимого кресла, отложив книгу по лекарственным травам на круглый столик. На Маре Ларусе не было лица, он будто постарел за день, и я понимала, что дядюшка устал. В его руке я заметила сжатое в руке письмо. Теперь оно было в черном конверте, и я готова была поклясться на своем талисмане Воды, что я заметила гербовую букву «Г».

— Дядюшка? — я позвала его, но он не поднял на меня глаза.

— Собирайся, Висса. Я отвезу тебя к родителям.

Значит, решил погубить себя и свою карьеру. Из-за моей глупости. Ну уж нет! Если уважаемый маг и хочет кого-то сгнобить, то пусть это буду только я.

— Да, мне пора собраться. Я быстро.

Как только последние песчинки в моих стеклянных настольных часах упали вниз, отсчитав ровно тридцать минут, я уже спускалась по лестнице с небольшим чемоданчиком, в который сложила самое необходимое.

— Дядюшка, ты отвезешь меня не к родителям, а по указанному адресу. Если откажешься, то у меня есть несколько злотов, чтобы я смогла нанять свободный кэб. Я хочу сказать, что я доеду до этого, Чернорог его закопай копытом, поместья и возьму на себя всю ответственность. И не позволю ни тебе, ни родителям вмешаться. Таково мое решение.

Дядя посмотрел мне прямо в глаза и тяжело вздохнул.

— Вся в мать. Даже спорить не буду, — махнув на меня рукой, он забрал у меня чемодан и вышел во двор, где уже стояла наша двуколка.

Доставили меня прямехонько к воротам огромного готического поместья, где в причудливом узоре проглядывалась изящная буква «Г».

Я начинала ненавидеть эту букву, как и имя своего избранника на пятке. Она сейчас как раз неприятно зудела.

Наш любимый конь Гаврош фыркал и бил копытами, чувствуя слишком сильную магию. Дядя снова не смотрел мне в глаза — он сейчас боролся сам с собой, но по очередному тяжелому вздоху я понимала, что он явно проигрывает сам себе.

— Зря ты родителям не сказала. Может, можно было бы... — Он не договорил, да и хорошо, что не договорил. Я никогда бы не простила ему этого предложения.

Спасти свою репутацию я могла лишь одним способом — отречься.

Нет, этого я не сделаю никогда. Если многоуважаемый маг решит меня испепелить огнем «правды», то такова моя судьба. Я и так всю жизнь скрываю свою семью, прячу их в тени своей жизни. Как и дядюшка. Но мне согревает душу то, что они там, рядом со мной. И я рядом с ними.

Нет, я дочь Алвадия и Кассы Кирц. И точка.

Я отпустила дядю и попросила ничего не сообщать родителям. Тот лишь покачал головой, но всунул мне в карман заговоренный злат. Просто так, на удачу. Его нашли в моей люльке, и дядя передал его мне.

Я подергала за шнур и стала ждать около кованых ворот. Вскоре за мной пришли. Прискакали. Красиво прогарцевали на вороном красавце и не спеша открыли ворота.

Сам уважаемый маг Гробер.

— Хммм, - протянул уже привычно мужчина.

Он оглядел меня, мокрую и взъерошенную, и надменно вскинул бровь.

— Сейчас ты выглядишь не такой самоуверенной.

Я бухнулась на колени.

— Простите меня, я не хотела оскорбить его. Я признаю, что поступила грубо, но этого больше не повторится!

Сомнений не было — Мурниш был его племянником или сыном дорогого учителя. Я понимала, что не отделаюсь своим валянием в грязи и мольбами — Гаэр никого не прощал. Это потом я уже узнала, с кем посмела вести беседу, рыдая в руках Лиары.