Чтение онлайн

Бухрум постучал по песочным часам своим посохом, и странный зелёный песок начал тихо пересыпаться в нижнюю камеру. Я жадно всмотрелся в стейк. Волшебная тарелка постоянно его нагревала, но он абсолютно не терял свою сочность. Мясо вдоль среза блестело, а вытекающий из него сок смешивался с растопленным на нарезанном картофеле сливочным маслом, образуя на тарелке чарующую мраморную лужицу. Я хотел схватить вилку и наколоть всё это на неё одним ударом. Я видел, как нарезаю стейк и делаю из него бургер. Я добавлял соус для барбекю или, что ещё лучше, пряно-сладкие терияки, смешанные с майонезом. О, как я этого хотел, хотел, хотел…

— Кааа! — вдруг закричал Бухрум, и сильно ударил меня по плечу коротким посохом. — Ты дурак! Ты по уши утопил себя в нечистых мыслях! Начать всё сначала!

— Да? Не мог бы ты сказать, о чем я думал?

— Не издевайся над великим мудрецом! Твоя голова была полна грубого, жадного желания фрикателя!

— Ух… Ладно, ты меня поймал, — сказал я, опуская голову.

Старик фыркнул.

— Ты сдашься?

— Нет, я продолжу.

— Очень хорошо.

Он снова постучал по песочным часам, и песок мгновенно собрался в верхней камеру.

— А теперь ещё раз… Старт!

С третьим взмахом посоха я закрыл глаза.

Судя по всему, Бухрум, как часть системы SAO и Нейрошлема, воспринимал моё сознание лучше, чем я рассчитывал, и мой план думать только о стейке не сработал. Это всё усложняло, и мне нужно решить задачу об экстремальной медитации.

Я отключил всю сенсорную информацию и расслабил свой разум. К счастью, это входило в число моих возможностей. Я позволил своему разуму расшириться в темноте, ни о чем не думая, но и не засыпая, просто становясь пустым, пустым… Какой же чудесный запах… и соблазнительный шипящий звук. Я мог бы использовать этот звук в качестве утреннего будильника… О, какой запах… Я мог прямо сейчас попробовать бургер из тери-майо…

— Кааа!

Старик так ударил меня по плечу, что я даже вскрикнул.

— Всё было точно так же, как в прошлый раз!

Я открыл глаза, и увидел Бухрума с поднятым над головой посохом.

— Твоя первая попытка была десять секунд, а вторая двадцать! С такой скоростью ты никогда не достигнешь трёх часов подряд!

— Хм…

Естественно, что даже с закрытыми глазами я не мог не ощущать запах стейка. Я уже проголодался, и было совсем не легко поддерживать отстранённость разума.

— Ты продолжишь? — спросил пренебрежительно старик.

Я понимал, что мой основанный на стейке план провалился, и шансы победить были невелики, но я не хотел сдаваться. При тщательном рассмотрении поддержка полного отсутствия мыслей в течение трёх часов была невероятно трудным заданием в видеоигре. Возможно, есть какая-то стратегия, уловка, которую можно было бы использовать, чтобы облегчить задачу.

Бухрум сказал: «…отбрось все отвлекающие факторы и сохраняй спокойствие своего разума». Я чувствовал, что ключ в интерпретации «спокойствия». Сосредоточенность не была спокойной, если в её фокусе было желание съесть стейк. Поэтому, если бы я мог сосредоточиться на цели, которая не включала бы в себя желание или волнение, то возможно, я бы соответствовал его требованиям.

Я должен был представить в деталях то, что принесёт мне спокойствие, а не волнение.

Первым, что пришло мне в голову, был мой меч. Его внешний вид, текстура и вес уже запечатлелись в моей памяти. Конечно, меч был оружием, но когда я чувствовал себя подавленным или обеспокоенным, то сжимал ножны, и по какой-то странной причине расслаблялся и снова был готов вставать и сражаться. Все игроки, попавшие в этот мир и надеявшиеся пройти игру, в большей или меньшей степени чувствовали то же самое — оружие предоставляло психологическую поддержку.

Но я не был уверен, смогу ли сохранять сосредоточенность, думая о своём мече в течение трёх часов подряд. Было бы очень обидно продержаться часа два, а затем потерять хватку. Если мне придётся заново начать трёхчасовой обратный отсчёт, то я точно не смогу пройти его, так как я легко представил, что Асуна просыпается и отправляет мне сообщение.

Это должно быть нечто более важное, чем просто меч, с более яркими воспоминаниями. Во-первых, прошло довольно много времени с тех пор, как я провёл одну из моих одиноких ночей, сидя у ствола дерева и сжимая свой меч обеими руками, чтобы не волноваться. Это было потому, что…

— Точно… — воскликнул я.

Однако Бухрум истолковал это по-своему, и стал издевался:

— И что скажешь? Ты сдаёшься? Если ты это сделаешь, то сможешь съесть этот фрикатель.

— Нет. Я сделаю это, — объявил я, говоря себе, что это будет моя последняя попытка.

— Отлично. Старт!

Он снова постучал посохом по песочным часам, и зелёный песок начал падать в тишине. Я закрыл глаза, чуть наклонил голову и открыл дверь своим воспоминаниям.

Серебряный метеор расколол тьму моего разума.

Это был не настоящий метеор, а сияющий свет от навыка меча, который добивал опасного солдата Руинных кобольдов в глубине лабиринта первого этажа. Это был удар рапирой, выполненный фехтовальщицей, чьё имя в то время я даже не знал.

Первое, что я сказал ей, когда она облокотилась о стену после победы над тяжело вооружённым кобольдом, было: «Если бы меня спросили, я бы сказал, что это слишком». Не самая элегантная или поэтичная фраза. Когда она не поняла, что я имею в виду, то я объяснил ей концепцию чрезмерного урона, и фехтовальщица резко ответила: «В чем проблема нанесения слишком большого ущерба?»

Именно так я впервые встретил Асуну, мою нынешнюю спутницу. В то время, даже во время еды, Асуна постоянно носила капюшон. Она сводила разговоры к минимуму и никогда не улыбалась. В первый раз, когда я увидел нечто похожее на улыбку, было… Да, это было, когда мы победили лорда кобольдов Ильфанга, Босса первого этажа. Я вышел из зала Босса первым, чтобы активировать ворота телепорта на втором этаже, и она пошла за мной.

Асуна сказала, что впервые нашла то, чем хотела бы заниматься в этом мире. Когда я спросил её, что это, она просто улыбнулась и ответила, что это секрет. Это произошло четвёртого декабря, а сегодня четвёртое января. Прошёл целый месяц, но эта улыбка всё ещё оставалась в моей памяти.

Так или иначе, я напрочь забыл о стейке, и даже о том, что прохожу испытание для изучения нового умения. Вместо этого я вспомнил в мельчайших деталях всё, что мы пережили с тех пор с Асуной.

На втором этаже «Рапира ветра» Асуны была вовлечена в мошенничество с улучшением оружия, для разгадки которого потребовалось немало усилий. На третьем этаже мы встретили Кизмель и отправились на поиски секретных ключей. На четвёртом этаже участвовали в водных сражениях и построили лодку, которую называли Тилнель. На пятом этаже, чтобы избежать тотальной войны между АОА и АРД, мы взялись за Босса крошечной группой. Мне казалось, что за всё это время у Асуны находилось гораздо больше поводов улыбаться мне, чем раньше.