Чтение онлайн

— Ты свободна. — отвечает Лю. Она разворачивается и шагает к своей палатке. На поляне царит тишина.

— Все свободны. — бросает он и всадники остаются стоять на местах, недоуменно переглядываясь. Он отбрасывает свиток с приказом и спешит вслед за Кианной. Успевает схватить ее за руку.

— Кианна! Погоди…

— Убери… уберите руки, генерал Лю! Кажется, я теперь больше не служу в вашем войске? — она вырывает свою руку из его и делает шаг назад, разворачиваясь к нему лицом: — оставьте меня в покое!

— Кианна! Я не могу поступить иначе! Ты и я… мы не можем больше быть в таких отношениях! Мой статус… мне плевать что подумают люди, но ты же будешь в положении подчиненной! Я не могу так…

— Мне все равно! — вспыхивает Кианна, ее глаза мечут молнии, ее черные волосы разметались по плечам: — все равно, слышишь, ты! Мне все равно генерал ты или последний подсобный рабочий в лагере — мне был нужен ты! Слышишь?! Именно ты! Не «Полководец, Сокрушающий Замыслы Врага», не Генерал Байгу, а просто Лю! Который смешит всех своими шуточками и всегда готов прийти на помощь. Наверное, я просто ошиблась. Отпусти меня, я соберу вещи и ты больше меня не увидишь, Генерал Лю Байгу. Что… что ты… — она смотрит на него. Он встал перед ней на одно колено.

— Мы не сможем больше быть начальником и подчиненной и это моя вина. — говорит он грустно: — я подвел тебя, знаю. Тебе нравилось служба в войске и твои девчата из «Крылатой» сотни. Но… может быть мы все равно сможем быть вместе? По-хорошему мне нужно было прислать к тебе сватов, я вон уже с Фуцзяном поговорил, но ты же уедешь, и я могу потерять тебя навсегда, так что не до этого сейчас…. Сон Ми Кианна, ты станешь моей женой? Будешь ли делить все тяготы и лишения жизни жены солдата? Ты прекрасна, и я всегда мечтал о том, чтобы ты переехала жить в мою палатку, но это были лишь несбыточные мечты. Я твой начальник, а ты моя подчиненная… но теперь, когда я своим самовольным приказом, уволил тебя из армии… я знаю, что поступил дурно, ты хороший солдат, я знаю, что у меня нет оснований увольнять тебя со службы и отправлять в отставку. Все это я сделал исходя из личных, эгоистических мотивов. Просто чтобы иметь возможность предложить тебе разделить твою жизнь со мной. — он наклонил голову.

— Пресвятая Гуаньин, какой же ты все-таки идиот, генерал Лю. — тихий голос звучит сверху. Он поднимает голову и видит, что Кианна — улыбается. На ее глазах выступили слезы, но она улыбается.

— Это… значит да? Я не очень силен в интерпретациях женского…

— Это значит тысячу раз да, ты, глупый и эгоистичный, высокомерный сукин сын… Стоять! — поднимает она руку, видя, что он встает с колена и приближается к ней, желая заключить в объятья: — я все еще зла на тебя! Разыграть такой спектакль! Не мог прямо сказать?! У меня чуть сердце не порвалось!

— Мы же были…

— Начальник и подчиненная, помню. — закатывает глаза она: — а сейчас? Сейчас мы больше не начальник и подчиненная?!

— Формально уже нет. Я написал приказ и приложил печать, красными чернилами как положено и подпись поставил. Осталось только с довольствия тебя снять и…

Звук пощечины разнесся над замершей поляной, словно выстрел из бомбарды. Он поднял руку и потрогал левую щеку, которая горела огнем.

— Раз уж мы теперь не начальник и подчиненная! — говорит Кианна, упирая руки в бока: — вот тебе! За все! Издеваться он надо мной будет! Спектакли разыгрывать!

— Это… значит нет?

— Это значит да! И не мечтай спрыгнуть с лодки семейного быта, генерал Лю! Я тебе припомню! Свадьба будет шикарной!

— Так все-таки да… — он задумчиво потрогал начинающую опухать щеку. Рука у мастерицы танца с алебардой была тяжелой. Все-таки он так и не научился понимать женщин до конца. Наверное, это немыслимо для мужчины. Но… он рад, что Кианна станет его женщиной на законных основаниях, ему не придется прятаться, а ей не придется терпеть слухи и шепотки в спину, а когда у них появятся дети — то они будут рождены в законном браке, как и положено. Он уже совершил подобную ошибку один раз и больше не намерен ее повторять. И конечно же он все сделал правильно — сперва уволил ее из армии, а уже потом сделал предложение. Хотя, конечно, это ее обидело. Но что он может с этим сделать? Только попросить прощения. У своей женщины.

— Конечно да. — на лицо Кианны наконец возвращается улыбка: — как я еще могу тебе отомстить, если не выйду за тебя замуж? А уж в законном браке я буду мстить тебе всю твою жизнь. За все эти сегодняшние фокусы. Трепещи, генерал Лю, моя месть будет ужасной.

— Я выставлю охрану перед своей палаткой сегодня ночью. — говорит он, улыбаясь в ответ: — мои воины не допустят чтобы их командир пострадал.

— Кто? Вот эти вот? Остановят меня? — она пренебрежительно машет рукой куда-то ему за спину. Он оборачивается и видит, что десяток суровых всадников, ветеранов кровопролитных сражений и хладнокровных профессионалов — сбились в кучку за его спиной и улыбаются, так, что ему захотелось их всех срочно лимонами накормить. Умиляются они. Да это ж кучка девиц-сплетниц, а не бойцы. Им что, делать нечего?!

— Мы так за вас рады, командир Лю, Кианна! — смахивает скупую мужскую слезу лучник Фуцзян: — а за охрану не извольте беспокоится, Госпожа, кто ж вас теперь остановит то… с вами все наши надежды.

— Предатели. — ворчит Лю: — трибунал по вам плачет. Бросаете своего командира перед лицом опасности.

— В таких делах каждый сам за себя, — разводит руками Фуцзян: — уж извиняйте, генерал Лю.

— Так что готовься, генерал. — указательный палец мастерицы танца с алебардой упирается ему прямо в грудь: — сегодня ночью я отомщу тебе за все. Может быть даже несколько раз. Определенно несколько раз. Десяток. Или больше.

Глава 23

— Что же было потом? — спрашивает Сяо Тай в спину Генералу, который остановился в небольшой зале с несколькими дверьми. Они прошли не так уж и далеко, подземный ход вывел их в эту небольшую залу со светильниками и фресками на стенах. На фресках был изображен знаменитый Озерный Дракон Лань, тот самый, которого якобы победил Генерал Лю.

— Что было потом? Наместник Вон все же взял себя в руки и пригласил нас на пир в свой дворец. Если бы я тогда знал… — вздыхает Генерал Лю: — если бы знал… но нет смысла переживать о том, чего уже не изменить. Чертов трус отравил вино. Он решил, что если я и мой передовой отряд просто пропадут без вести, то ему будет легче потом захватить власть над моей армией, которая еще не прибыла. Ну или на крайний случай — отослать ее обратно. Этот идиот боялся потерять власть и подозревал всех вокруг… — он открывает дверь и приглашает ее пройти вперед. На короткий миг она колеблется. Но потом — делает шаг вперед. Генерал Лю не из тех людей, что бьют в спину. За дверью — словно бы целый мир, пещера, освещенная какими-то голубыми шарами, которые растут на сталактитах и сталагмитах, посредине — гладкая поверхность, излучающая нежный, голубоватый свет.

— Озеро Искренней Радости. — говорит Генерал Лю, закрывая за собой дверь. Истинное Озеро Искренней Радости, а не та лужа, что у подножья горной цепи к югу от города. То самое Озеро, из древних легенд. Говорят вода из этого озера способна оживлять мертвых и возвышать живых.

— Она светится. — говорит Сяо Тай и делает несколько шагов вперед. К ее удивлению, озеро находится намного дальше, чем она думала. Оптическая иллюзия? Она идет вперед, желая достичь берега, прикоснуться к синеватой, пульсирующей светом поверхности, но озеро и не думает приближаться. Постепенно до нее доходит, что пещера просто огромна, и что озеро даже больше чем то, что на поверхности. Наконец она доходит до кромки, где испускающая голубой свет вода касается камней пещеры. Она наклоняется к ней и… Генерал Лю перехватывает ее руку.

— Не рекомендую этого делать. — говорит он и качает головой: — по крайней мере пока не выслушаете меня до конца. Если вы того захотите — вперед. Но только тогда, когда вы будет знать на что идете.

— Извините. — она отступает назад и окидывает окружающий пейзаж взглядом. Все вокруг выглядит так, словно они на другой планете — испускающие бледный свет синие шары, растущие то там, то тут, голубоватая вода, сияющая из глубины, причудливые колонны сталактитов…

— Как тут тихо. — говорит она и поворачивает голову к своему собеседнику: — так что произошло с вами на пиру? Вино отравили, вы говорите?