Чтение онлайн

Выставляю ладошку.

– Уймись! Мы просто хорошо общаемся, по-дружески. Он заедет на чай.

Веселость с Динки слетает.

– Тогда я домой! Мне только шефа Вадика не хватало.

– Ну нет, - протестую, - они с твоим мужем не виделись даже ни разу. Не ассоциируй его с ним. Лучше скажи, когда ты подала заявление?..

Обсуждаем развод сестры. Возможный… У них нет детей, общей недвижки. Все вроде бы просто. Но почему мне кажется, Вадик не сдастся?

За разговорами проходит время. Вот и вафли готовы, и Миша в домофон позвонил.

Открыла ему и иду вымыть с мылом руки. Динка себе сока налила.

Ой, дверь!

– Дин, впусти Мишу в квартиру!
– ору из санузла.

– Ладно, - ворчит сестрица.

Мне так хорошо. Со мной приятные люди, и скоро мы полакомимся свежей выпечкой. В приподнятом настроении выхожу и шагаю в прихожую.

– Миш, иди мой… руки.

Я растерянно оглядываю гостя. Ему бы в душ предложить сходить. Его пиджак расстегнут, а вся белая рубашка впереди в желтом соке. Мужчина и сам таращится на нее. Шумно вздыхает.

– Это что за пи… - фраза обрывается, когда он смотрит вперед. В распахнутые карие глазищи Динки.

У сестры в руках полупустой стакан с соком. Совпадение?

– Это что такое?!
– Миша переформулировал вопрос.

Динка хмурится.

– Я вам дверь открыла и держала, а вы ее дернули на себя! Зачем?

– А зачем вы держали?

– Чтобы вас не прибило сквозняком.

– Как любезно!

Да уж, нападение малышки с соком на здоровяка.

– Вы могли бы зайти, предоставив дверь мне. Я бы ее закрыла. Но все же… извините.

Михаил закашливается. На его спортивной груди и торсе огромное пятно от апельсинового сока. Еще и мякоть кое-где висит. Не обманул производитель.

– Вы всегда берете все на себя?
– хмыкает Миша, разуваясь.

– А что?
– Динка смотрит с подозрением.

– Тогда и рубашку мою в порядок сами приведите. У меня встреча через два часа. Без галстуков… Но в рубашках.

Миша иронизирует. А вообще он привык все делегировать и руководить.

Вот только Дина задирает носик.

– Рубашки я только мужу стираю вообще-то!
– выдает.

– Ты же разводишься… - ляпаю ни к месту я.

Повисает загадочная пауза. Миша уже расстегнул верхнюю пуговку рубашки и дальше остановился. Из этикета, видимо.

Сестра испепеляет взглядом то меня, то его.

А мне интересно было бы, чем все закончится, но я внезапно вспоминаю - я ведь за хозяйку здесь.

– Так, Дин, иди на кухню, - тоже начинаю командовать, - а ты, Миш, к раковине. Это туда. Я пока тебе футболку Ваньки принесу, а рубашку мы постираем сейчас и высушим.

Я могла бы дать рубашку мужа, он бы точно был не против. Но Миша хоть и крупный, ростом ниже моего Ивана. Не слишком, но рукава уже будут смотреться неаккуратно.

Да и машинка с сушкой очень быстро справится. Рядом с гардеробной у нас мини-прачечная.

Возвращаюсь с белой футболкой в руке. Застаю Мишу без рубашки в прихожей. Не смотрю толком на него, кидаю майку в руки. Но он даже не успевает ее развернуть… С шумом открывается дверь.

– Сынок, что-то случилось?!

Мне хочется проморгаться. Не верю глазам, что на пороге стоит свекровь. После приключений с соком Дина и Миша не закрыли дверь. А во входную группу Катерина как-то сама пробралась.

Теперь она замерла в шоке. Как и мы с Михаилом.

– Теть Катя… - начинает, было, он.

– Что ты тут делаешь? С ней! В таком виде!

Как будто он без трусов! Но соглашусь, картинка, может быть, странная.

– Катерина…

Хочу объяснить, но осекаюсь. Раздается несколько щелчков фотоаппарата. Вернее, звуки камеры на телефоне. Он был у свекрови в руках, и она не растерялась. Начала снимать меня на фоне Мишкиного торса.

Приложит к заявлению о лишении родительских прав?

– Я заехал на чай, и меня облили соком. Ванька знает, что я здесь.

– Не ври!
– гостья взвизгивает.
– А я думала, что это ты ее выгораживаешь… Как не стыдно!

– Я всего лишь говорил свое мнение, - в голос Миши пробирается сталь, - а стыдиться мне нечего.

Он забирает у меня футболку, натягивает на себя. Закрывает меня собой.

Катерина хлопает глазами. Отмирает.

– Хочешь быть с ней, будь!
– "разрешает" свекровь.
– Но ребенка мы вам не отдадим!

– Оставьте в покое моего ребенка!
– ахаю.

А со стороны кухни раздается покашливание.

– Вам бы поразмыслить, какая вы мать, - говорит моя сестра, - а еще использовать шанс быть бабушкой. Нормальной, а не старухой Шапокляк.

Миша усмехается. Окидывает взглядом воинственную Динку.

– Это еще кто?
– Катерина морщится брезгливо.

Не помню, видела она когда-то мою сестру… Могла не узнать.

– По вашей логике третья в постели, - Дина хмыкает.

Миша не выдерживает и смеется в кулак. Тетя Катя задыхается от возмущения.

– Вы ответите! Смеетесь над моим сыном!

Михаил делается серьезным. Шагает к женщине.

– Ничего плохого ни Ивану, ни в принципе мы не делали. Это Майина сестра. Я заехал к ним на чай с вафлями. Случайно, - взгляд на Динку, - моя рубашка пострадала, и ее пришлось постирать. Теть Кать, пожалуйста, успокойтесь.

– Для тебя Екатерина Аркадьевна! Неблагодарный… Когда ты остался один, мы тебе помогали…

Миша вздыхает через сомкнутые челюсти. Он пытался быть вежливым с матерью друга. Но она хочет лишь больнее его задеть.

Теперь пора мне за него вступиться.

– Миша прав. Нам больше нечего вам сказать. Я позвоню Ване и скажу, что вы здесь.

Выгонять ее отсюда не могу, хоть и очень хотелось бы. Не знаю, сказал бы мне что-то Ваня?.. Лучше просто наберу ему.

Пока ищу телефон, Катерина судорожно прячет свой в сумочку. Как будто мы сейчас на нее накинемся и будем удалять оттуда Мишкин торс. Застегивает на все замки серую сумку и только тогда выдыхает.