Чтение онлайн

И подобные мысли тревожили каждого из громадной процессии придворных. Все они думали в этот час о своей собственной судьбе. Каждый хотел сохранить за собой свою должность и все связанные с ней доходы….

Процессия достигла царской гробницы. Она была центром нового некрополя, который по приказу фараона выстроил архитектор Сенусертах.

Сама пирамида была довольно большой 102 на 102 метра и впечатляла взоры. Вход в погребальную камеру был прорублен с юга и сейчас был открыт. Подле него суетились сотни людей.

Сенусертах постарался на славу. Его сын Синух, который возглавлял камнесечцев, также. Камера для саркофага царя была вытесана из желтого кварцита и толщина стен в ней составляла 60 метров! Все стены усыпальницы были покрыты надписями, что перечисляли подвиги покойного фараона.

– Мы постарались, сын, – прошептал архитектор на ухо сыну.

– Все так и таращатся на тебя, отец. Ты великий архитектор. И новый фараон Аменемхет IV не посмеет быть неблагодарным.

– Ее как посмеет, сын мой. Не сразу, конечно, но посмеет. И потому мои ларцы с драгоценностями сегодня займут место в усыпальнице фараона, как только мумия и саркофаг владыки Верхнего и Нижнего Египта будет перенесена в гробницу.

– Но кто может кроме тебя создать подобное?

– Это может понять умный человек, но наш новый фараон совсем не такой. Синух, ты мой сын и наследник. Твой отец и твой дед великие строители.

– Но мне далеко до деда и до тебя, отец. Смогу ли я стать таким же строителем? Я сомневаюсь в этом.

– Ты многое сможешь, сын. Но наше дело не сильно занимает тебя. И это плохо. Мы выдвинулись как архитекторы. Помни об этом…

Слуги сняли драгоценный саркофаг с мумией с саней и поставили его вертикально, лицом на юг. Жрецы богов Египта окружили саркофаг и вознесли молитвы богам. Затем вперед вышел наследник фараона.

В руки принцу сунули большой папирус с ритуальным текстом. Тот развернул его и стал читать:

– Приветствую великих богов! Приветствую владык жизни и владык смерти! Приветствую того, кого зовут владыка истины!

Жрецы Амона-Ра снова возвели руки к небу. За ними тоже сделали и жрецы иных богов и богинь Египта. В этот период, авторитет бога солнца, фиванского Амона, был на вершине божественной пирамиды Египта. Именно его Амона славили как верховного владыку смерти и главного судью душ умерших, а не традиционного Осириса, который занимал это место в период Древнего царства.

Главное для души усопшего теперь было попасть на солнечную лодку Амона-Ра. Жрецы Ра в Гелиополе говорили, что после смерти душа направлялась в сторону запада и входила в первое часовое деление поземного мира. И главное было удержаться на этой лодке и противостоять миру тьмы. В этом могли помочь многочисленные заклинания, написанные жрецами солнечного бога.

В папирусах, составленных для фараона Аменемхета III, были все необходимые заклинания и очистительные формулы. Новый фараон зачитал ритуальную исповедь усопшего владыки:

– Я, повелитель Верхнего и Нижнего Царства!

Я владыка и повелитель над повелителями!

Я фараон!

Я повелитель народов!

Я правил справедливо и не забывал богов!

Я не совершал несправедливостей!

Я не делал того, что не было угодно богам!

Я не загружал слуг моих работой сверх меры!

Я не заставлял людей страны Кемет голодать и плакать!

Я не преуменьшал доходы храмов!

Я дарил пишу, я кормил голодных!

Я наказывал врагов страны Кемет!

Снова жрецы провозгласили здравицу богам и славу усопшему великому фараону.

После этого жрецы в масках богов разыграли при гробовом молчании множества людей сцену завершения путешествия души усопшего фараона к трону повелителя загробного мира….

Невидимые тени у гробницы фараона.

Ра-Тауи на этот раз позволил принцу находиться в самой гуще событий, а не просто наблюдать за ними со стороны.

– Мы в самой толпе людей, жрец! Они нас не видят?

– И не слышат, мой принц. Нас для них нет.

– Но как такое может быть?

– Тот мир, про который знаешь ты не единственный. И мы с тобой сейчас как существа иного, высшего мира, странствуем по миру примитивному. Ты можешь слышать не только слова этих людей, но их мысли.

– И все о чем они думают – это власть. Они думают о ней даже сейчас.

– Это давно меня не удивляет, мой принц. Твоя сестра принцесса и её подруга Ата думают о своем будущем, но мало вспоминают усопшего фараона. Он уже отжил свое, а им жить только предстоит. Урах желает получить место Птахотепа и взвешивает свои шансы. Птахотеп присматривается к номархам. И все они думают о будущем.

– Ты дал мне возможность заглянуть в души людей и там я увидел много плохого, жрец.

– Это еще ты мягко сказал, мой принц. Но хватит бродить здесь. Нам стоит отправиться в дом архитектора твоего отца. Смотри, как все восхищаются его творением. Это, пожалуй, единственное настоящее чувство в сердцах придворных…..

Место действия: Город Иттауи, «соединяющий обе земли» – столица Верхнего и Нижнего Египта. Дом архитектора Сенусертаха.

Архитектор Сенусертах сделал все, что было положено, и был совершенно спокоен. Теперь, что бы не случилось, благосостояние его семьи не пошатнется. Его драгоценности были в погребальной камере царя.

Его сын Синух сидел рядом с отцом.

– Мы спрятали все ценности своего дома и ценности принцессы Себекнофру в гробнице фараона. Добраться до них не сможет никто, пока мы с тобой этого не сделаем, отец.

– Да, сын мой. Но сейчас фараону Верхнего и Нижнего Египта не до нас с тобой. Аменемхет IV столкнется с большими проблемами.

– Я слышал о том, что Птахотеп получил поддержку номархов. И они схватятся в борьбе за власть с новым фараоном. Птахотепа поддержат также многие придворные. Амени, главный казначей уже принял его сторону. А с ним пойдет и его отец, великий жрец Себека.

– Именно так, сын мой. Но жрецы Амона-Ра окажут поддержку фараону. Хотя они умные и сразу же отступят, если почувствуют, что позиции Аменемхета слабы. Их сила уже совсем не та, что ранее.

– А принцесса? – спросил Синух.

– Сбекнофру? Она не большая фигура в политической игре. Но если исчезнет фараон Аменемхет, то она единственная наследница трона и продолжательница династии. А может быть и основательница новой династии фараонов.

– Аменемхет захочет взять её в жены? – с тревогой спросил Синух.