Чтение онлайн

После недолгого раздумья сказала: — Можно в городской сад — там сейчас тихо, спокойно.

Парковая зона располагалась вдоль набережной Волги, легко можно было представить, как в летний зной здесь отдыхали горожане в тени высаженных деревьев, прогуливались по аккуратным, выложенных камнем, дорожкам. Сейчас сад пустовал, но за ним следили — аллеи, беседки, лавочки очистили от снега — чувствовалось здесь действительно уютно и уединенно, ничто не нарушало тишину. Шли неспешно по дорожке и молчали — Лексей не торопился начать разговор, давая возможность девушке собраться с мыслями. Та наконец решилась и произнесла потаенные, никогда прежде вслух не высказанные слова:

— Лексей, я люблю тебя. Как ни стыдно о том говорить девице первой, но уже не могу молчать. Хотела побороть себя, избавиться от ненужного чувства, но оно оказалось сильнее моей воли. Ты вправе меня прогнать, считать недостойной, бесстыдной, приму как должное, но как жить без тебя — не знаю, да и зачем, коль нет радости видеться с тобой.

Молодой мужчина понимал, что пришлось пережить благородной девице и решиться самой признаться в любви. Оттолкнуть сейчас означало бросить в пучину страданий, из которой может не выйти и погибнуть. Но и давать напрасную надежду тоже не стоило — не видел в Наталье ту, с которой бы навечно связал свою жизнь. С Машей у него обстояло иначе, чувствовал спокойно и уверенно — она будет верно ждать, чтобы с ним ни случилось. В этом плане предпочтительней была та же Надежда, но вот незадача — не питал к той особой привязанности. По сути, из двух барышень, воспылавших к нему страстью, он не хотел никакую, но судьба связала по рукам и ногам, заставляя сделать совершенно ненужный ему выбор и именно сейчас, в данную минуту!

Предпринял попытку хоть как-то отвадить влюбленную девицу:

— Наташа, извини, но я не свободен. У меня родился сын и к матери его у меня есть обязательства.

Девушка недоуменно взглянула и переспросила:

— Как сын, ведь Маша умерла и дитя у нее не народился!

Тут же поспешила исправить бестактность:

— Извини, пожалуйста, я не хотела сделать тебе больно.

Объяснил как есть:

— То не Маша, а ее сестра, Надежда. Она родила от меня младенца и я не могу оставить их без своей помощи.

Наталья вроде призадумалась, но после продолжила:

— Ты же не любишь ее, Лексей, коль считаешь обязательством. Не знаю и не хочу знать — как между вами случилось, но ведь можно помогать и не связывать себя с нелюбимой женщиной! Не хочу принуждать нисколько и навязываться самой, но прошу — не отказывай сразу моей любви, может быть, со временем ты поймешь, что я нужна тебе. Буду ждать сколько угодно, только прошу — приходи ко мне, — не видеть тебя мука, если есть в тебе капля жалости, то не бросай одну!

Вот так получил передышку в отношениях с одной девицей, а Надежда ни о чем не просила, лишь старалась своей заботой привлечь к себе любимого человека. К тому же общие заботы о малыше как-то сближали их друг к другу и однажды между ними случилось то, что должно было между здоровым мужчиной и желавшей его женщиной. С того вечера зажили одной семьей, делили одну постель — Надежда с ребенком перешла в его спальню, — и Лексей сделал наконец свой выбор. Только прежде, чем предлагать выйти замуж избраннице, встретился с другой — объяснить и расстаться не столь болезненно для той.

На удивление внешне спокойно Наталья приняла его слова:… мы с Надей уже живем вместе, я хочу жениться на ней…, - лишь высказалась: — Поступай, как считаешь нужным, в том воля твоя. А я найду, что мне делать.

В тоне ответа девушки Лексей почувствовал нечто твердое, будто она предвидела принятое им решение и уже заранее продумала свои действия. Только что она предпримет и смирилась ли с его выбором — не мог понять, ее эмоции и мысли оказались для него закрыты. Не особо беспокоился подобным раскладом, для него более важным стало сравнительно благополучное разрешение проблемы с двумя женщинами. В тот же день сделал предложение Надежде, которое она, конечно, приняла с понятной реакцией. А потом начались хлопоты с предстоящим венчанием и свадьбой — сразу оговорились, что они будут скромными в силу известных обстоятельств как жениха, так и невесты.

Не откладывали надолго, в храме им назначили ближайший срок меньше через две недели, сразу после Крещенья. В самый канун того дня во сне Лексею явилась Маша, смотрела на него с тревогой, пыталась что-то сказать, а потом вдруг исчезла. От того видения проснулся, прислушался — в доме царила тишина, рядом, тихо посапывая, спала Надя с ребенком под боком. Казалось, все вокруг мирно, но почему-то на душе стало неспокойно. Его покойная жена вроде хотела предупредить о какой-то беде, к тому отнесся серьезно, не отмахивался — мол, причудилось. Правда, что-то предпринимать не имело смысла — ведь неизвестно, от чего, — но уже настроился быть готовым к любой опасности, как бывало на боевой операции.

С утра собрали санный поезд и отправились в Тверь, к родителям невесты. Как заведено — выкупали невесту, хотя она приехала с женихом, получили родительское благословение и отправились к храму. У храмовых ворот навстречу молодым вдруг вышла Наталья — будто поджидала здесь, — выхватила из-под полы мешочек и размашистым движением осыпала их каким-то порошком. Крикнула еще: — Не бывать вашему счастью, — и бросилась прочь.

Лексей среагировал почти мгновенно — отшвырнул в сторону невесту, сам закрыл глаза и затаил дыхание. Он уже понял, что обезумевшая от ревности девушка применила яд, судя по серовато-белому цвету порошка — мышьяк, — так с закрытыми глазами скинул форменный камзол и треуголку, принялся вытирать лицо и руки снегом. Кожу жгло, но других признаков отравления не чувствовал — можно сказать, легко отделался. Крикнул вставшим в недоумении гостям отойти назад, поднял Надю и отвел подальше. Не стал трогать лежавшую в стороне одежду, лишь присыпал снегом — чистить ее от ядовитого порошка не было ни времени, ни желания. Попросил еще листок бумаги и карандаш — свои остались в камзоле, — написал записку и велел кучеру немедленно доставить ее губернатору. Заявлять в полицию не хотел — считал себя отчасти виновным в происшедшем нападении, — вот пусть теперь с девицей разбирается родной отец.

Церемония венчания из-за случившегося происшествия немного задержалась, а в остальном прошла без каких-либо сложностей. Только длилась больше, чем при венчании с Машей — сначала батюшка обручил молодых с обменом колец, лишь потом перешел к основному таинству. Уже законными мужем и женой вышли из храма, во дворе их поджидал секретарь губернатора, передал ответное письмо. Оно было кратким — Осипов извинялся за содеянное дочерью и просил по возможности скорее встретиться с ним. Конечно, бросать молодую жену с гостями и мчаться на встречу Лексей не стал бы, да и генерал не требовал того, потому и сказал, что приедет завтра утром. Свадьбу провели без былого размаха, на ней были лишь самые близкие, да и не очень долго — виновнице торжества приходилось уделять время младенцу, — к ночи гости разошлись. Но оттого радость молодой жены не уменьшилась, счастье переполняло ее — ведь она теперь законная супруга любимого мужчины!

На следующее утро встретился в губернской управе с Осиповым. В первый момент даже не признал его — вместо бодрого и крепкого мужа увидел согбенного старика, на измученном лице не осталось и тени прежней жизнерадостности. Встретил неласково, лишь хмуро кивнул на кресло напротив — мол, присаживайся. Подождал, пока Лексей уселся, спросил каким-то невыразительным голосом: — Рассказывай, что у тебя с Натальей случилось и почему она пошла на такое… — замялся, потом закончил — … злодеяние?

По-видимому, не услышал внятного ответа от дочери, теперь решил разобраться с молодым человеком. Пришлось Лексею рассказать как есть:

— Григорий Михайлович, Наталья влюбилась в меня и пожелала, чтобы я был с ней. Но пойти ей навстречу не мог — у меня были обязательства перед нынешней женой. О том объяснил Наталье, вроде приняла отказ спокойно — а вчера решила отравить меня с невестой прямо перед храмом. Сам не ожидал от нее такого поступка, но, слава богу, все обошлось, никто не пострадал.

— Нет, не обошлось, Лексей Григорьевич, — тоска звучала в голосе генерала: — мне сообщили, что слухи о случившемся идут по городу. Вынужден принять меры — то ведь покушение на дворянина, боевого офицера в военное время. Самое меньшее, что грозит Наталье — поселение в Сибирь, — более же вероятно заключение в тюрьму на долгий срок. Я говорил с митрополитом — может принять в монастырь в покаяние за содеянное без пострига.