Чтение онлайн

У длинного светло-кремового стола Алиса увидела стоящую Киру Владимировну, подле которой находился Андрей Радов и его брат Влад. Сам Андрей озорно подмигнул девушке, и та невольно улыбнулась, ощутив мгновенно возникшее напряжение со стороны Елисея.

– Рыжие уже немного бесят, - буркнул Елисей, услышав рядом смешок Тасманова.

– Все готово, можно начинать, - проговорил Влад, стоило им оказаться вблизи, пока за двустворчатыми дверьми шумели журналисты.

– Юридически к нам подкопаться никак нельзя. Тем более поставщик сам признал вину и полностью компенсирует неустойку, - улыбнулся Андрей, пожимая руку Лисе и замечая его недовольство. – Что? – вскинул он брови.

– Ты тоже смотрю, девять жизней в запасе заимел как Медвежатина? – почти искренне полюбопытствовал Лиса, сжав руку парня чуть крепче.

– Елисей, - строго посмотрела на сына Кира, хотя ее губы дрогнули в подобие улыбки.
– = Что за ревнивые замашки отца?

– А не твои ли? – хохотнул Тасманов, отчего Канарейкина мгновенно зашипела:

– Ярик, давно смелый стал? Жены нет, так можно хорохориться?

– Ой, не рычи львица. Чего сразу Ярик? Понабралась от Павлика дурного, теперь на людей кидается, - притворно вздохнул Ярослав, прикладывая ладонь к груди и вздыхая для виду. – Говорил же, что двадцать лет с этим чудовищем превратят тебя в мегеру.

– Дядюшка, я все слышу и очень обижаюсь, - мрачно изрек Лиса, бросая недовольный взор на Ярика.

– Прекратите паясничать, - рыкнула Алиса, сжав запястье Елисей и смотря на Ярослава злобно. – Вам сколько лет вообще? Ярослав Марсельевич, стыдно на пенсии молодняк дразнит и женщин!

Наверное, удивились если не все, то большая часть присутствующих. Собственно, Алиса и сама удивилась себе и озадаченно похлопала ресницами, ловя на себе изумленные взоры.

– Алисон, - восхищенно выдохнул Влад, обмахиваясь рукой. – Да ты прям рэмбо. Одной фразой заместителя главного тролля двух семей уложила. Смотря, дядя Ярик все еще пребывает в когнитивном диссонансе.

– А главный тролль кто? – озадаченно спросила Ежова. Получив однозначный и единодушный ответ:

– Как «кто»? Кенар!

– Папа, - вторил им Елисей.

Если спросить у Елисея, как прошла конференция, он бы сказал: «Хотел разбить дрон о чью-нибудь физиономию». Несколько журналистов явно брали уроки в психиатрической клинике перед тем, как принять участие. Один только вопрос, мол, не является ли Лиса конкурентом собственного отца и намеренно топит его бизнес – едва не выбил из колеи. Он бы вообще вряд ли сдержался бы, не держи Алиса свою руку прямо на его запястье и не придавая своим присутствием какую-то магическую способность терпеть, чего у Канарейкина в помине не водилось.

Они намеренно игнорировали неудобные вопросы, избегая отвечать на них или делая это максимально аккуратно. Когда очередной журналист из газеты «Бизнес и финансы» поднялся, предварительно попросив возможность для вопроса, они даже замешкались на секунду:

– Кира Владимировна, неужели ваш сын проигнорировал ваш авторитет и сделал этот заказ без вашего ведома.

Канарейкина замерла, сжав зубы и непроизвольно впившись ногтями в ладонь. Если перевести на простой русский: ее настолько ни во что не ставили в бизнесе мужа, что собственный сын решил попросту на нее «забить» в тот момент. Не самая лучшая репутация, особенно, если периодически она оставалась за главную.

– Послушайте, подобные вопросы решались целиком и полностью на доверии к моему сыну. У меня не было и нет причин не доверять собственному ребенку, который с детства готовился к данной роли, - потянула Кира холодно, приподнимая подбородок. Ее рука чуть подрагивала, лежа поверх стола и неожиданно она ощутила, как ладонь сына легла сверху, сжимая пальцы.

Второй, он удерживал руку Алисы, которая в этот момент тоже посмотрела на Елисея, принявшего весь удар на себя.

– В нашей семье не существует склок за деньги или власть, - четко проговорил он, глядя прямо в глаза замершему молодому парню, с интересом поддавшегося вперед.

Дроны были направлены на Лису, а сам парень держался, ощутив вдруг невероятную поддержку. И где-то там за экранами устройств от остальной семьи и друзей, и здесь – рядом с матерью, Тасмановым и Радовыми. А главное с самой Алисой, улыбавшейся ему невероятно тепло.

– Мое собственные решения и ошибки я целиком и полностью принимаю на себя. Благодаря своей матери я смог осознать, что еще не до конца был готов принять всю ответственность за будущее нашего семейного дела, - голос ни разу не дрогнул, хотя Елисею пришлось втянуть носом воздух, преодолевая собственные убеждения и принципы, продолжая.

– Родители дали мне возможность полностью показать себя и свои навыки. И в этом вопросе я совершил свою первую ошибку. Все деловые вопросы, связанные с поставкой некачественной продукции на данный момент практически утрясены. Это будет хорошим уроком, и я уверен, что боле не совершу подобного опрометчивого шага.

– Чтобы не быть голословными, мы готовы поделится с вами частичной информацией о ходе дела, касающегося выплаты неустойки за некачественный товар, - взял слово Андрей и рядом послышался шум толпы. – Вам будут сброшены достоверные материалы по этому вопросу, дабы боле никто не пытался манипулировать СМИ, сливая непроверенные данные.

– Вопрос качества – это прежде всего репутация не только ресторана. Но и в целом семьи Канарейкиных, - расправив плечи, продолжил Лиса. – Это то, чем никогда бы не позволил себе рискнуть мой отец и не собираюсь впредь делать я.

– А как же тайные отношения между вашей девушкой и вашим братом? Алиса Владимировна. Вы не хотите прокомментировать этот момент? – послышался вопрос откуда-то с заднего ряда и по залу вновь прошла волна шума. Елисей прикрыл глаза, а Тасманов недовольно побарабанил пальцами по поверхности крышки стола.

Они ждали, точно хищники, почуявшие свежую кровь. Жадно смотрели, пытаясь уловить хотя бы малейший намек. Алиса прикусила губу и мысленно снова дала себе пинка. Почему она была так неосторожна? Следовало хорошо подумать, но с другой стороны ведь не было ничего такого. Девушка чувствовала нарастающую панику, потому что этот момент они толком и не обсудили. Даже если скажут, что ничего подобного не было, где гарантия, что им поверят? Ей было одновременно страшно и неловко. Сейчас вся семья, в том числе ее друзья были вынуждены отдуваться за ее ошибку. Пусть непроизвольную, однако создала проблему она.

Ежова прикрыла глаза, вздохнув полной грудью и ощутила сжатие пальцев. Открыла, посмотрев на Лису.

– Не волнуйся, - тихо шепнул он, - я отвечу.

Она вдруг мотнула головой, выдыхая.

– Нет, я сама.

И заметив удивление вперемешку с восхищением, проскользнувшее в его взгляде, окончательно отпустила себя с поводка, позволив расслабиться. В конце концов, не только Лисе пора принимать ответственность за их отношения и проблемы в целом.

– С Антоном нас связывают исключительно дружеские, практически братско-сестринские отношения, - дрогнувшим голосом ответила, облизнув пересохшие губы и с каждым словом набираясь все большей уверенности. – Совершенно недопустимым считаю распространение подобных слухов в отношении наших семей. Вносить сумятицу между родными братьями – все равно, что воткнуть нож в спину, точно жалкий трус. Никогда не была способна на подобное предательство. И впредь, прошу вас, не заниматься очернением моей репутации, а также кого-то из членов семьи моего молодого человека. Это грязно, неэтично и абсолютно не имеет ничего общего с правдой!