Чтение онлайн

 Вот и сегодня я смотрел на красивое лицо спящей Машки и размышлял, когда же мы уже наиграемся и начнем жить, как взрослые, наконец-то как пара. Ведь должно же это рано или поздно все равно случиться.

Глянул на нее еще раз.

Ее тонкие черты лица, маленький прямой носик, алые чувственные губы, пушистые ресницы – все это я давным-давно изучил. И почему я только не замечал этого раньше? Где были мои глаза в детстве?

Может, если бы я тогда не уехал из родительского дома, мы уже давно были бы вместе, у нас были бы маленькие крошки, я бы тоже хвастался перед друзьями «а посмотри, как мой умеет» и млел от первого слова «папа». А может мы вообще друг на друга бы не смотрели, как мужчина и женщина. Или поубивали бы друг друга и разбежались. Что-то я сентиментальным с этой Машкой стал.

Но все-таки хорошо, что она Стаса бросила.

 Она проснулась от моего взгляда и улыбнулась мне своей радостной улыбкой. Глядя в эти большие серые глаза, я понял, что совсем потерял голову. Понял, что хочу сделать ей предложение. И понял, что нам надо в конце концов определиться с нашим статусом.

– Доброе утро, солнышко! – я потянулся к ее манящим губам и страстно их поцеловал.

– Доброе утро, котик! – сказала она, ответив на мой поцелуй.

– Маш, тут это, у меня к тебе разговор есть. – сказал, а сам смотрю на ее реакцию.

Она заметно напряглась, но руки с моей груди не убрала. Как приобняла до поцелуя, так и лежит.

– Ну, давай уже говори свой разговор, - едва заметно улыбнулась.

– Скоро Новый год. Не знаю, знаешь ли ты, но мы перед Новым годом всей компанией улетаем в горы на неделю. На корпоратив.

– Припоминаю, - сказала Маша, - мне Люба что-то рассказывала.

Люба? Сразу вспомнил я этого Гитлера в юбке. В жизни я старался сторониться от таких женщин, но в работе она мне идеально подходила. А что, всегда все что надо сделано и точно в срок.

– И что именно тебе рассказывала Люба? – решил полюбопытствовать.

– Говорила, что это весело. И это действительно сближает команду. Это она совершенно точно знает – она же уже 5 лет у вас работает.

Да, уж, знаю я, сколько Люба у нас работает, сам на работу принимал.

– Она абсолютно права. Именно поэтому мы их и проводим. Раньше, когда фирма была маленькой, было проще всех вывезти. Сейчас, когда мы подросли, стало немного сложнее. Но это того стоит – коллектив отдается работе по полной. Нет таких чаепитий или зависаний в игровых по полдня, как в других IT-компаниях. Зато есть продуктивная качественная работа с известными иностранными заказчиками. Ситуация win-win [1] , как говорится. Но речь сейчас не о том. Понимаешь, там мы будем 24/7 находиться под пристальным вниманием наших коллег. Прятаться по ночам по номерам не получится. Что мы будем делать с нашими отношениями? Будем их озвучивать?

Машка немного побледнела, словила непослушную прядку и начала накручивать ее на палец. Блин, тысячу раз это движение видел, она всегда так делала, когда крепко задумывалась или нервничала. Но сейчас оно заставило меня изрядно напрячься.

– Я уж было начинаю думать, что ты меня избегать решила. – продолжил. – Так гляди, и комплекс неполноценности разовьется.

– У тебя, красавчик? – игриво спросила Машка, а в ее глазах я прочитал, что она уже приняла решение.

– Ага, - только и ответил. – Говори уже, что решила.

– Хорошо, я согласна.

– Согласна прятаться или не прятаться? – спросил я, уже абсолютно зная ее ответ наперед.

– Согласна озвучить всем. Только это странно будет, конечно. Столько уже работаем и на работе никаких знаков друг другу.

– А чего странно? Мы же профессионалы. На работе работа, после - личная жизнь. Хотя я, конечно, не против тебя к себе в кабинет на чашку чая пригласить… Кхм, с отчетом…

– Не пошли, Круглов. Сам же сказал, на работе – только работа.

На том и порешили. Ну, вот, скоро и ко мне переедет значит. Мне в моей квартире так ее уюта не хватает. Ну и пирожков домашних тоже, конечно.

Мария

И вот что мне теперь со всем этим делать? Хотелось бы сказать, что дала Николаю согласие предать огласке наши отношения, не подумав. Но нет, как раз-таки я до этого весьма хорошо и долго над всем этим думала.

Он уже не раз и не два предлагал переехать к нему. Я все отказывала. Не потому, что считала, что рано или хотела позлить. А потому, что все приглядывалась к тому, как он ведет себя в коллективе, среди других людей, на встречах. С этой точки зрения я же его не знала. Сопоставляла полученную от наблюдений информацию с тем, что мне было известно о нем всю жизнь. И, честно сказать, была более чем рада тому, как он изменился.

На работе он был твердый, но справедливый. Никогда не медлил с принятием важных решений, не прятался за спину партнера. Наоборот, сам перехватывал инициативу, если видел, что Роман где-то подвисает.

Николай отчитывал людей за ошибки беспристрастно и прямолинейно, но всегда честно. Роман же действовал на эмоциях, частенько мог без причины накричать на секретаршу за остывший кофе или на какого-то подчиненного за задержанный на 5 минут отчет.

Я частенько ломала себе голову, что же их связывает или связывало. Они же такие разные. Но как я не пыталась разобраться, все не могла этого понять.

Роман не общался с Николаем нигде кроме работы. Не входил в круг его друзей, с которыми Коля общался по вечерам или на выходных.

Меня он сразу же познакомил со всеми своими друзьями.

Помню, как заехал за мной после работы. Я как раз заказала пиццу, поскольку готовить было лень, и нашла нам замечательную комедию на вечер. Он открыл двери и сказал:

– Собирайся, Машка. У тебя есть двадцать минут.

Я растерянно посмотрела на него прямо с дивана, где уже ждала его, укутавшись в приятный мягкий пледик. Куда же ехать, почти девять вечера?

– Коль, это что-то срочное? Что мне одеть?

Он молча подошел, погладил рукой по волосам и, наклонившись к моим губам, нежно поцеловал меня.

– Одень свое малиновое платье. И если хочешь, одень туфли – нас отвезет и заберет Валентин.

На улице была уже довольно прохладная погода, но я все же решилась на туфли. Значит, не на улице будем проводить время. Быстро уложила волосы, нанесла макияж. Покрутилась перед Николаем.

– Готова.

– Ох, Машка, если б у нас было немного больше времени, тебе бы пришлось еще разок себя приводить в порядок, - облизнул губы парень, глаза которого горели неподдельным желанием.

Я почувствовала, как внизу живота сжался тугой узел и весьма ощутимо начало гореть.

– А может ну его эту поездку? – не мигая уставилась я на Николая и начала приспускать бретельку платья. – Иди ко мне.

Он прерывисто задышал, но отрицательно покачал головой.

– Маш, мы и так опаздываем уже на полчаса. Больше не можем. Как вернемся, мы обязательно продолжим, обещаю!

Хм, куда же мы так опаздываем, что у нас совсем времени заняться любовью. Я удивленно подняла бровь.