Чтение онлайн

— Господин, вставайте! Жрецы идут сюда! — Возле входа послышался испуганный голос Варда.

— Че-е-ерт! — Акхану нелегко было выдернуть себя из дремоты. Впервые за последние дни он расслабился как следует.

— Господин, вы слышите меня! Их ведет Гулит!

Акалель рывком сел в постели. Как она узнала? Наверное, следила за ним. Хищная тварь!

— Акхан, черт возьми! Да просыпайся же ты! — К дрожащему голосу Варда прибавился другой, резкий и хриплый. Принц узнал Друза. — Тебе в ухо гвоздь вбить надо, чтоб ты услышал?

Друз отбросил полог и оказался в шатре. При виде заспанной лохматой гостьи он присвистнул.

— Времени ты даром не терял. — Кормщик схватил в охапку и швырнул девушке плащ. — Вставай, вставай, пошевеливайся! Нельзя, чтоб акалеля видели с тобой!

Дея бестолково заметалась, стараясь прикрыться разъезжавшимся под пальцами скользким шелком. Ей неловко было одеваться при посторонних. Сейчас, проснувшись, она казалась Акхану испуганной и смущенной. Ее щеки горели, руки тряслись.

— Друз, — принц взял кормщика за локоть, заставляя отвернуться, — сможешь вывести ее? Взять лодку и переправить на тот берег? К своим?

— Почему нет? Лагерь еще спит. Но знаешь, — кормщик помедлил, — проще было бы ее зарезать. Девкой больше, девкой меньше…

Акалель прикрыл ему рот рукой:

— Сделай, как я просил.

Друз только поклонился и подтолкнул Дею в плечо:

— Пойдем, женщина. Его высочество сегодня добр.

— Вард, прибери тут все. Я попробую их задержать. — Акхан снова влез в постель, все еще чувствуя рядом с собой запах и тепло второго тела.

«Вот она, тут!» — уже слышал он крики с улицы. А им в такт дробный стук деревянных сандалий Тикаля и поскрипывание кипарисовых тростей остальных жрецов.

— Я видела, она вошла внутрь! Женщина у него в шатре! Белая женщина! — Гулит галопом мчалась впереди гневной процессии жрецов.

«Черт бы тебя побрал, сука! Твое какое дело?» — Акхан вытянулся на кровати и скрипнул суставами. Он, конечно, мог изобразить невинность. Разыграть заспанного и удивленного напрасными обвинениями человека. Но что-то внутри его протестовало против такого поведения. Принц Победитель встал и отшвырнул полог в сторону.

— В чем дело? — В его голосе, во всей его позе сквозила такая угроза, что приблизившиеся было жрецы сделали шаг назад.

— Нам донесли… — начал Тикаль.

— У него в шатре женщина! — Гулит вихрем метнулась под рукой акалеля и проникла внутрь. — Она была здесь! — Кажется, охотницу за головами вовсе не смутило отсутствие соперницы. Ее руки раскидали подушки на ложе командующего. — Здесь остался запах! — Гулит встала на четвереньки и по-собачьи повела носом над теплым еще покрывалом.

Акхан шагнул прямо на Тикаля.

— Вы переходите всякие границы. — Его губы побелели.

— Вы не имели права нарушать табу, — отчеканил жрец. Его голос звучал разочарованно. Видимо, он очень хотел застать врага на месте преступления.

— У вас есть что поставить мне в вину? — Принц старался говорить спокойно. — Нет? Тогда уймите свою гончую. — Акалель бросил презрительный взгляд на рывшуюся в его вещах Гулит.

— Все еще теплое! Они ушли недавно! — продолжала выкрикивать та.

— Сами уймите. — Тикаль повернулся спиной и побрел прочь от палатки. Он не ожидал, что принц решит действовать немедленно.

Акхан шагнул в глубину шатра, без всяких церемоний схватил Гулит за волосы и резким рывком крутанул ей голову на сторону. Послышался характерный щелчок, и последняя фраза: «Их еще можно догнать», — застыла у женщины на губах.

Подняв тело негритянки на руки, принц догнал жреца и бросил Гулит к его ногам.

— У вас вошло в дурную привычку подсылать ко мне женщин, — только и сказал он.

Тикаль очумело таращился на бездыханный труп, а Принц Победитель, больше не желая ничего слышать, направился к себе в шатер. Оставалось два часа до рассвета. Почему-то он был уверен, что проспит их спокойно.

Лодка двигалась по серой утренней реке. Туман стелился над водой и покрывал оба берега. Если бы не расплывчатые очертания громады крепости, было бы непонятно, куда плыть.

Друз исполнил обещание. Девушка сидела на корме, он греб по направлению к вражеской стороне, время от времени бросая на беглянку сердитые взгляды. Она вела себя тихо, как мышка, только куталась в плащ да дышала на замерзшие пальцы.

«Надо же, вся белая! — Думал кормщик. — Может, от холода?» Но уже сейчас было ясно, что эта гипербореянка из какого-то особого теста и белизна ее — знак высочайшей пробы. Разве акалель мог пропустить такую?

— Твои родные на той стороне? — мрачно спросил Друз.

— Да. — Девушка кивнула. Не прибавила ни «господин», ни «ваша милость». Гордая.

— Они богаты?

— Да. — Дея не переставала дуть на пальцы.

— И знатны?

Она наконец подняла голову и воззрилась на него дымчато-голубыми глазами. «И во всем у них недостаток цвета!» — почему-то разозлился Друз.

— Добрый человек, что случилось с детьми акалеля? — вместо ответа на его вопрос спросила девушка. Ее голос звучал мягко и вместе с тем повелительно. Кормщику даже не пришло в голову промолчать.

— Их убили, — отрезал он. — Говорят, что забрали к богам. Но к богам-то, сама знаешь, живые не попадают. — Друз зло сплюнул в воду.

— За что?

И опять он не нашел в себе желания не ответить.

— Акалель — большой герой и много сделал для Атлан. Но жрецы говорят, что всякое семя от него — сорное. Оно должно быть уничтожено во что бы то ни стало, а то всем несдобровать. Потому-то ему и запрещено брать на ложе женщин. Мальчиков, там, скот — сколько угодно. А женщин нельзя. Довольна?

Дея склонила голову:

— Ты хорошо плаваешь?

— Да, а что? — не понял Друз.

— Уже недалеко, — пояснила спутница. — Я и сама как-нибудь справлюсь. А тебя у нас не ждет ничего, кроме плена. Прыгай за борт и плыви к своим.

Кормщик смерил девушку оценивающим взглядом:

— Ты кто? И почему командуешь?

— Плыви, — почти укоризненно повторила она, — и передай акалелю: его семя попало туда, куда нужно. Пусть не печалится. — Дея стянула с пальца золотой перстень с оскаленной медвежьей головой и вложила его в ладонь Друзу. — Пожалуйста.