Чтение онлайн

— Но может…, — начал было с нахмуренными бровями Путимир.

— Нет, воеводы, не сдерживайте меня, — откликнулся наследник, и, подойдя ближе, обнял каждого из них. — Спасибо вам за преданность и любовь, а я ноне с вами попрощаюсь. Однако ненадолго, скоро мы с вами в Славграде увидимся. Так, что говорю вам, не прощайте, а до скорого! Наследник немедля развернулся и пошел к дороге, а выйдя на ее ровную, покрытую тонким слоем пыли поверхность, остановился. Он еще малеша зрил на безмолвно стоящих хмурых воевод, посем оглядел поднявшихся дружинников, которые сообразив, что тот сейчас начнет кудесничать, не сводили с него зачарованных глаз. Наследник малозаметно кивнул воеводам и воинам, а после устремил взгляд по направлению дороги и пропел-прошептал повеленье: «Повелеваю тебе тело, образ человека-Святозара, обернись, образом птицы— орла!» Прошел кажется лишь морг и наследник перекувыркнувшись через голову, обернулся орлом. Он сделал по земле три коротких шага, взмахнул своими огромными крыльями и взлетел. Святозар— орел свершил прощальный круг над дружиной, которая задрав вверх головы, восторженно наблюдала за его полетом, а после направился, как и сказывали воеводы, прямо на север вдоль дороги. Святозар летел не высоко, чтобы не потерять дорогу из виду, но весьма быстро, и видел перед собой гладкую тонкую, точно лесную тропинку, ездовую полосу.

Видел раскинувшиеся повдоль нее черные, вспаханные поля, крупные деревни, и покрытые желто-красной листвой леса, где росли в основном лиственные деревья. Дорога, по которой летел орел— наследник вела в Лучедар, достаточно крупный, красивый город, стоявший на реке Суря, окруженный мощными, каменными крепостными стенами, с деревянными, высокими домами, длинными, прямыми, чистыми улицами. Святозар не снижая высоты и быстроты полета, разглядел Лучедар сверху, и, пролетев над ним, направился вдоль дороги, которая миновав реку и город, вела дальше прямо к поселению Перевоз. На ездовой полосе было множество развилок, но орел всегда выбирал, как и говорили воеводы, левую дорогу и продолжал свой полет. Прошло наверно несколько часов, когда Святозар ощутил мощное утомление во всем теле так, что крылья его стали взмахивать, будто через раз. По-видимому, надо было срочно делать привал, одначе наследник дюже хотел долететь до Перевоза.

Маненько погодя, наконец-то, показалось новая развилка, где правая дорога уводила на Перевоз, и город уже виднелся впереди, а левая дорога, подходя прямо к берегу реки Дальня, направлялась туда в Колядец. Святозар свернул на левую дорогу, и решил, что пришла пора передохнуть, потому как из клюва орла уже начало вырываться какое-то и вовсе судорожное дыхание. Разглядев на берегу реки небольшую рощицу, в коей красовались обряженные в желтые сарафаны березы, он направил свой полет туда. Перелетев узенькую полосу рощицы, наследник достиг берега речушки и принялся снижаться. И едва его ноги коснулись песка, как он тут же пропел-прошептал повеленье. Резко, как было и дотоль, Святозар перекувыркнулся через голову, принял свой истинный образ, и гулко плюхнулся грудью на землю, слегка всколыхав ровную гладь песчаного брега, да тотчас замер… Замер…подумав о том, что шепчи заговор, не шепчи, а, как ты животом на родимую матушку землю бухался, так похоже и будешь бухаться. Святозар еще немного полежал, а отдышавшись, принялся подыматься на ноги. Испрямившись в полный рост наследник, без задержу, почувствовал легкое покачивание туды… сюды собственного тела. Миг спустя нестерпимой болью отозвались плечи и руки, натруженные тяжелым полетом. Неспешно, покачиваясь, он направился к реке, да присев на корточки обок воды опустил в нее разгорячено-отяжелевшие руки, ощутив быстроту и плавность ее течения. Погодя сложив внахлест, едва вздрагивающие от утомления, ладони Святозар набрал воды и принялся пить да умываться. Глубоко вдыхая чистый, словно прозрачный, воздух наследник с теплотой разглядывал прибрежные красоты реки Дальня. Сама река была довольно широкой, поуже конечно Сури, но наверно не менее глубокая.

Противоположный ее берег порос густыми лиственными деревьями, в основном ольхой с черно-бурой корой, березами да осинами. Святозар выпил еще воды, потому как она показалось ему не только чистой, но и очень вкусной, потом поднялся, да неторопливо отойдя от реки, улегся прямо на песок и закрыл глаза. Надрывисто громко, все поколь, продолжало стучать внутри него сердце, немощью отзывались, вроде ставшими тугими, руки и плечи, посему наследник положил ладонь на грудь и пропел-прошептал повелевая боли отступить… И когда та иссякла, точно и не было этих нескольких тяжелых часов полета, Святозар позволил себе заснуть… И снилась ему дорога и идущие по ней взад и вперед груженные обозы, и всадники, и рыдваны, и видел наследник мелькающие пред взором поля, леса и реки. Внезапно он вздрогнул так, будто его кто-то толкнул, и резко отворил очи… Немедля узрев над собой раскинувшееся далекое, голубое небо, с плывущими по нему густыми, белыми облаками. Яркое солнечное светило нежно пригревало землю, впрочем, наследник приметил, что припекало не так жарко как возле Асандрии. Солнце уже приближалось к полудню, и так как отдохнувший, поспавший Святозар чувствовал себя многажды бодрее, то он вмале решил отправляться в путь, пред тем все же решив перекусить. Святозар поднявшись с брега, сел да протянув вперед правую руку, выставив длань над песком, тихо пропел— прошептал. А малеша опосля перед ним появилось медное блюдо со сладкими пирожками и глиняный кувшин полный молока. Наследник взял пирожок в руки, надкусил его и поморщился. Внутри была какая-та сладкая начинка, но ни начинка, ни сама сладость не ощущались во рту… словно еда и вовсе не имела вкуса. Однако Святозар заставил себя есть, и ему даже удалось дожевать один пирожок до конца, а второй съесть наполовину, при том сделав еще пару глотков молока прямо из кувшина. «Наверно, это от усталости, еда такая не вкусная» — предположил наследник. Впрочем, он так и не доел второй пирожок до конца, положил его остаток на блюдо, и, взмахнув рукой, убрал посуду. Теперь, после того, как Святозар отдохнул и можно сказать поел, он поднялся на ноги, отряхнул песок с вещей, и, расправив плечи, пошевелил ими. Еще миг он оглядывал берег и реку, словно прощаясь с ней, потом обернулся орлом, взметнул крыльями, и, взлетев в небо, устремился к дороге, а поравнявшись с ней, полетел, как и прежде повдоль нее. И опять замелькали перед ним поля, леса, деревни, развилки, которые уводили с главной дороги и упирались в крупные аль мелкие поселения, а то и вовсе в одинокие дома. Святозар несколько раз сбивался с пути и залетал в деревни, а увидев заканчивающуюся перед собой ездовую полосу, возвращался обратно. Солнце уже двинулось на покой и зашло за край небосвода на треть, когда наследник понял, что он наново свернул не туда, и под ним оказалась небольшая деревня и конец ездовой полосы. Но сил возвращаться обратно уже не было, да и, честно сказать, сил уже не осталось и вовсе лететь, надо было остановиться на ночь в этой деревне в доме большака. Святозар подлетел к краю поселения, и так как крылья отказывались махать, опустился на землю, обернулся собой, и, упав на живот, уже с трудом даже поднялся, но лишь для того, чтобы тут же сесть. Низко склонив голову, он уставился на землю и зеленые травы, плетущиеся по ней, сверху легохонько укрытые опавшей листвой, прилетевшей из леска растущего неподалеку. Сердце опять ретиво заколотило в груди, так, что даже в голове отдавался этот шум, а перед глазами плыл густой, черный туман. Чтобы не потерять сознание наследник принялся глубоко дышать и трясти головой стараясь прогнать этот туман, а когда ему немного полегчало, поднялся на ноги, и, покачиваясь из стороны в сторону, принялся оглядываться. Деревня, лежащая перед ним, была небольшой, дворов двадцать. Она раскинулась подле речушки, берега которой буйно поросли дубовыми и каштановыми деревьями. С той стороны реки это были мощные, высокие красавцы с раскидистыми кронами, с каковых уже облетала желтоватая листва. Святозар вышел на дорогу, и тяжело передвигая ногами, побрел в деревню. Но не прошел он и половины пути, как услышал сзади топот, мычание и окрики пастухов. Тотчас остановившись, наследник обернулся. Прямо за ним по дороге, наверно с пастбища, возвращалось стадо коров и бычков. Во главе того стада шел огромный черный бык, позади и по бокам скопа животин ехали отроки верхом на лошадях.

Ребят было не меньше десяти, они свистом, да криками подгоняли торопливо идущую домой скотину. Святозар сошел с дороги, уступая быку путь, а тот точно не видя чужака, и не обращая на него внимания, быстрым шагом двигался к своему дому. Когда большая часть стада прошла, около наследника остановились два отрока, и тот, что был постарше, обращаясь к нему, широко улыбнулся, показав свои белые зубы и убрав с лица пшеничного цвета прядь волос, спросил:

— Мил человек, чего ищешь?

— Мне бы большака вашей деревни увидеть, где живет, не подскажите? — вопросом на вопрос ответил Святозар, чувствуя такую слабость и утомление, точно он только, что вылечил сотню приольцев от разных хворей.

— Да, что ж, — откликнулся другой мальчонка, что был поменьше и с белокурыми волосами. — Мой отец, большак. А ты никак на постой пришел проситься?

— Вроде того, — согласился Святозар и чуть зримо кивнул, какой-то и вовсе тугой головой. — Я малехо тут заплутал.

— Ну, тогда пойдем, — молвил с горячностью в голосе отрок, и, указал рукой вперед, по движению ездовой полосы. — Наш дом вот видишь, самый крайний. Мальчонка, тронул коня, и поехал по дороге нагонять уходящее стадо. Святозар, также не мешкая, вышел на ездовую полосу и побрел вслед за отроком, опять тяжело переставляя ноги, так точно к ним привязали по два огромных мешка с зерном. Дом большака, стоял крайним в деревне, и был довольно-таки высоким, сложенный из срубленных и гладко обтесанных бревен. Отрок, намного опередивший наследника, загнал животину во двор чрез распахнутый проем ворот.

Невысокий деревянный забор, кажется, лишь со стороны дороги прикрывал двор, а позадь и с боков почти не зрился, ибо огорожей там служили долгие хозяйственные постройки. Когда к таким же низким воротам приблизился Святозар, то он узрел вышедшего из двора на дорогу мужчину средних лет, крепкого телосложения, с такими же, как и у мальчонки, белокурыми волосами и длинной курчявой бородой.

Большак внимательно поглядел на Святозара, остановился взглядом на его цепочке и мерцающих рубинах, и, кашлянув, прочищая горло, поспрашал:

— Добре, мил человек, кто ты есть и зачем сюды пришел?

— А, тебя большак, как звать? — поинтересовался наследник, обдумывая, что же сказать большаку.

— Меня зовут Тихомир, — коротко ответил тот и вновь посмотрел на мерцающие рубины.

— Ох! Тихомир, — заметил наследник и оперся рукой о столб на котором крепилась одна из створок ворот. — Я даже не знаю, что тебе сказать в ответ и поверишь ли ты моим словам… Вообще-то я наследник престола Святозар, сын нашего правителя Ярила, а иду я к городу Колядец, чтобы встретиться там с дружиной моего отца.

— Ах, вы, Боги наши! — вымолвил Тихомир, и широко заулыбался наследнику, точно старому знакомцу. — Так значит, ваша милость, вам удалось выбраться из плена и вырваться от этих кровожадных нелльских жрецов?

— А, ты, Тихомир, откуда знаешь, что я был в плену? — удивленно хмыкнув, вопросил наследник.

— Дак, как же, уж мы слыхали, что вас в Неллии в плену держат и издеваются… ох…хо…хо, — произнес Тихомир и с болью глянул на шрам наследника. — А где же ваши сопровождающие, да нешто вы один здесь, а лошадь где?

— Тихомир, я очень устал и хочу присесть, да отдохнуть. Может ты меня в дом проводишь… раз признал во мне наследника, — сказал Святозар, и хотя он держался правой рукой за столб, но почувствовал, как его нежданно мощно мотнуло вправо… влево, а засим задрожав, подогнулись ноги в коленках.

— Так, конечно, конечно провожу, тока, — проронил большак и озабоченно огладил свою белокуро-курчавую бороду и усы. — Тока я не понял, вы, что один, а где же ваш конь?

— Тихомир, я приехал не на коне, — усмехнувшись, пояснил наследник. — Я летел, понимаешь, обернулся птицей и летел. Я же ведун, ты ж наверно это знаешь.

— А, ну так, оно ясно тогда, — отозвался большак, да с таким недоверием в голосе, что сомнений у Святозара не осталось, тот ему не верит. И тогда наследник вытянул вперед левую руку, сомкнутую в кулак, поднес ее к лицу Тихомира и резко раскрыл. И в тоже мгновение, как пальцы Святозара выпрямились, на ладони его лучисто вспыхнул маленький, лазурный лепесток пламени. Большак громко охнул и отпрянул от руки. Он еще, право молвить, какое-то время ошарашено глядел на лазурный огонек, а после низко поклонился наследнику и указуя рукой, повел его в дом. Святозар вновь сомкнул ладонь, и огонек тотчас потух, а может, лишь, затаился внутри… Отпустив столб, за который дотоль крепко держался, наследник медленно пошел, или вернее поплелся следом за Тихомиром. Также неспешно вступив во двор Святозар, огляделся. У большака во дворе были ухоженные, добротные хозяйственные постройки и такой же ухоженный и добротный дом с большими окнами, широким, высоким крыльцом и распахнутой настежь дверью. Поднявшись по ступеням, вошли в небольшие сенцы, сразу за которыми находилась широкая комната, посередке коей стояла красавица печь, стол, лавки и пару лож. Тихомир провел наследника сквозь эту комнату, и, открыв плотную занавеску, служившую дверью, ввел его в помещение поменьше.