Чтение онлайн

Комната за спиной погружена во тьму, но Роман всем телом ощущает заполняющие её предметы: чувствует тёплое и какое-то пустое прикосновение пластмассы, звонкую вибрацию стекла, равнодушный холод металла. Ощущение постороннего присутствия заставляет его обернуться.

Странно, во время урока он почти не смотрел на нового учителя и совсем не запомнил его лица, но сейчас он видел его перед собой совершенно отчётливо: аскетичный провал щёк, обведённые тенью сверкающие стальные глаза, выразительные очертания губ, скорбно изогнутых уголками вниз. Он мог бы поклясться, что Николай Николаевич стоит в эту минуту перед ним и внимательно его разглядывает.

— Здравствуй, — голос учителя прозвучал внятно и не слишком ласково. Он смотрел на мальчика без улыбки и вовсе не выглядел таким уж очаровательным и милым, каким показался утром в школе.

— Я сплю? — спросил Роман скорее у себя, чем у своего ночного гостя.

— Можно сказать и так. — Николай Николаевич протянул Роме руку и приказал, — Держись.

Как только Роман нерешительно уцепился за рукав учителя, тот обхватил его запястье и резко выдернул подростка из тёмной комнаты на свет.

Справа и слева вздыбились бело-синие сугробы высотой почти в человеческий рост, так что дорожка между ними походила на туннель. Вверху — неправдоподобно голубое яркое небо, впереди — щедро позолоченная солнцем крепкая бревенчатая изба. Дверь распахнулась, на крыльцо вышел богатырского сложения дед в тулупе и валенках. Он пристроил на крыльце веник и развернул половичок, который, видно, собирался вытрясти, но тут заметил посетителей. Старик нехотя разогнулся и, оставив половик на крыльце, поспешил к ним навстречу.

— Не дело вы задумали, — безо всякого приветствия, сразу обратился он к Николаю Николаевичу, озабоченно поглядывая на Романа. Янтарные глаза деда неодобрительно сощурились.

— Ты же знаешь, я не ищу себе дел, они сами находят меня, — грустно ответил учитель.

— К нам никого не приводят, каждый приходит сам.

— Согласен. Это было первое, что сказал и я. Но, возможно, бывают исключения…

Они помолчали о чём-то, понятном лишь им двоим, красноречиво глядя друг другу в глаза.

— Чудесно, — дед ехидно хмыкнул, поглаживая аккуратно подстриженную бороду. — Больше тебя ничего не смутило? Посмотри на него, — он ткнул пальцем в сторону подростка.

— Знаю. — Николай Николаевич заметно помрачнел.

— И что же?

Интеллигентное лицо учителя словно окаменело:

— Absente aegroto (1).

1. В отсутствие больного; не при больном – (лат).

Латынь деда почему-то развеселила. Он сдержал смешок и уже более благожелательно взглянул на Романа.

— Ну что же, дерзайте, альтруисты! Это я не о тебе, парень, — доверительно сообщил он Роману, словно причисление к альтруистам могло как-то обидеть мальчика, и, опустив тяжёлую руку ему на плечо, уступил гостям дорогу, широким жестом приглашая их в дом. — Homo Sapiens non urinat in ventum (2), — громко продекламировал он густым бархатным баритоном и расхохотался у них за спиной.

2. Человек Разумный не мочится против ветра – (лат.).

Николай Николаевич, улыбаясь, легонько подтолкнул Романа вперёд и вслед за ним вошёл в сени. Пройдя через них, они оказались в довольно тёмном помещении, загромождённом самыми разнообразными предметами в основном хозяйственного назначения: корзины, кухонная утварь, вёдра, кадушки. Маленькое окошко, за которым блистал солнечный зимний пейзаж, выглядело в этом полумраке как прилепленная к стене картинка. Почти всё пространство занимала огромная русская печь, в зеве которой светилось красно-оранжевое пламя.

Николай Николаевич усадил Романа за стол на длинную широкую лавку, а сам сел на какой-то сундук, покрытый узорчатым тёмно-красным ковром. Слышно было, как дед топал и возился в сенях. Наконец, он вошёл, скинул тулуп и, шумно подвинув к себе табурет, уселся напротив гостя.

Ну что, ребёнок, жить хочешь? — задушевно спросил он и наклонился, участливо заглядывая мальчику в глаза. Его длинные седые патлы свесились до самого стола.

— Смотря, что называть жизнью, — с вызовом ответил Роман, и непроницаемо чёрные глаза его сверкнули.

— Так ты ещё и философ! — с иронией заметил старик. Он вынул из кармана моток разноцветных ниток и принялся ловко распутывать их своими цепкими узловатыми пальцами. — Где свет, там и жизнь. Чем ближе ты к свету, тем больше в тебе жизни. Твой выбор — приближаться к нему или удаляться… — Он разложил нитки на столе и велел Роману — Правую руку положи на стол. Ладонью вверх. И пальчики, знаешь, веером этак сделай…

Роман помедлил, но всё-таки повиновался. Дед удовлетворённо хмыкнул и, накинув ему на пальцы нитки, принялся переплетать их между собой.

— Вот, смотри: красная, синяя, ну и жёлтая, конечно, куда ж без неё… — негромко бормотал он, полностью поглощённый своим делом. — Жёлтую с чем мы соединяем? С синей, разумеется. Вот тебе и зелёная. И красную с синей, что будет? Фиолетовая…

Роман с изумлением смотрел, как нитки меняют свой цвет, сплетаясь в затейливый узор. Ведь он почти уже забыл, что это сон.

Пальцы старика мелькали с умопомрачительной быстротой. Совсем скоро у него получилось что-то вроде неширокой разноцветной ленты. Он взял последнюю, белую нитку и закрепил ею работу.

— Вот так, — дед плотно обернул ленту вокруг роминого запястья наподобие браслета и молниеносно завязал его.

— Вы что? Я же не девчонка! — вспыхнул Роман. Он хотел развязать нитки, но концы ленты словно срослись. Как ни вертел он рукой, найти место их соединения так и не смог.

Старик от души веселился, наблюдая за ним.

— Что это значит?! — рявкнул Роман и вскочил. Его просто трясло от ярости.

— Это значит, — насмешливо сказал дед, — что тебе пора домой.

В ту же секунду Роман почувствовал, как пол уходит у него из-под ног. Он цеплялся взглядом за предметы, отчаянно пытаясь удержать перед глазами чёткую картинку, но изображение расплывалось, он куда-то проваливался. Ещё мгновение и он понял, что лежит у себя на постели, всё ещё тяжело дыша.

====== Глава 3. Не хуже гадалки ======

Во рту было так холодно, точно он вернулся с того света. В темноте светились только зелёные цифры электронных часов, и в полном мраке казалось, что кровать парит в пустоте.

Резко поднявшись, Роман крепко потёр лоб и потряс головой. Его и раньше мучили сны. Они были пугающе реальны и неправдоподобны одновременно. И визитёры периодически нарушали его покой. Иногда он просыпался от того, что кто-то находится в комнате и пристально смотрит на него. И каждый раз он спрашивал себя, сон это был или нет? Раньше, по крайней мере. Теперь ему было уже всё равно. Для него давно уже стёрлась грань между реальностью и… другой реальностью. Он просто принял её как данность и устремился жадно исследовать. В шкафах и тумбочках у него были спрятаны от любопытных глаз десятки книг об оккультизме, эзотерике, магии, которые он проштудировал, стремясь разобраться в природе интересующих его феноменов. Всё, что он находил в них практического, он мгновенно запоминал и при случае всегда старался опробовать. Получалось неплохо. Он знал, что из-за этого когда-нибудь нарвётся на неприятности. Что на него обратят внимание. Похоже, так и случилось. Хорошо это или плохо? Пойти с ними на контакт или, наоборот, держаться от них подальше? Какая обильная пища для размышлений…