Чтение онлайн

У Франсуазы вырвался крик ужаса.

– Я… я… – заикаясь, произнёс археолог, но ничего, кроме этого, вымолвить не смог.

– Что же произошло? – мрачно спросил Вийт.

– Я зажёг светильники и отошёл к стене, не зная, что ещё полагается делать… – пробормотал Гольштанский, но тут же вскинул голову и жарко заговорил: – Это ведь просто шалость! Господа! В наш век материализма мы с вами ведь не верим во всякие потусторонние сущности! Я лишь…

– Неважно! – строгим голосом прервал его сыщик. – Продолжайте!

– Я отошёл к стене, чтобы осмотреть ритуальный круг, – покорно вздохнул учёный. – Часы пробили полночь и… – лицо профессора вдруг стало мертвенно-бледным. – Я… я не могу это вспоминать!

– Это совершенно необходимо! – сказал Вийт. Он положил Гольштанскому руку на плечо и посмотрел в глаза. – Будьте же мужчиной!

– Да, да, – промямлил учёный. – Конечно…

– Говорите!

– Вдруг стало невероятно тихо, – прошептал профессор. – Масляные светильники разом погасли. Повеяло ледяным холодом. И тут… Тут… – Гольштанский судорожно вздохнул. – Кто-то ударил меня всем телом, подбросил в воздух, швырнул об стену, распластал на ней. В темноте я ничего не мог разглядеть, но это, несомненно, был крупный, просто-таки огромный человек, обладавший невероятной силой! Уже через мгновение он грохнул меня на пол, и я почувствовал, что верёвка стягивает мои руки и ноги. Я сопротивлялся, хотел кричать, но напавший заткнул мне рот кляпом. И… и… исчез, – Гольштанский всхлипнул. По его щеке покатилась одинокая слеза. – Внезапно! Так же, как и появился! Я остался один в полной темноте… На всю ночь!..

– Как же преступнику удалось выбраться из запертой комнаты? – спросил Кутюк. – Я тут всё обстучал, потайных ходов нет!

– Какой там преступник! – замахала на него руками Франсуаза. – Причём здесь преступник! Это же был трипольский!..

И она в ужасе прикрыла ладошкой рот.

Вийт оторопело смотрел на профессора Гольштанского. Никогда ещё в двухлетней практике знаменитого дедуктивиста не встречалось столь фантастического, пугающего, необъяснимого преступления!

– Но здесь ведь действительно нет потайных ходов? – показывая, что шутит, спросил Вийт, но взгляд его впился в лицо профессора.

– Нет, – помотал тот головой. – Да и проложить их тут негде! Стены толщиной с кирпич. Позор, а не постройка! Все звуки слышны! С той стороны коридор, с противоположной – улица, по бокам располагаются кабинеты сослуживцев.

Сыщик подошёл к окну и стал его, шпингалет за шпингалетом, отпирать.

– Каков размер молота? – спросил он.

– Со строительный молоток. Золото ведь в три раза тяжелее чугуна. В силу древности это очень примитивная работа, просто брусок металла…

Сыщик открыл наконец окно и исследовал подоконник. Высунулся наружу. Пригляделся к земле внизу.

– Следы лишь нашего милейшего Кутюка, пыль на подоконнике не потревожена, – пробормотал он, поворачиваясь. – Вот что, постовой! Кликните с улицы какого-нибудь мальчишку, пусть сбегает в участок и позовёт специалистов с дагеротипным аппаратом. Необходимо здесь всё сфотографировать. А потом обойдите всё здание, тщательно осмотрите.

Городовой козырнул и вышел.

Фирс положил перед Вийтом на подоконник несколько отрезков верёвок, которыми был связан профессор.

– Посмотри, какие странные узлы! – проговорил он. – Ты такие видел когда-нибудь?

Сыщик тронул пальцем один узел, потом другой.

– Нет, – покачал он головой. – Помнишь, в детстве у нас была книжка как раз про это? Мы всё время друг друга связывали, и гувернёру приходилось нас высвобождать. Но мне кажется, мы до конца её не дочитали, увлеклись чем-то другим…

– Надо бы свериться со справочником, – задумчиво пробормотал Фирс.

– Да какой справочник, господа! – возмутилась Франсуаза. Как оказалось, он стояла позади. – Это же наверняка трипольские узлы! Их секрет умер шесть тысяч лет назад!

Дедуктивист улыбнулся девушке. Та под его пристальным взглядом потупила взор, зарделась и отступила обратно к профессору Гольштанскому.

Вийт ещё несколько мгновений продолжал на неё смотреть, потом вздохнул, прошёлся по комнате и замер над кругом богинь.

Он стоял над страшным местом ритуала, и глаза его медленно перемещались с одного ужасающего лица на другое.

Все затихли, боясь нарушить думы великого человека.

– Нужно поразмыслить… – наконец пробормотал тот.

Вийт нахлобучил на голову цилиндр и направился к выходу.

– Вы куда, monsieur inspecteur? – возмущённо воскликнула Франсуаза. – Удираете? Боитесь?

– Я всё ещё сыскной надзиратель! – мрачно буркнул Ронислав Вакулович. – Я здесь принимаю все решения! Фирс, за мной!

– Я иду с вами! – решительно заявила девушка. – Я вам не позволю из-за глупых мистических страхов забросить это расследование…

Барышня хотела ещё что-то сказать, но тут в дверном проёме на мгновение показался один глаз ночного сторожа Рымаря. Показался и исчез.

Все невольно повернулись в ту сторону.

Глаз снова появился. На этот раз задержавшись подольше. Потом высунулся уже вместе с носом и даже краешком второго глаза. Наконец стала видна вся голова.

– Кабинет вскрыли? – спросил Рымарь шёпотом, поспешно обводя комнату взглядом. – И что здесь было? Что выло?

* * *

Вийт прижал сторожа к стене и, глядя прямо в его расширенные от ужаса глаза, с нажимом произнёс:

– Сколько раз за дежурство вы наведывались сюда?

– Я… – всхлипнул охваченный страхом Рымарь. – Вы…

Он задёргался, но вырваться из цепкой хватки сыскного надзирателя не смог.

– Сколько? – резко повернулся к профессору дознаватель.

– Ну… – Гольштанский растерянно глядел то на сыщика, то на сторожа, – чай вечером принёс, потом телеграмму… Может ещё заходил, но я ведь был поглощён артефактом…

– Молот-то хоть понравился? – вновь навис над мужичком доследчик.

– Я… – затряс головой сторож.

– О чём была телеграмма? – резко повернулся к профессору сыщик.

Гольштанский оглянулся вокруг, подхватил со стола измятый лист бумаги и протянул Вийту.

– Приглашение на симпозиум…

Детектив пробежал текст глазами.

– Служебная, из канцелярии университета, – кивнул он. – Значит, отправлена в казённые часы, – Вийт обернулся к сторожу. – Почему же вы принесли её лишь после чая?

– Я… – затряс головой сторож.

Тут в коридоре раздался топот ног. В комнату ворвался Кутюк.

– Там, на стене! – ещё издалека закричал он. – Сияет!

* * *

Прославленный сыскной надзиратель Ронислав Вакулович Вийт и его верный помощник Фирс выбежали из парадных дверей музея. За ними выскочила взбешённая Франсуаза.