Чтение онлайн

Заходит ли Джон в комнаты Джоанны, чтобы прикоснуться к элегантным вещам, которые она сама выбирала и которые помнят ее пальцы? Стоял ли он у этих окон, прислушиваясь к шуму моря, но слыша лишь звуки до боли знакомого голоса? Голоса, который печально спрашивал Джона, почему он забыл свою суженую?

Бунгало Кэрришей оказалось большим и живописным. Окружавшие его ряды пальм создавали атмосферу спокойствия, характерную для частных владений. Крышу покрывала зеленая черепица, оштукатуренные стены сияли белизной, а окна украшали яркие шторы. Перед домом находился чудесный сад с узкими дорожками между любовно разбитыми цветочными клумбами. Все как у всех – не было только игривой дружелюбной собаки, обычно прячущейся от жары под персиковыми деревьями или шлепающей по полу веранды.

– У тебя нет четвероногого любимца, Ральф? – спросила Тина больше для того, чтобы поддержать беседу. Паула совсем не походила на человека, которому нравится присутствие домашней живности.

– На плантации у нас есть пара сторожевых собак, – улыбнулся Ральф, любуясь стройной гостьей в голубых джинсах и рубашке, с растрепавшимися волосами. – Ты выглядишь прехорошенькой, уверенной в себе леди, – восхищенно сказал он.

– Да ладно тебе. – Она улыбнулась Ральфу в ответ, в который раз подивившись, что он холост. Этот парень слишком хорош, чтобы прозябать в одиночестве. Да вокруг полно женщин, готовых кинуться ему на шею!

– Давай немного выпьем, а потом я покажу тебе плантацию? – предложил хозяин.

Тина кивнула, сев на обитую светло-зеленым бархатом кушетку. Рядом располагался небольшой столик, над которым по вечерам зажигали лампу с матовым стеклом. Вокруг, словно лепестки разноцветной ромашки, были расставлены оранжевые и изумрудно-зеленые плетеные кресла. Ральф готовил коктейли у бара из бамбука. В комнате все напоминало о Пауле, в первую очередь шаманские эбеновые маски на светло-зеленых стенах и колючая, словно проволочная ветка в медном сосуде – почти такого же цвета, как ее густые блестящие волосы.

Ральф подал Тине тюльпанообразный бокал, почти до краев наполненный смесью джина со льдом, сока свежевыжатого лимона и тоника.

– Высший сорт! – похвалился он, садясь рядом с гостьей и закидывая ногу на ногу.

– М-м-м... – Тина пригубила напиток и смешно сморщила нос. – У тебя хороший джин.

– Как там Джон? – поинтересовался он. – Я его уже недели две не видел, – и с легкой усмешкой продолжил: – Ничего странного – ведь у вас продолжается медовый месяц.

– Он работает над новым проектом. – Тина мучительно покраснела. – Он переложил все заботы о плантации на твои плечи, Ральф?

– Конечно, но я особенно не загружен. Джон – творческая натура, и от него глупо ждать особых переживаний по поводу того, окупит ли нынешний урожай лимонов вложенные затраты. У нас растут хорошие апельсины, тут не о чем беспокоиться, а вот из-за этих проклятых лимонов у меня все волосы повылезали. – Он выразительно дотронулся до покрытых редкими волосами висков. – Но нагоняй получить не хочется, вот в чем проблема!

– Никто не любит получать нагоняи, – задумчиво улыбнулась Тина, и в ее голосе прозвучало больше многозначительности, чем хотелось.

Девушка заметила напряжение в глазах Ральфа и перевела взгляд на колючую ветку. Всем своим видом она олицетворяла Паулу, а блеск сосуда символизировал скрытое пламя, вспыхивающее в глазах этой странной женщины...

– Как старый друг Джона и человек, желающий ему счастья, могу я задать тебе один вопрос, Тина? – тихо спросил Ральф.

Тина повертела в руке бокал, потом подняла глаза.

– Спрашивай, Ральф. – Она старалась говорить непринужденно. – Ты, наверное, хочешь знать, хорошо ли у нас складываются отношения?

– Пожалуйста, – Ральф дотронулся до ее запястья, – не сочти меня чрезмерно любопытным, но есть люди, которым трудно дается счастье. Джон один из них, как и моя сестра, а ты, возможно, третья.

– Ты выстроил нас в треугольник? – Горечь заставила Тину говорить слишком резко. – Неужели так заметно, что я не на седьмом небе от счастья?

– Ну, не совсем так, – сказал он, тщательно подбирая слова. – Ты достаточно умна, чтобы понимать: само по себе слово «женитьба» – пустой звук, а в реальности семейные отношения основываются на взаимодоверии, уважении, близких интересах и физической совместимости. Ты как раз та женщина, которая нужна Джону и которой у него никогда... – Рука Ральфа сжала ее запястье. – Ты не выстраиваешь оборонительную стену? Стену, которой сама не замечаешь? Ты, как и я, интроверт, и мне понятно, что ты чувствуешь, когда открывается что-то ужасное и ранящее тебя.

О боже, как Он был прав! Как ее испугал холодный взгляд Джона – ответ на ее признание в любви!

– Он меня не любит – так как ты можешь обвинять меня в том, что я защищаю свое сердце от ран? – прошептала Тина, и от боли у нее перехватило горло.

– С чего ты взяла, будто Джон тебя не любит? – спросил Ральф.

Глаза Тины расширились и потемнели, когда она вспомнила о той злости, которая всколыхнулась в Джоне при ее насмешливых словах, будто с тем же успехом он мог жениться на Пауле.

– Тебе это хорошо известно, – вырвалось у нее, – ведь ты брат Паулы!

– О! – Лоб Ральфа вдруг пересекла морщина, и мужчина стал выглядеть намного старше своего возраста. Он глотнул джина, отставил бокал в сторону и подался вперед, опустив голову и уставившись в полированный деревянный пол. В саду запела птица, Тина тут же увидела, что под белой рубашкой Ральфа напряглись мускулы, словно этот звук напугал его. – Ты успокоишься, – выдавил он, – если я поклянусь, что Джон никогда не любил мою сестру? То, что было между ними...

– Пожалуйста, – Тина порывисто поднялась, – давай закроем эту тему. Покажи мне плантацию – ну же! – Она протянула руку, Ральф принял ее, они вышли на солнечный свет и побрели по дорожке между пальмами к ароматным цитрусовым с золотистыми плодами.

Тине стало очень интересно, и она настояла, чтобы они осмотрели все: питомник, где выращивали апельсиновые и мандариновые деревья, заросли бананов с огромными связками янтарных и темно-зеленых плодов. Она осмотрела большой перерабатывающий завод и упаковочные склады, гудящие от монотонных голосов темнокожих рабочих. Было чудно и непривычно, что она для всех них «миссус», хозяйка. Они смущенно замолкали, когда Тина оказывалась поблизости, ведь владельцем всего этого был ее муж!

Часа через два, окончательно обессилев от жары, Тина с Ральфом вернулись в бунгало, и там их ждал неприятный сюрприз. На веранде сидела Паула в изумительном белом платье. Рядом с ней в плетеном кресле покоилась огромная мужская фигура. При появлении Тины золотоволосый гигант вскочил на ноги, а гостья, придя в ужас от вида Паулы, с трудом ответила на приветствие Дасье «Приятно снова встретиться, миссис Трекарел!»:

– Здравствуйте, мистер д'Андремон!

– Не сверли меня взглядом, Ральф, – пропела Паула брату, который нахмурился, завидев новоприбывших. – На матче у меня заболела голова, и Дасье привез меня домой. Знаю, что это неудобно, но, думаю, у тебя хватит бутербродов и канапе, чтобы угостить нежданного визитера.