Сжечь врагу сердце
Шрифт:
— Как-то мало… — покачала я головой.
— А если ты помогаешь в оформлении мероприятия — две или три тысячи рублей, зависит, какое еще мероприятие. Бывало и пять платили. Официальное трудоустройство, идет стаж. Не увольняют, учат и помогают. Оформляют документы для летней практики. Можно потом познакомиться с другими журналистами и уйти к ним. Моя одногруппница так ушла на телевидение. Активность большая, а работать можно дома. Также с учебой совмещать спокойно.
Ну звучало неплохо…даже очень неплохо…
— Я за месяц обычно зарабатываю около пятнадцати-двадцати тысяч, плюс сама зарплата восемнадцать. Пишу по пять-шесть материалов в неделю. Главный редактор — Павел Юрьевич. Он сотрудникам за многие предметы ставит автомат. Также может договориться с другими преподавателями, чтобы проблем на сессии не было.
— Я согласна! — радостно заявила я. — К черту идти на кассира!
— Ой, не стоит, — покачала головой Катя. — кассиром быть очень тяжело, и с учебой не сможешь совместить. Могла бы мерчандайзером, но надо оно тебе?
— Когда я могу приступить? — взволнованно спросила я. Не хочу уже ничего слушать про другие работы.
Катя задумчиво пробежалась глазами по комнате:
— Я завтра у Павла Юрьевича спрошу, и скажу тебе. Но советую сегодня через госуслуги заказать справку об отсутствии судимости — ты же идешь устраиваться в государственное учреждение — университет, а без этой справки тебя не возьмут.
— Хорошо. Спасибо тебе большое! — я радостно засияла. — Я бы без тебя пропала!
— Пожалуйста. — улыбнулась Катя и покинула комнату.
Я не верила своим ушам…скоро стану настоящим журналистом. Это будет невероятная работа! Я уже хотела начать!
Надеюсь, Павел Юрьевич меня возьмет!
***
— Ну вот ты и дома, брат. — любезно произнес Демьян.
Стас поставил чемодан возле шкафа и в неверии оглядел свою квартиру. Почти целый месяц он тут не жил…он так отвык от собственной комнаты, собственной ванны, собственной кухни. Родная квартира, которая когда-то казалась слишком дешевой и бледной, превратилась в шикарные апартаменты. Наконец-то он дома…наконец-то…
Больше не нужно возвращаться в эту грязную общагу, засыпать под чьи-то крики, голоса или чавканье. Не нужно занимать очередь в прачечной. Не нужно ждать, когда освободится туалет. Не нужно пересекать весь коридор, чтобы сходить в душ.
Дома так прекрасно. Дом самое лучшее место на планете.
Но все равно чего-то не хватало…
— Спасибо, что помог вернуть квартиру. — радостно произнес Стас и обнял брата.
— Пожалуйста. — Демьян обнял брата в ответ. — Папа уже особо не сердится на тебя, может скоро вернет машину и даже клуб.
Не верилось, что брат помог в этом. Стас не мог понять, в чем дело: то ли боится, что невеста узнает о любовнице, то ли просто стало жаль брата. Но Стас был рад, что Демьян помог ему. Значит, не все потерянно.
— Было бы замечательно, а то мне надоело какой-то херней страдать и получать копейки. — сказал Стас.
— Ну ладно, я поехал. Располагайся.
Демьян ушел. Стас счастливо оглядел свою квартиру. Зашел в любимую комнату. Погладил пальцами клавиши синтезатора. Нажал на кнопку, затем надавил на клавишу, и из колонок раздался низкий звук. Просто прекрасный звук, который растворился в тишине. Тишине, которой так не хватало в последнее время…
"Жизнь налаживается". — подумал парень. И тут тоска сжала ему сердце.
Он достал из полки шкафа распечатанную фотографию Саши. Девушка на снимке улыбалась ему. Ее глаза так радостно сияли. Ее улыбка так притягивала.
Сердце кольнула обида. Стас смотрел на фотографию и чувствовал, как его тело изнутри затопила волна смешанных чувств. Злость. Разочарование. Ненависть. И любовь.
— Что я сделал…зачем я тебя ударил…
Три недели прошло с той ночи. Но она сейчас так ярко всплыла в воспоминаниях, будто все произошло вчера. И так больно было это вспоминать…видеть это перед глазами…
В тот вечер в него будто вселился монстр. А высокий градус выпитого алкоголя только еще сильней затуманил рассудок, и дал этому монстру мощи вырваться на волю…Он и вырвался…Устроил эту драку, ударил девушку, которую так любил…
Она целовалась с другим, и смотреть на это было невыносимо. Стас вновь почувствовал ту яростно вспыхнувшую злость. Она сказала, что другой лучше, чем он. Ненависть промчалась по телу жаром. Она встречается с другим. Разочарование разрывало по частям. И эта девушка…продолжала почерневшее сердце ускоренно биться.
Больница, таблетки, обезболивающее, долгие сны, слабая кома немного стерли воспоминания о том вечере…но сейчас, смотря на фотографию, Стас будто вновь оказался в том дне и вспомнил, какие мысли двигали им…его захватила сильная жажда мести. Он хотел порвать по кускам Эдгара…Он хотел показать Саше, как сильно она его обидела…Но он не думал, что все обернется таким образом.
"Я ее ударил. Она меня никогда не простит".
Если из-за тех личных фотографий она его видеть не хотела, то сейчас он окончательно ее потерял…
Теперь он ощутил ненависть к самому себе. Она яростно обхватила его со всех сторон и сжала со всей мощью. Больно осознавать, что он потерял ее, мучительно понимать, что теперь она никогда не вернется к нему. Тяжелее чувствовать, как его руки нанесли удар по ее хорошенькому носу…
Оторвать эту проклятую руку захотелось.
"Зачем мне эта роскошная квартира, зачем мне возвращать себе работу и машину, когда я потерял ее?.."
Стас разорвал фотографию в клочья и бросил на пол. Он не мог смотреть на Сашу. Он не мог думать о ней. Любое воспоминание рвало сердце на части. Боль душила, горела. Но воспоминания, как назло, начали будто кадрами из фильмов мелькать перед глазами…Их первое знакомство, первое свидание, первый поцелуй…
"Я ее потерял…"
Стас сел и сжал себе волосы. Мерзко стало от самого себя. Мерзко стало находиться в этой квартире. Он почувствовал сильный порыв прибежать к девушке и молить на коленях о прощении…Но смысл? Она любит другого…Он боялся думать об этом, боялся представлять их вместе, но это случилось…
Громкий звон промчался по квартире. Стас нехотя открыл дверь. У порога стояла Лера, одетая в роскошную пышную шубу. Ее волосы блестели и завивались у плеч. Красная помада блестела на губах. А в глазах таилось какое-то…удовлетворение.