Чтение онлайн

Сидя за праздничным столом, мы будто скорбели по кому-то, а не отмечали мой день рождения. Через полчаса после начала трапезы дедушка встал из-за стола и достал документы из кейса.

— Так как завтра мы улетаем в отпуск, я хотел бы, пользуясь случаем, вручить один подарок.

Я с волнением посмотрела на него, в душе радуясь, что он все же не забыл про меня и сейчас тоже поздравит.

— Мы оформили дарственную на трехкомнатную квартиру на имя…

После его слов моя челюсть упала на пол, как и у всех присутствующих. Теперь я убедилась, что они меня очень любят. Нет, вы не подумайте, что я меркантильная или вроде того, но просто такие подарки нелюбимым внучкам не дарят.

— На имя, — после секундной заминки продолжил дедушка, — Лауры.

И передал документы на квартиру ошарашенной сестре.

Сказать, что меня унизили — это ничего не сказать. Мое сердце разбилось на сотни кровавых осколков. Быстро заморгав, я попыталась избавиться от подступающих слез. В эту секунду я почувствовала себя лишней, ненужной никому в этом доме. Но, несмотря на боль, я не позволю им увидеть мои слезы.

Медленно повернув голову, я встретилась глазами со взглядом бабушки, полным ненависти и злорадства.

Воспоминания прошлого настолько захватили мое сознание, что на миг я потеряла чувство реальности, но мама вернула меня в настоящее.

— Рома правда пытался быть тебе хорошим отцом, вот только тщетность его попыток мы ощутили спустя несколько лет. В тот роковой день тебе исполнилось семь лет…

Услышав слова матери, я поняла, что пытки еще не закончились, а стали только изощреннее. Но я должна сначала узнать правду, а потом бежать от нее без оглядки.

Быстро кивнул, я бросила короткое продолжай.

— Мы сидели за праздничным столом в семейном кругу, когда Рома поднялся в нашу спальню. Он сказал, что не может найти важный документ. У него было заключение контракта на носу, поэтому я не считала его поведение подозрительным. А зря. Откуда же мне было знать, что он узнал о моей ночной тоске по одному человеку.

Когда я нахмурила брови и недоуменно посмотрела на маму, она быстро объяснила:

— Засыпая, я каждую ночь украдкой смотрела на самую дорогую мне фотографию, пока Рома не видел. Знаешь, я тогда еще любила твоего отца и надеялась, что он вернется и заберет нас. Но чуда не произошло. Ладно, это уже не важно. Так вот, в одну из таких ночей Рома увидел, как я прячу фотографию под подушку, но ничего не спросил. Пока я думала, что мой муж — глупый и слепой дурак, он в это время пытался найти хорошо спрятанную мной фотографию. И в тот вечер он все же нашел ее в одной из книг.

— Не понимаю, что тут такого ужасного, чтоб так меня ненавидеть, — резко перебила я ее.

— Сейчас поймешь, — таким же тоном ответила мама.

Приподняв одну бровь, я как можно равнодушнее произнесла:

— Хоть убей, но никогда не пойму, как можно испытывать такую злобу к ребенку.

Поджав губы, мама строго посмотрела на меня:

— Не перебивай! Дай сказать! — и, глубоко вздохнув, она продолжила, — Рома вернулся к столу бледный, как смерть. Когда ночью мы поднялись в спальню, он вынул фотографию и кинул мне под ноги. Когда он спросил кто это, я призналась, что это твой отец. Умолчу, какой скандал дома разразился, но скажу самую главную вещь. Твоим отцом является человек, обманувший тогда Рому и разоривший нашу семью. Человек, которого мой муж ненавидел всей душой. И он переложил все свое презрение на его дочь. Скажу заранее, что я не знала, с кем именно тогда спала.

Вскочив с кровати, мама стремглав выбежала из комнаты, оставив меня наедине с удушающей реальностью. Теперь мне стала очевидна такая лютая ненависть Ромы. Как мама могла подумать, что он хоть когда-то сможет полюбить дочь человека, разорившего его много лет назад, втоптавшего его честь в грязь?! Странно, что после такого открытия Рома не вышвырнул меня на улицу. И на том спасибо.

Подойдя к окну, я вдохнула прохладу ночного воздуха. На секунду все мысли покинули меня, чтобы ворваться с новой силой, превращая мою жизнь в какофонию боли. Пытаясь найти выход из сложившейся ситуации, я только сильнее запутывалась в паутине лжи и предательства.

— Утро вечера мудренее, — сказала я тихо и забралась под одеяло, пытаясь хоть там найти спасительное тепло. Вот только со всех сторон меня окутывал лишь холод.

— Так что ты решила? — спросил меня Роман, когда я утром зашла в гостиную.

Обернувшись назад, я увидела маму, застывшую в проходе.

— Твое мнение? — спросила я ее, невольно ища поддержки.

— Так будет лучше для семьи, — отвернувшись, твердо сказала она.

Да, я получу поддержку в этом доме. Несомненно.

— Как вам будет угодно, — с этими словами я развернулась и прошла мимо мамы, покидая гостиную.

Сил для борьбы во мне уже не осталось. Да и зачем бороться, если людям, которых ты любила больше жизни, наплевать на твою дальнейшую судьбу? В моей жизни не осталось тех, кому я была бы дорога. Их и не было никогда, судя по вчерашним откровениям. Даже мать в первую очередь думает о своем непутевом брате, считая чувства дочери недостойными внимания. Хорошо, они получат безжизненную марионетку, которой можно пользоваться. А Слава обретет жену, которую достоин: холодную, расчетливую стерву, ненавидящую его всем сердцем. Но мою любовь он никогда не получит, как и мою невинность. Если мы и будем страдать, то все вместе. Они еще пожалеют, что так мерзко играли мной. Только эти мысли грели мое сердце, заставляя его биться ради мести. Как же мне сейчас страшно и больно. Еще вчера я готова была жизнь отдать за свою семью, а сегодня я живу ради одного — увидеть, как они будут пылать в собственной ничтожности и ненужности этому миру.

Словно мираж, перед моим взором появилось лицо Олега, улыбающегося мне с нежностью и любовью. Вспомнив о нашей сегодняшней встрече, я быстро зашла в комнату и переоделась в легкое платье голубого цвета. На лицо пришлось нанести тонну тонального крема, чтобы скрыть синяк, но все равно было немного заметно. Через пять минут зашла в кафе и оглянулась по сторонам в поисках Олега, но его нигде не было. Посмотрев время, я поняла, что опоздала на целый час от назначенного времени. Достав из сумочки телефон, я набрала номер Олега, но в ответ раздавались только раздражающие гудки. Ну, если гора не идет к Магомету, значитМагомет идет к горе.

Вызвав такси, уже через полчаса я заходила в подъезд и поднималась на нужный этаж. Мне понадобилось еще две минуты, чтобы собраться с силами и постучать в дверь. И еще минута, чтобы дождаться хозяина квартиры. Услышав шаги в коридоре, я немного отошла от двери и судорожно вздохнула. Я знала, зачем пришла к нему, но все равно было немного страшно и очень волнительно.

— Что тебе еще…, - раздраженно начал Олег, но осекся, увидев меня.

— Привет, — сказала единственное, что пришло в голову в этот момент.

Нахмурившись, он окинул меня с головы до ног, остановившись на лице. Я сделала то же самое, только сейчас заметив, что Олег был одет в одни лишь джинсы. Облизнув вмиг пересохшие губы, я уставилась глазами на шесть кубиков пресса, так и манивших прикоснуться к ним. Решив себе ни в чем не отказывать, я осторожно протянула руку и прикоснулась к обнаженной коже на его животе и почувствовала, как сжались мышцы его пресса.

— Ты что творишь?! — гневно прошипел он и, схватив меня за локоть, втащил в квартиру, захлопнув ногой дверь.