Та Сторона Одиночества
Шрифт:
Я и забыл, что был ранен. Рука коснулась лба – не болело, кожа была гладкой и ровной.
Я кивнул ему, но он уже задорно улыбался, глядя на только что вошедшую Мирию: она подозрительно косилась на наш стол и вовсе не прыгала от восторга.
– Нормально вы тут устроились…
– Присоединяйся! – Весело пригласил ее Эл. – Давай на спор, ты и пива-то никогда не пила!
– Вообще-то, пила. – Смущаясь, призналась девушка. – Но моя мама всегда негативно к этому относилась…
– Но здесь её нет! И папочки Мориса тоже! –Дельфин был просто столпом весёлости, его глаза хмельно блестели. – Давай уже, выбирай и ты, Джоэл, тоже. За знакомство! Кстати, рыбка и фисташки тоже есть!
Мы поначалу смущенно, но после пары банок пенного напитка, уже более раскованно изучали друг друга взглядами – язык развязался и начинало казаться, что мы трое лучшие друзья всю прожитую нами жизнь. Элиас не умолкал и продолжал шутить, а меня всё навязчивее преследовала идея с пристрастием допросить девчонку, ведь странное чувство притяжения не покидало меня и в хмельном состоянии.
Но она меня опередила.
– Кто ты, Джоэл? – В лоб спросила она, меря меня пристальным взглядом захмелевших глаз.
– Я – Правитель! – Гордо ответил я.
– Ага, а я – дочка Правителя! – Рассмеялась Мирия, и Элиас как-то странно посмотрел в её сторону.
– Нет у меня никакой дочки! – Мне почему-то было ужасно весело, и Мирия тоже смеялась, вскрытые пакетики с чипсами хрустели, а пиво в банках заканчивалось, но тут же появлялись новые – из, казалось, нескончаемых запасов Дельфина.
– А ты стойкий. – Не без уважения заметил он, хотя я порядком уже прибывал в космосе сознания. – Знаешь, у меня есть кое-что получше…
Я восторженно воспринял эту идею, и рассказывая очередную байку из жизни своих грессийских друзей, я вдруг понял, что Мирия уснула, прильнув к спинке дивана, и более меня не слушает.
– Послушай, Эл, где тут можно отлить?
Мой язык не ворочался и Элиас громко рассмеялся:
– Дружище, ты пятисотый раз спрашиваешь, а я отвечаю: в твоей комнате! Помнишь, где это?
Я кивнул и поплёлся на второй этаж. Я был в стельку пьян и мне было ХОРОШО, но когда я вернулся, то слегка протрезвел от увиденной картины.
Мирия все так же спала, но Элиас был рядом с ней, и его грубые пальцы касались её губ, щеки, он что-то шептал так тихо, что было не разобрать.
– Что ты делаешь?! – Возмутился я, и его как током дернуло, он распрямился, зло сверкнув глазами, явно застигнутый врасплох. – Я понимаю, мы пьяны, но это слишком…
– Что?!!! О чем ты подумал, Аднер?! – Его голос был злым и возмущенным, и если бы я был не столь пьян, то тут же бы прекратил этот диалог – этот парень мог убить меня, не моргнув. – Я проверял, жива ли она; к этой девочке я и пальцем не прикоснусь, и никому не позволю – она целиком и полностью принадлежит Морису! Ясно тебе?!
– Да, успокойся… Я просто засомневался, отдаешь ли ты себе отчёт… Всякое ведь бывает… Одно дело меня за шкирку таскать – не думай, я не в обиде, но девчонки… это…другое…
– Конечно. – Дельфин и вправду успокоился. – Но тебе, я вижу, пора на покой…
– А ты что будешь делать?
– Посижу здесь немного…
– Тогда и я посижу. – После увиденного, я просто не мог оставить Мирию наедине с этим ненормальным. И пусть Эл и вправду не хотел ничего дурного, мне было так спокойнее.
***
??????????????????????????
Глава 8. Все свои? (Часть 2)
Тяжелые веки приподнялись, чтобы вновь закрыться. Боже, как мне было плохо. Не сразу вспомнив вчерашнее «хорошо», сознание тем не менее вернулось ко мне, и я услышал сдержанный, но недовольный голос графа:
– Доброе утро, Джоэл.
Я лежал на кухонном диване, а рядом на столе, возвышалась надо мной гора жестяных банок из-под пива, две пустые бутылки – когда-то в них был виски; пол тоже был усеян пустыми жестяными банками и пакетиками от закусок.
Морис сидел на стуле напротив, руки его недоверчиво были сложены на груди. Рядом по обе стороны от него стояли Элиас и Мирия, оба с благоразумными лицами, как будто не они пили вместе со мной вчера за этим столом.
– Я сейчас умру. – Сообщил им я, прежде, чем почувствовал, как мой желудок, наполненный ядом, поднимается кверху, и все его содержимое выплескивается наружу – прямо на пол, на все эти пустые банки, и фантики, на диван и мою одежду…
Элиас брезгливо отвернулся – его самого затошнило, Морис продолжал спокойно наблюдать за мной и лишь Мирия, добрая душа, бросилась ко мне, чтобы оказать помощь.
Она придерживала меня за плечи пока рвотный рефлекс сотрясал моё тело, потом протянула полотенце, дабы я мог утереть им лицо.
– Я всё уберу. – Шёпотом пообещал я ей, чувствуя, как прохладные приятные волны растекаются по моей коже от её прикосновений, наполняя меня… силой?
– Морис, помоги ему, ты же можешь! – Умоляюще, Мирия вскинула на своего возлюбленного полные возмущения глаза.
– Нет, не в этот раз. – Граф был непреклонен.
– Но ему же плохо! Эл, ну скажи ты, ведь это ты всё затеял!
– Мы пили наравне. – То развел руками, снимая с себя ответственность.
– Да, только ты, наверное, забыл предупредить парня, что твое состояние опьянения, в силу твоих метаболических способностей, проходит без остатка через пятнадцать минут. – Морис покосился на Дельфина и тот весело рассмеялся. Мне же было не до смеха.
Легкая ладонь девушки осторожно легла мне на лоб – и я разве что не застонал от удовольствия, и всё это на фоне того, что со мной происходило.
– У него жар. – Глядя прямо в глаза графа, сообщила Мирия, но тот и в лице не изменился.
– Что ты с ним нянчишься?! – Это возмутился Элиас – должно быть ему не нравилось, что девочка заботилась обо мне. – Он мужик, справится, к вечеру вообще всё пройдет.
– Мирия, спасибо, мне уже действительно лучше. – Попытался вставить словечко я, но она завелась не на шутку.
– ВЫ ОБА – БЕСЧУВСТВЕННЫЕ БОЛВАНЫ! – Громко воскликнула она.
Графа Анедо это скорее удивило, нежели обидело – должно быть, его никогда в жизни никто так не называл.
– Пусть так. – Ровно ответил он.