Чтение онлайн

Москва. Казино «Нить Ариадны»

Крячко приветливо помахал рукой охраннику на парковочной стоянке, с глухим стуком захлопнул дверцу «шестерки» и пружинистой походкой взошел на крыльцо. В дверях он столкнулся с пожилой парой и невольно отступил назад, пропуская клиентов казино. Затем вошел внутрь.

Игровой зал был забит практически до отказа. Ни к одному из столов с рулеткой невозможно было пробиться. Кое-кто из клиентов, не найдя себе места, переключил свое внимание на блек-джек и покер. Многих из завсегдаев «Нити Ариадны» Стас уже знал в лицо. В арочном проеме, ведущем в бар, стояли двое мужчин, негромко разговаривая. Один из них, высокий и худой тип в твидовом костюме, располагался лицом к Крячко. Он курил сигарету, а в другой руке держал на весу бокал с шампанским. Его собеседник с длинными вьющимися на концах черными, как смоль, волосами стоял спиной к выходу и разглядеть его лица не мог. Рядом с клиентами, немного правее арочного проема, бесцельно топтался секьюрити в черном двубортном пиджаке. Из его уха тянулся проводок сотовой связи, другой конец которого терялся в складках одежды. Крячко знал его. Этого типа Нечайкин собирался навязать Станиславу в напарники, чтобы отправиться к Мишане. Его погоняло было Лысый, о чем и свидетельствовала абсолютно гладкая, как бильярдный шар, голова.

Крячко приблизился к вышибале.

– Здорово, – небрежно бросил он, протягивая Лысому руку.

Тот ответил крепким рукопожатием.

– Шефа нет, – проинформировал он полковника. – Уехал часа полтора назад, наверное.

– Я в курсе. Уже созванивался с ним.

– Так ты поиграть приехал? – Лысый выкатил вперед квадратный подбородок. – Смотри, брат, шеф это не одобряет. Хотя, если не запускать руку в общак... Свои волен спускать все до единого. Могу даже порекомендовать один столик, – он заговорщицки понизил голос. – Баснословных барышей, ясное дело, не гарантирую, но крупье – путевый малый. Подсобит слегка.

– Не, играть я не собираюсь, – покачал головой Крячко. – У меня тут другая тема. Ты не знаешь, Глазберг на месте?

– А тебе он зачем? – В глазах Лысого появилась настороженность.

– Ты считаешь, я обязан перед тобой отчитываться, братан? – вскинулся Станислав. – Если спрашиваю, значит, нужен. Значит, дело есть. Так он тут?

– Нет, – судя по голосу, Лысого задели несправедливые нападки соратника. Теперь он разговаривал обиженно, через губу. – Глазберг тоже уехал. Но позже. Честно говоря, он отчалил минут двадцать назад. Я сам видел. Выходил чуток курнуть на крыльцо, а его тачка из гаража выруливает...

– А он точно был в салоне? – уточнил Крячко.

– Ты че, меня за лоха держишь? – Негодование Лысого возрастало с каждой секундой. – По-твоему, я Глазберга в лицо не знаю?

Двое негромко беседующих неподалеку мужчин рассмеялись, после чего длинноволосый похлопал своего оппонента по плечу. Тот засмеялся еще раз. Они протянули друг другу руки и обменялись крепким уверенным рукопожатием.

– Ладно, не пыли, – как можно более миролюбиво откликнулся Крячко. – Никто тебя за лоха не держит.

Полковник еще раз окинул взглядом зал и собирался было направиться обратно к выходу из казино, как стоящий к нему спиной мужчина с темными длинными волосами обернулся. Лицо Крячко мгновенно окаменело. Ему потребовалось не более секунды на то, чтобы узнать этого человека. Шесть лет назад он сам проводил его задержание. Обвиненный в организованной преступности авторитетный вор Рамзес, именуемый в миру как Анатолий Лаштанкин, благодаря усердию своих адвокатов и коррумпированности отдельных чиновников получил за все свои преступления каких-то смехотворных четыре года, а затем, отсидев из них всего два с половиной, с чистой совестью отправился на свободу. Разумеется, Крячко знал всю эту несправедливую историю, но что он мог изменить? И вот теперь эта негаданная встреча...

Рамзес тоже узнал Станислава, и его маленькие лисьи глазки сошлись в лукавом прищуре.

– Полковник Крячко! Какая встреча! А я и не знал, что вы большой поклонник азартных игр. Но разве вы в состоянии позволить себе столь дорогостоящий порок? Или сотрудникам милиции существенно повысили заработные платы?

На несколько секунд повисла неловкая пауза. Пытаться опротестовать слова Рамзеса на тот предмет, что он обознался, было бы для Крячко по меньшей мере глупо. Скорее это только усугубило бы его нынешнее положение. Надо просто развернуться и спокойно покинуть «Нить Ариадны», пока до глупо хлопающего глазами Лысого не дошел весь смысл только что произнесенного. Благо дело, соображал браток туговато.

– Я был здесь по делу.

Крячко шутливо отсалютовал Лысому и направился к выходу. Однако успел сделать не более двух шагов. В мозгу охранника щелкнуло.

– Так ты – мент?! – гаркнул он так громко, что почти все играющие за столами повернулись в его сторону. – Ах ты гнида! Да я!..

Он рванулся следом за Стасом, но тот, остановившись, резко развернулся и без подготовки поддел Лысого уверенным профессиональным апперкотом. Ноги братка оторвались от пола, он подлетел вверх на три-четыре сантиметра, а затем всей массой приземлился так, что, казалось, вздрогнули бетонные стены. Рамзес рефлекторно подался вперед, но Крячко уже выхватил из-под пиджака пистолет. Нацелил его Рамзесу в грудь.

– Назад! Ты какого хрена лезешь?

Рамзес остановился. На его лбу пролегли продольные морщины. В эту минуту он, видимо, решил, что ему и в самом деле не стоит вмешиваться в дела, которые его не касались.

Лысый встряхнул головой, прогоняя замелькавшую перед глазами цветную мошкару. Опершись на локте, он приподнялся и сфокусировал взгляд на отправившем его в нокдаун человеке. Вид оружия подействовал на братка отрезвляюще. Он быстро откатился к арочному проему, нажал под пиджаком невидимую Стасу кнопку и гаркнул в прикрепленный на воротнике микрофон:

– Тревога! Срочно нужна помощь!

Стас чертыхнулся. Из-за случайного стечения обстоятельств все теперь летело в тартарары. Он не собирался больше играть роль прожженного урки по прозвищу Шуруп и, в принципе, явился в «Нить Ариадны» с целью задержания Глазберга. Однако «большого босса» на месте не оказалось, и искать его теперь следовало дома, в загородном особняке. А как Крячко успеет добраться туда раньше, чем кто-нибудь из охраны позвонит Александру Романовичу на мобильник и проинформирует о случившемся в казино? У Стаса оставался всего один-единственный шанс. Не бог весть какой, но... Кроме Рамзеса и Лысого, никто не видел его и пока не знает, с чем или с кем связана поднятая тревога.

Крячко стремительно шагнул вперед и, коротко замахнувшись, ударил Рамзеса рукояткой пистолета в точку над верхней губой. Стас знал, что при точном попадании в расположенное в этом месте нервное окончание можно не только вырубить человека минут на тридцать-сорок, но при более сильном ударе даже убить. Однако он грамотно рассчитал свою силу. Глаза Рамзеса закатились, обнажив белые, как снег, белки, и он медленно осел на пол, подвернув под себя ногу. Последнее обстоятельство смягчило падение, и благодаря этому вор избежал сотрясения мозга, возможное при столкновении затылка с мраморным полом.

Стас развернулся к поднявшемуся на ноги Лысому и понял, что просчитался. Надо было сначала отдать предпочтение охраннику, а потом уже заниматься Рамзесом. В правой руке браток уже держал оружие, нацеленное на неприятеля. Крячко поспешно сместился в сторону одновременно с грянувшим выстрелом. Пуля чудом не зацепила ему руку. Крячко выстрелил в ответ, но Лысый проворно скрылся в арочном проеме. Полковник скрежетнул зубами, но тратить время на продолжение схватки посчитал для себя излишним. В одно мгновение оказавшись у двери, он рванул на себя массивную дубовую ручку.