Чтение онлайн

– Если б ты только мог рассказать, как все случилось, – шептала я Джеку. Вместо ответа он схватил губами новый пучок соломы и мощно задвигал челюстями.

Напоследок я еще раз погладила его шею и вышла, удостоверившись, что калитка надежно заперта. Даже подергала ее на всякий случай. То же самое проделала я и с воротами загона, одновременно пытаясь восстановить в голове свои действия в предыдущий раз. Но подробно вспомнить не смогла.

Вернувшись в дом, я обнаружила, что Оливер уже раздобыл где-то бутылку «Джеймисона» и два бокала. Он нажал на кнопку ледогенератора на дверце холодильника; оттуда с жужжанием и стуком в бокалы посыпался лед. Затем Оливер подошел к барной стойке, щедро налил виски в каждый из бокалов и протянул один мне. Я обычно не пью крепкий алкоголь в чистом виде, но в тот день решила сделать исключение.

Оливер поднял тост.

– За Клиффа. Мы были едва знакомы, но, кажется, ты был хорошим человеком, и нам жаль, что ты нас покинул.

– За Клиффа, – я подняла бокал.

После первого же глотка я поперхнулась и меня пробрала дрожь. Я поставила виски на стол. Оливер свой бокал выпил залпом. Как могло случиться так, что человек, с которым я разговаривала лишь три часа назад, теперь мертв. Это ужасно!

– Готова поклясться, что заперла ворота, – я решила поделиться с кем-то помимо ламы. Но тут же подумала, что веду себя, как ребенок, который выдумывает отговорки. К тому же я сомневалась.

Оливер пристально посмотрел на меня.

– Сегодня был насыщенный день. Легко было не заметить.

Я снова пригубила виски, хоть мне оно совсем не понравилось. Поморщившись, я прислонилась к барной стойке. Пожалуй, хватит на сегодня новых впечатлений.

– Я ведь тоже не вспомнил, что надо закрыть калитку, – добавил Оливер, заметив мой несчастный вид. – Все возился с телефоном. Миллениалы только о селфи и думают. Клифф был прав насчет нас. Мы такие нелепые и предсказуемые. Словом, никудышное поколение.

Он принялся было наливать себе второй бокал, но я схватила его за руку. Виски расплескалось по гранитной столешнице.

– Соф, осторожней!

– Дай-ка сюда телефон, – потребовала я. Его слова подсказали, как проверить версию с воротами.

– Что?

– Твой телефон. Дай взглянуть.

Он полез за ним, но остановился.

– Так, ты же не собираешься прямо сейчас совершить акт возмездия под лозунгом «все зло от технологий» и разбить мой телефон во славу человечности?

Я молча ждала, протянув руку. Он достал телефон из заднего кармана и, набрав пароль, отдал мне.

– Я за него еще кредит не выплатил.

Проигнорировав его комментарий, я принялась листать последние фотографии в галерее.

– Смотри, – я ткнула телефон ему прямо в лицо.

Он отпрянул и прищурился.

– Что я должен увидеть?

Я нажала на наше селфи с Джеком и пальцами приблизила картинку. Взяв у меня телефон, он вытаращил от удивления глаза.

– Ворота закрыты!

– Они были закрыты, – подтвердила я с победоносной улыбкой, чувствуя, как с моих плеч сползает тяжкий груз. Я закрыла ворота. Но эйфория тут же прошла. Если ворота были закрыты, тогда кто…

– Тогда кто открыл их? – спросил Оливер, заканчивая за меня мою мысль. Мы оба уставились на увеличенное фото.

Я еще раз глотнула виски, на этот раз почти не заметив его жгучий кислый вкус.

– И зачем? Какой смысл выпускать ламу?

– Это мог быть Клифф?

– Он ушел раньше нас, – подметил Оливер, – он же болтал с твоим секси-шмекси управляющим.

Оливер был прав. Но его слова навели меня на неприятное подозрение.

– Управляющий ведь живет в гостевом доме на участке. Совсем рядом с загоном. Мог ли он зайти проведать Джека и оставить ворота открытыми?

– Пожалуй, это возможно. Но он, похоже, умеет обращаться с животными и совсем не выглядит рассеянным.

– Ну ведь Джек не мог открыть ворота сам, своими копытами? Даже представить боюсь, что будет, если все вокруг начнут винить меня в смерти Клиффа. Я планировала начать здесь новую жизнь, а не прослыть убийцей.

– Разве можно называть убийством то, что вышло случайно? Тем более если это сделала лама?

Я взглянула на своего друга.

– Ладно, согласна, допустим не убийство, а лишение жизни, но я все равно не хочу, чтобы кто-то винил в нем меня.

Был у меня пунктик насчет того, чтобы всем нравиться. В этом отношении я была полная противоположность своей маме. Она всегда делала то, что хотела, и плевала на мнение остальных. Мама искренне полагала, что ее все любят – ведь по-другому и быть не могло. Я же получилась совсем другой. Например, я до сих пор переживала, что в седьмом классе меня невзлюбила Николь Сноуден. Почему – ума не приложу. Я ведь всегда была с ней очень мила.

– Вот и спроси у своего управляющего, заходил ли он к Джеку. Вы же встречаетесь после шести, не забыла?

Забыла. Совершенно вылетело из головы в тот момент, когда спокойное течение дня нарушила сеющая смерть лама.

– Не думаю, что он обрадуется, когда незнакомая девчонка, только что нагрянувшая из Калифорнии, начнет обвинять его в халатности.

Оливер махнул рукой.

– Ну и что? Здесь все – твоя собственность, а он проживает временно. Логично ведь предположить, что именно он оставил ворота открытыми.

Я сделала последний глоток виски.

– Значит, спускаемся на разговор с Дином.

– Вперед! Покажи ему, кто босс!

КОГДА МЫ ВОШЛИ, в пабе было темно и тихо. Глубоко въевшиеся пятна на деревянных столах создавали типичную для такого заведения атмосферу, но от их вида настроение только становилось мрачнее. За стойкой Дин обнимал какую-то женщину, которая негромко всхлипывала.

Упс. Хорошо, что я была в сандалиях и они не стучали по деревянному полу. Я бесшумно подошла к барной стойке и села на стул. Затем кашлянула, чтобы обратить на себя внимание. Все столики в пабе пустовали, кроме одного, с семьей из четырех человек. Еще один пожилой джентльмен сидел на другом краю барной стойки.

Женщина отодвинулась от Дина. Симпатичная блондинка с фигурой, как песочные часы – таким я всегда завидовала, поскольку сама напоминала нескладного, долговязого мальчика-подростка. Женщина поспешно утерла слезы и шмыгнула носом.

– Что желаете выпить?

– Я Софи Лафлёр, – ответила я, – этот паб мне достался по наследству от моей бабушки Санни.

То есть я вроде как была ее боссом.

– А это – мой друг Оливер, он пробудет здесь до конца недели, а затем вернется в Калифорнию.