Чтение онлайн

Пройдя через двор, Гирт зашел в дом, выходящий на улицу, и позвонил в квартиру № 5.

— Кто там? — раздалось за дверью.

На душе у Гирта отлегло — дома. Хозяин долго возился с замками, отпирая двери, и ввел, наконец, гостя в комнату. Ну и ну! Ковры и хрусталь, картины в позолоченных рамах, шикарная мебель! В одном углу комнаты торчит икона в тяжеленной золотой раме. Лица богоматери и младенца словно живые. Гирт даже рот открыл от удивления — такой роскоши видеть ему еще не доводилось.

— Это от прежнего владельца осталось, — пояснил Иванов. — Мебель и другие тяжелые вещи в Израиль не увезешь. Он мне родственником приходился со стороны жены, перешло по наследству.

Как только за Гиртом закрылась дверь, Айвар бросился к будке телефона-автомата.

Когда в штабе раздался звонок, Уна и Атис спорили, верно ли поступила Уна, отправив Гирту письмо.

— Гирт у толстяка, наверняка пришел продавать драгоценности. Что делать?

— Продолжай наблюдение! Мы сейчас, — приказал Атис.

А у зубного техника торговля в это время шла полным ходом.

Гирт выложил на стол тяжелое золотое кольцо с изумрудом.

— Сколько дадите?

Иванов повертел кольцо в своих толстых, как сардельки, пальцах.

— Сто.

— Смеетесь, дяденька! Сто пятьдесят.

Кольцо стоило вдвое дороже, Иванов это прекрасно знал.

— Ладно. А бриллиант?

— Восемь кусков.

— Ты говорил — пять.

— Я не знал настоящей цены.

Повертев камень перед светом и убедившись, что он безупречен, зубной техник спросил:

— У тебя еще есть?

— Есть. И белые, и зеленые, голубые и красные.

— Показывай!

— Прежде покончим с этим. Так как?

— Шесть.

— О’кей! — согласился Гирт и показал остальные драгоценности.

— Цветные камни полудрагоценные, — заметил Иванов.

— Ясно.

«Ничего тебе, парень, не ясно, — усмехнулся про себя Иванов. — Ты даже не знаешь, как они называются. Не плохой у меня улов нынче».

— Рубин этот с трещиной, почти никакой ценности не представляет. Двадцатка, и ни копейки больше, — предложил он.

— Идет.

Бирюзовый камень редчайшей красоты переливался всеми оттенками синего цвета. Искусный ювелир придал ему овальную форму, каждая грань, освещенная светом лампы, рассыпала синие искры.

— Сорок. На Урале его добывают тоннами.

— Пятьдесят, — пытался сопротивляться Гирт, но Иванов, почувствовав, что у парня земля горит под ногами, не уступал.

За смехотворную цену Иванов приобрел гарнитур с изумрудами — кольцо, серьги и кулон, массивный мужской перстень с инициалами.

Иванов вышел в другую комнату и вскоре вернулся с деньгами. На столе росла гора сто и пятидесятирублевок, и казалось, они только-только из типографии. Впервые в жизни Гирт держал в руках такую огромную сумму. Вот ведь проклятье! Чтобы заработать эти денежки, ему пришлось бы батрачить на заводе десять лет!

— У тебя, может, еще найдется? — уже на пороге спросил зубной техник, выпуская Гирта. — У меня есть денежный покупатель.

— Кое-что найдется.

— Заходи в четверг!

— А завтра? — Гирту хотелось как можно скорее сбыть найденное.

— Завтра вечером и в среду меня не будет дома.

— Ладно. Видно будет.

Двери закрылись. Уна, Атис и Айвар стояли площадкой выше и слышали последние слова.

— Все пропало, прошляпили, не уберегли! — Айвар чуть не плакал. — В четверг он принесет последнее, и ищи тогда ветра в поле!

— Во всем виновата Уна, — рассердился Атис. — Своим письмом она спугнула Гирта. Я предупреждал, что так и случится.

— Тихо ты! Не бубни!

Но Гирт даже не оглянулся на подростков, которые, споря, шли за ним следом. В магазине он купил самых дорогих конфет и бутылку шампанского и, подняв воротник нейлоновой куртки, направился по улице Плиедеру в сторону порта. Сыщики неотступно следовали за ним.

— Ясно, что к Антре, куда же еще! Чертовски не хочется торчать на мокрой липе, — признался Айвар.

— Да и смысла нет, — согласился Атис. — Пошли ко мне.

— Приехала мама, — сообщила Уна. — Как всегда не вовремя. Почти все время молчит, видно, не удалось разобраться с иконами.

— Повезло тебе с родителями! — вздохнул Айвар. — Такая мама! Детективы и читать не надо, мама расскажет.

— Да ты что?! Мама дома и словечка не проронит. Это же служебная тайна. Я по телефонным разговорам догадалась, что речь идет об иконах. Банда какая-то появилась под Архангельском, грабит церкви — золотые и серебряные алтарные принадлежности, иконы. Коллекционеры на такие вещи не скупятся. — Уна вздохнула и вернулась к волновавшей всех теме: — Итак, операция «Таинственная находка» зашла в тупик. Ведь сами слышали, что в четверг Гирт принесет последнее — и на этом конец. Двери Иванова для нас закрыты — зубные протезы нам пока не нужны. Может, написать еще одно письмо? — несмело предложила она.

— Попробуй только! — пригрозил Атис. — Сайта видишь, что из этого вышло. Теперь главное — не спускать глаз с Гирта и Иванова. За Гиртом следить проще простого, но что делать с зубным техником? В поликлинике с ним рядом не постоишь и за машиной не побежишь.

— За границей есть миниатюрные подслушивающие аппараты. Был бы у нас такой, мы бы спрятали его в машине и в квартире Иванова…

— Ивар, миленький, не увлекайся, — перебила его Уна. — Атис, дашь мне фотографию Иванова, я покажу маме. Здорово, если бы его можно было задержать!

Ребята расстались, так ничего и не решив, договорились встретиться во вторник вечером, а если произойдет что-нибудь чрезвычайное — созвониться. Магдалена должна дежурить у телефона. Атис передал Уне фотографию Иванова.

— А что ты сама будешь делать? — спросил Атис.

— Я кое-что должна уточнить, — уклончиво ответила Уна.

После ужина Уна показала маме фотографию Иванова. Он был снят в профиль и с тем же огромным портфелем в руках, который служил ему по сию пору.