Чтение онлайн

– Не спиться? – Приветливая улыбка брата всегда раздражала Генриха, этакий хороший парень с оленьими глазами, который всем нравится.

– Голова болит, пойду подышу. Спокойной ночи, Ларс.

Спустившись по лестнице, Генрих вышел на террасу и направился к морю. Глубоко дыша, он не спеша двигался к берегу, и как бы не старался он прогнать свои мысли, все было бесполезно. Подобно акуле, учуявшей каплю крови в бездонном море, им двигал инстинкт. Генрих Ларгюсон всегда получает то, что хочет.

У воды стояла девушка. Легкое шифоновое платье колыхалась на ветру, обнажая хрупкие плечи. Она покрепче укуталась в плед и сделала шаг к воде. Ее легкий шепот, высокая, хрупкая фигура и черная вода впереди создавали совершенный антураж для художника. Подняв горсть песка и мелких камней, она произнесла над ними последнее слово «…навсегда» и бросила в воду. Уже скоро, он обязательно придет.

– Грета?!

– Генрих. – Девушка не оглянулась.

– Что ты тут делаешь?

– Я должна тебе два коктейля, а я держу свои обещания.

Генрих стоял неподвижно, оглядывая с ног до головы загадочную хрупкую фигуру.

– Разве ты не должна быть на работе?

Грета повернулась.

–Я здесь. Что и кому я должна, я решу сама. Так как на счет коктейля?

Только сейчас Генрих заметил корзинку, стоящую на камнях. Грета достала два бокала и бутылку с заранее приготовленным коктейлем.

– С удовольствием. – Акула загнала свою добычу в пасть. Он взял бутылку из рук Греты и провел пальцем по ее тонкой руке. – Ты как глоток свежего воздуха в моей душной жизни.

– До дна!

– Так кто же ты, загадочная незнакомка?

– Любопытство порой злейший враг. Но боюсь, что разочарую тебя, я самая простая девушка каких много.

– Я в этом очень сомневаюсь.

– Что ж, ничего особенного во мне нет. Я родом из Ирландии, учусь в университете в Копенгагене. А сюда приехала на каникулы, навестить бабушку.

– А твои родители?

– Мать родила меня в 16, отца я не знала, поэтому моим воспитанием занималась бабушка. Мы жили на материке, когда я закончила школу и уехала в университет, бабушка перебралась на остров, к природе и спокойной жизни. На каникулах я ее навещаю. Вот и все.

– На кого ты учишься?

– На медсестру.

– А наша разница в возрасте тебя не смущает?

– Смотря о каких взаимоотношениях, идет речь.

– О личных, разумеется.

– На сколько личных, Генрих?

В ее глазах читался вызов, и Генриху захотелось овладеть ей прямо на том самом месте, но учитывая, что его жена находилась в ста метрах от него, он собрал в кулак всю волю, которая была.

– На столько, на сколько это возможно, Грета.

Грета выдержала прямой нескромный взгляд Генрих.

– Что ж, мне и правда пора на работу. Подбросишь?

– Да, жди меня на повороте на кемпинг. Черный седан.

– Я думала, мы опробуем твой подарок?

– Не боишься? Я люблю скорость.

– Я тоже, и, если за рулем будешь ты, бояться мне нечего.

Когда Генрих вошел в дом, внутри все кипело. Это его лучший день рождения, вне всяких сомнений.

Гарольд сидел в гостиной с журналом в руках. Из столовой вышла Тильда.

– Все убрано, думаю, банкет удался. Правда, Генрих всегда пытался улизнуть от меня. – Она подошла к мужу и попыталась поцеловать его. В ответ он сухо чмокнул ее в щеку.

– Хочу опробовать свой подарок, проветрю голову заодно.

– Генрих, да ты с ума сошел? Мало того, что на улице уже глубокая ночь, ты пил сегодня! Гарольд, скажите же ему.

– Он взрослый человек. И насколько мне известно, если он что-то решил, он это сделает. – Спокойно произнес отец Генриха, не отрываясь от газеты.

– Да что вы за отец, а если он разобьется?

– Со мной все будет в порядке, дорогая. Я не на долго.

– И все же, осторожней сын.

Генрих завел новенький мотоцикл и отпустил сцепление. Проехав несколько десятков метров, он притормозил и завернул на перекрестке с указателем «Кемпинг». Грета уже ждала его на оговоренном месте.

– А ты не боишься темноты.

– Она мой друг.

– И так, куда мы едем?

– Бар Скипперкроен в Марстале.

– Не близко. Держись крепче. – Генрих прибавил газ и мотоцикл тронулся. Грета держалась, что есть мочи. Ей не было страшно, она лишь хотела, чтобы этот момент не кончался. Он и она, скорость, дорога и свобода ото всех. Ей претила скованность брака, равнодушного и притворного. С момента их встречи, она вспоминала лицо Тильды и не могла понять, как они могут быть вместе, серая невзрачная женщина и сильный яркий мужчина. Спустя 20 минут черный Харлей выехал на Моллевейен, Генрих сбросил скорость, и Грета еще крепче прижалась к нему. Еще через пять, свернув на Стрэндстрейт, мотоцикл затормозил.

– Доставлено.

– Потрясно, Генрих! Где ты научился так управляться с мотоциклами?

– В студенческие годы увлекался. – Юношеский задор переполнял его, он будто вернулся на 15 лет назад. Когда в его жизни не было груза ответственности за компанию, долга перед женой, когда не надо было следить за каждым своим шагом, поскольку в мире бизнеса, по крайней мере в Дании, Генриха знали многие. Женившись 3 года назад, он совершенно потерял себя. Серая женщина составила выгодную партию, ведь слияние датской судоходной флотилии и норвежского морского холдинга давали железные гарантии многолетнему процветанию бизнеса. Отец Тильды и Гарольд Ларгюсон прибывали в совершенном восторге от знакомства их детей. Тильда влюбилась с первого взгляда, а у Генриха не было выбора, хотя и он признавал несомненную выгоду предприятия. Но ему хотелось свободы и страсти, а Грета могла это дать ему.

– Во сколько ты заканчиваешь?

– В 3.

– Что делаешь завтра?

– Работаю, с 12 до 20.

– Я хочу снова тебя увидеть.

Глава 3

Гость

Гостиную заливал яркий белый свет. Совсем близко над горизонтом стояло солнце. Оно еще не успело подняться, а день уже обещал быть ясным. Потянувшись на диване, Лидия не сразу смогла открыть глаза. Несмотря на то, что спала она на узком не раскладывающемся диване, да еще и в одежде, она чувствовала себя отдохнувшей. Полежав пару минут глядя в потолок, она потянулась к телефону. Писем от нотариуса не было. Зайдя в рабочую почту, Лидия не обнаружила ничего нового. Не удивительно, еще нет и 7. Выйдя на террасу на задней части дома, она не могла поверить, что еще вчера была сильная гроза. Укутавшись в плед, Лидия направилась к морю. Ровная гладкая поверхность безобидно манила к себе. Чайки еще спали, и вокруг стояла первозданная тишина. Удивительно насколько человек может быть счастлив просто находясь наедине с природой. Осторожно спустившись по каменному берегу, она направилась вдоль пляжа, обходя крупные камни. Голова была ясная, но в сердце Лидии украдкой прокрадывалась тоска. Сперва она думала, что тоска была чем-то кажущимся, потом намеренно пыталась отвлечься на свою настоящую жизнь, она гнала мысли о том, что случилась много лет назад, но безуспешно. Неприятное чувство взяло верх и по неволе женщина вспомнила рано ушедшего дедушку, которого она видела лишь на портретах в доме, покончившего с собой отца, погибшего брата и племянника, а теперь и дядю. Она не пережила эту боль как ее мать, но она знала о ней. Как бы все могло повернуться, проживи они свои жизни до конца? Хотя никто не знает, где находится этот конец, но проживи они просто чуть дольше.

Солнце поднималось все выше и его лучи как свет маяка падали на белые грубые камни. Лидии стало жарко в одеяле, и сняв его, она зашагали назад к дому. Позавтракав яичницей, она решила поработать за компьютером, телефон, пусть даже и самый совершенный, не самая удобная для этого вещь. Кажется, пришло время осмотреть кабинет Генриха. Она подошла к двери и повернула ручку. Тяжелая дубовая дверь со скрипом открылась. Стол посреди маленькой, обшитой красным деревом комнаты, был пуст. За столом было окно по бокам которого располагались книжные шкафы. Лидия подергала ящики стола, те были заперты. К чему столько секретности? Кладовка, чердак, все заперто, ящики стола и те на замке! Лидия принесла с кухни пару ножей разного размера, провозившись с пол часа и оцарапав поверхность, ей удалось открыть оба ящика. В первом она обнаружила небольшой ключик серебряного цвета, во втором находился один единственный лист бумаги, вырванный из какой-то книги, содержание его было следующим: