Чтение онлайн

К этому моменту остальные, слыша переговоры Дормидонта, сами подтянулись к провалу.

У туристов существует несколько способов переправы по веревке над пропастью. Но навряд ли кому доводилось это проделывать ночью. Здесь любой способ становился смертельно опасным. Если бы дело было днем, то немного повыше первой они бы натянули вторую веревку и перешли обрыв по нижней, держась за верхнюю. Но не видя ничего под ногами, сейчас это выполнить было невозможно.

В конце концов сделали так. На канат навесили крючок в форме буквы «г». Затем Альф помог Дормидонту спуститься вниз. Тот ухватился руками за крючок и приготовился к движению. Аза ожидала, что Дормидонт будет сопротивляться ночной переправе. Но получилось наоборот. Не видя ничего вокруг, в особенности самой бездонной пропасти, он философски относился ко всему происходящему и даже подбадривал Азу.

— It is very simply и очень не страшно. Висишь себе на веревочке и… Ой!

Это Альф отпустил Дормидонта и тот заскользил на крючке к противоположной стороне. Не успело эхо от «ой!» замолкнуть, как Жвачкин уже вытаскивал его на противоположной стороне.

— It is O.K. It is all right. Было очень приятно проделать такой ночной променад и встретить вас здесь в добром здравии, — церемонно обратился он к Жвачкину.

— Хватит болтать, — остановил его непонятное ночное красноречие тот. — Болтун — находка для шпиона, а я не шпион. Так что быстрее вылазь и освобождай место другим.

— It is wonderful! — нисколько не обиделся тот. — Лезу, лезу. Уже весь вылез..

— Ну и молодец! Давайте сюда Азу! — крикнул Жвачкин на ту сторону.

— Иду к тебе, мой Дормидонт, — услыхал Жвачкин с той стороны.

— Похоже, ей на пару с Дормидонтом только ночью по горам лазить, — недоуменно пожал он плечами на такое их поведение.

Он выловил Азу, а вслед за ней помог выбраться и Альфу, который на той стороне все проделал самостоятельно.

— Идите за мной. — Взявшись за руки и вытянувшись в цепочку, все потихоньку потянулись за Жвачкиным и скоро стояли перед его убежищем.

— Куда дальше? Ничего не видно.

— Никуда. Дальше все будем делать на ощупь. Возьмитесь все вот здесь и потяните, вверх, — Жвачкин персонально каждого поставил на нужное место. — Взялись все вместе!

Что–то поднялось под их руками, а потом куда–то опрокинулось.

— Теперь подождите меня немного, — и Жвачкин мгновенно исчез.

— Затем рядом с ними послышалось какое–то шуршание. То ли что–то тянули, то ли что–то падало.

— Что это он там делает? — поинтересовалась Аза.

— Кто его знает Это. ведь Жвачкин. Всегда сначала сделает, а потом скажет. Возможно место для нас освобождает, а возможно и дурака валяет. С него станет!

— Э–эй, Шоколадик, ты где? — тихонько позвала Аза. — Может тебе помочь?

— Сейчас, сейчас. Тут ничего не видно. Но, кажется, я нашел.

И опять что–то зашуршало между камней.

— Все, залезайте сюда!

— Сюда это куда? — не поняла Аза.

— Да прямо там, где вы стоите.

У Азы этого «прямо там» почему–то не оказалось. Зато Дормидонт куда–то залез и, судя по звуку, сразу же упал. Откуда–то появились веревки, мешающие подойти друг к другу.

— Ну все, теперь дело за Азой. За Азой и удачей, — наконец произнес появившийся опять среди них Жвачкин и взяв руку Азы, потянул ее к чему–то.

— Крути!

Аза не имела понятия, что крутить. Но то, что оказалось у нее под рукой, оказалось очень знакомо этим самым рукам. Они без вмешательства Азы крутанули это что–то

И внезапно над их головами вспыхнул огонь! После полной темноты он показался таким ярким, что на время ослепил их. Постепенно глаза привыкли к голубоватому пламени. Осмотревшись, Аза не смогла скрыть своего изумления.

— О–о!

В неверном свете огня вдруг обнаружилось то, во что трудно было поверить. Они находились в корзине их пропавшего махокрыла* Огонь над головой был огнем газовой горелки. А мешающие им веревки — креплениями корзины к воздушному блину, смятые очертания которого теперь угадывались рядом с корзиной.

— Не может быть!!

— Может, может, еще как может, — торжествующе ответил Жвачкин. — Я сам сначала не поверил себе, когда удирая, залез под него. И лишь когда отбиваясь от птиц, обнаружил в своих руках ножны от моей шпаги, поверил в это.

— Так значит он далеко не улетел, а тут застрял.

— И мы нашли его.

— Вернее, он сам нашел нас.

— А если он порвался о скалы?

— Когда увидим это, тогда и будем думать. Затем сейчас беспокоиться. От другого голова болит.

— Дормидонтик, у тебя уже головка болит? Бедненький. Совсем как человек стал. Больной–больной.

— Да нет, это так, просто выражение. На самом деле у меня все в порядке.

— Ну и хорошо! А то еще и тебя лечить. От другого голова болит.

— Эй, вы, со своими больными головами! Надо делом заниматься. Почему блин не поднимается? Ведь ночь уже прешла свою половину.

— Терпение, — ответил Дормидонт, у которого хоть и болела голова, но который тем не менее все знал. — Дело в низкой температуре окружающей среды. Ночью в горах всегда очень холодно. Поэтому нужно достаточно много времени, чтобы прогреть наш блин.

— А что, если не успеет прогреться?

— Да не тревожься ты заранее обо всем! До рассвета еще есть время.

Он оказался прав. Вскоре раздался какой–то скрип. Это в морозном воздухе начали расправляться складки оболочки блина.

— Давай, Аза, поддай! — раздались воодушевленные голоса.

— Все уже на пределе, от меня ничего не зависит, лишь бы блин не подвел.

С блином, похоже, все было в порядке. Он еще не тянул их вверх, но уже не касался земли. Скоро воздушный гигант завис точно у них над головами.

Стропы натянулись и зазвенели, показывая, что шар набрал мощь и скоро будет готов нести их вперед. Но и ночь была на исходе. Вдали на горизонте появилась тонкая серая полоска. А ведь им надо было еще перелететь зону действия боевых орлов–разбойников!

Серая полоса над горизонтом росла прямо на глазах. Несколько лишних минут могли погубить весь их план.

— Ну же, ну! — Чуть не плача, Аза просила блин.

Корзина дрожала, но отрываться от земли, похоже, не собиралась.

— Выбрасывай все лишнее за борт! — внезапно решился Альф. — Все, что висит снаружи, обрезай!

Роботы понимали необходимость решительных мер и поэтому приказание было тотчас исполнено. Шар словно ждал этого. Он резко подпрыгнул вместе с корзиной вверх и застыл невысоко над землей.