Чтение онлайн

Поле завершал порыжевший перелесок, за ним расстилалось следующее поле, но там уже никого не было. Только черной точкой исчезал догоняющий охоту Михаил.

Ольга улыбнулась, расправила плечи, встречая в лицо прохладный осенний ветер.

Охота на оборотня! Что за чушь порой лезет в голову мужчинам!

Лес был хрусток от опавших листьев и веток. Сначала по дорожке, потом свернула между елками. Голоса, казалось, неслись отовсюду.

— Туда, барышня, туда, — замахал рукой появившийся из кустов егерь.

Крайний пост. Собака вьется под елками, кидается на кобылу.

Ольга кивнула, углубляясь в чащу. Облава началась. Собачий лай ширил лес, значит, гончие взяли след. Сейчас зверя поднимут, погонят по кругу, выводя на стрелков. Увидеть бы в этот момент Ивана, заглянуть бы в его горящие азартом глаза, услышать, как он шепчет: «Ольга!»

Девушка до того замечталась, что не заметила, как кобыла уперлась в густой валежник. Надо обходить.

— Вот вы где! — Михаил с треском вывалился из кустов бузины. — А я кричу, кричу. Зверь пошел. Матерый, чертяга! Водит собак, те ничего сделать не могут.

— Мишенька, неужели вы верите во всю эту чушь?

Ей не хотелось оставаться один на один с тревожным лесом, поэтому она и завела этот разговор.

— События за нас всё решают, — Михаил собрал повод в левую руку, свободно опустив на бедро правую. — Люди-то гибнут.

— Люди гибнут постоянно. Смешно приписывать все одному зверю. Так не бывает.

— Зато как захватывающе! Представьте: полная луна, тело разрывает от желания крови… — Михаил демонстративно дернул ворот рубашки, словно захотел ее разодрать.

— Вы путаете оборотней с вампирами, — тоненько рассмеялась Ольга.

То, как легко она это сказала, вызвало в Михаиле удивление. Он взглянул на ее маленькую крепкую фигурку и от смущения почесал ус.

— Это вампиров должно тянуть на кровь, поближе к людям, — как бы между делом промолвила Ольга, — а оборотней подальше от них, в лес.

— А говорите, что не верите, — смущенно хмыкнул Михаил. И что-то в ее светлых глазах показалось ему странным.

— А пока выходит, зверь оказался хитрее вас, — девушка сменила тему разговора.

— От Ивана еще никто не уходил, — бодрился Михаил, но, взглянув на спутницу, понял, что сказал лишнее. Она опять раскраснелась.

— Но ведь тот, кого вы преследуете, — человек, — не поднимая глаз от холки кобылы, произнесла девушка. — Если это, как вы говорите, оборотень.

Они уже стояли. Звуки охоты кружили вокруг них, казалось, весь лес был втянут в азарт погони.

— Скажете тоже! Обыкновенный зверь! — Михаил послал вперед коня, и тут же под тонкие ноги ахалтекинца выкатилось огромное серое животное.

В первую секунду ничего нельзя было разобрать, кроме густой шерсти, унизанной веточками и листьями. Распахнутая пасть с вывалившимся языком, блестящие ненавистью глаза, черная полоса на спине.

Первыми среагировали кони. Ахалтекинец вскинулся на дыбы, заставляя седока припасть грудью к высокому седлу. Смирная кобыла Ольги коротко игогокнула, отпрыгивая в сторону. Девушка вскинула руки, сползая с седла. Нога подвернулась, и она упала прямо к лапам зверя.

Первое, что бросилось ей в глаза, — мощные длинные когти на сильных лапах и белая шерсть на одной из них. Больше ни на что посмотреть не успела.

— Поднебесный, стоять! — орал где-то у них над головами Михаил. Взбесившийся конь не слушал седока, храпел, вскидывая передние копыта. — Пошел!

Горячее жало хлыста упало как раз между девушкой и волком. Зверь дрогнул и исчез в кустах.

— Вы живы? — склонился с седла Михаил.

Ольга ничего не смогла сказать, только нервно кивнула, чувствуя, как в голове у нее от этого движения что-то оборвалось.

— Будьте здесь!

Подбирая плетку, Михаил понесся в лес, туда, где, как казалось Ольге, все еще слышался легкий шуршащий шаг волка.

Но тут шорох снова приблизился, она испуганно вскрикнула, оборачиваясь.

Сначала на поляну вылетела собака, зло ощерилась и зарычала на девушку. Острые клыки белели.

— Стрелка, стоять! Фу!

Голос накрыл ее сверху защитным колпаком, и девушка беспомощно закрыла глаза.

— Ольга Сергеевна? Что? Укусила?

Иван спрыгнул с коня и, не выпуская повод, подбежал к девушке.

— Куда?

— У меня Ласточка убежала… — пробормотала Ольга, не в силах разглядеть Ивана. Зачем она вспомнила о своей лошади? Перед глазами у нее все плыло. Хотя она смотрела туда, откуда раздавался голос, лица девушка не видела, лишь размытое пятно. Оно двоилось, троилось… И только глаза такие любимые, но почему-то сейчас отчужденные.

— Ольга! — Иван похлопал ее по щекам, приводя в чувство.

— Ой! — Ольга прижалась к сильному плечу, ее трясло, но слез не было.

— Говорил я, дома сидеть надо! — не стал размениваться на нежности Иван.

Отстранил ее от себя, оглядел. Во взгляде ни капли нежности, только сухой интерес — если собака укусила, то куда.

— Ну, вот! — Он поднял ее руку в разорванной перчатке. — Оцарапались.

— Тут волк был, а Ласточка испугалась и…

— Мишка где? — Лицо Ивана закаменело.

— За волком поскакал. — Она слабо повела рукой в сторону, куда, как ей показалось, скрылся Михаил. И только сейчас заметила порванную кожу перчатки, стала натягивать ткань на палец. Все было так неуместно, так неловко.

— Ждите! — Иван поднялся. — Стрелка, сидеть! Охраняй!

Собака, еще минуту назад лаявшая на след, послушно села рядом, мотнула хвостом, собирая на шерсть листики и хвоинки.

Снова раздался треск веток. Но шел он не оттуда, куда уехал Иван. Собака поставила ушки домиком, нетерпеливо перебрала передними лапами.

— Помогите! — послышалось как из-под земли.

Стрелка взвизгнула, но Ольга положила руку на рыжую холку.

— Тебе же сказали, сидеть! — прошептала она, вглядываясь в прозрачные кусты. — Ласточка! — позвала она на всякий случай.

Кусты раздвинулись, выпуская человека. В глаза бросились борода, рваная рубаха, босые ноги. Потом быстро оглядела его всего — высокий, сильный, весь словно заляпан чем-то темным. Штаны рваные. И только взгляд показался знакомым — черный, с искрами ненависти. Вышел, прислонился к дереву, сполз на землю.