Чтение онлайн

– Боже мой! – моя рука ощутила пальцы, то, что мне мешало дышать, было тоже рукой.

Но эти руки и пальцы были холодные и лохматые. Страх проник во весь мой организм. Я уже очень хотела сбросить с себя это инородное тело, и понимала, что его глаза находятся напротив моего лица, и, наверное, они смотрели на меня! Судя по рукам, лицо должно быть ужасным, и если я открою глаза, то выдержу ли я эту ужасную действительность. Ведь пока глаза закрыты, то существует еще иллюзия сна, ты как бы еще не вернулся к действительности, ты еще на той минус секунде, после которой пробуждение и все на самом деле.

– Только не открывать глаза, только не открывать, это разрыв сердца, нет, нет… – стучало у меня в голове.

Все мое существо уже кричало от страха, но звуки не выходили из горла, я впала в шок от ужаса и… проснулась.

Вокруг было весеннее, солнечное утро. Но в душе все тряслось ужасным чувством встречи с чудовищем. И утро не успокаивало, дикий страх, которого я еще не испытывала раньше, был внутри меня, он был там хозяин. Это продолжалось минут десять. Наконец, я все-таки успокоилась, и решила, что это был ужасный сон. Ну, как можно было думать о страхах, когда солнце так светило, и цветы на книжном шкафу сверкали каким то совсем другим, радующим зеленым цветом, и птички весело щебеча, порхали с карниза. У них там было гнездо.

– На работу. Чайку, бутербродик, и вперед.

Время шло, и я забыла о происшедшем, и даже смеялась, когда рассказывала девчонкам в порядке жутких историй свою…

– Наелась чего– нибудь, – сказала Вера.

– Нет, это домовой, нужно было спросить к худу или добру? – ответила я. Я слышала такое.

– Да я тоже слышала, но в тот момент об этом не думаешь, страшно! – сказала она.

– А, значит, и ты такое испытывала? – удивилась я.

– Было, лет пять назад. Но хотя, может быть, это сердце плохо работает? Кислорода не хватает, вот и снится такое! – проговорила неуверенно Вера.

– Да ладно, домовой. Это кто-нибудь живой, захихикала Валя.

– Может, я не помню, с кем спала, ах эта память! – засмеялась я в ответ.

Так было спокойнее и смешнее, чем страшная, страшная лохматая рука.

Весна уже кончалась, и впереди было еще лето, а до зимы целая осень. Несколько дней мая, и лето… Как раньше в детстве, ждали каникул, травки, речки, грибов. Лето всегда была радость.

Но, сейчас провести лето, так же как и весну в одиночестве было тошно.

– Ну что? Работа-дом. Выйти на улицу вечером одной – зачем? Выходные– электричка, дача. И снова электричка. И пройдет оно быстро– быстро. От выходных до выходных, от сорняков, до сорняков.

Вечером, включив телевизор, выпив чашку чая с мелиссой и шоколадкой, я добавила в чашку немного коньяку. Настроение немного улучшилось, все стало как– то проще, мягче. Позвонила Ирка, мы обсосали все те же вопросы, ее Игорька, ее Юрку. Я все это знала уже наизусть. Но что делать для спасения Иркиных нервов, я слушала, поддакивала и вселяла в ее душу надежды.

Я бы и сама хотела вспомнить все и, особенно, Гену… Как мы гуляли по московским улицам, как падали снежинки, как он целовал меня, жал пальчики, а вокруг ходили люди, и не было местечка, где бы мы могли быть с ним одни, и можно было бы прижаться и говорить, говорить, и целоваться.

Мы, как– то раз, зашли с ним в кафе на Павелецкой, столик был на четырех человек, но в кафе еще было мало народа. Мы заказали по бокалу коктейля и миндальные орешки. Мы сосали из трубочки коктейль, разговаривали, смотрели друг на друга. Гена улыбался мне своей очаровательной улыбкой, доброй, нежной, любящей… Когда мы очнулись, то рядом с нами стояли пустые стаканы, какие– то скомканные салфетки, окурки в пепельнице…

– Откуда это? Мы были одни… Получается, что раз заглянув в глаза, друг другу, мы были в гипнозе, мы были в другом мире, в другом измерении. Как в сказке Золушка, когда каждый попал по воле придворного волшебника в свой собственный мир мечты.

Но все кончилось, также внезапно, как и началось. И много лет, прошедших без него, не забросали в моем сердце эти следы, эти ощущения и эту необходимость быть вместе с ним.

И ложась в кровать, утомленная Иркиной болтовней, я снова вспоминала, вспоминала и просила судьбу подарить мне его еще раз. Любой ценой…

Телевизор работал, а я боролась со сном, то открывая глаза, чтобы посмотреть фильм, то засыпая. Но мысль о том, что нужно выключить телевизор, не давала мне заснуть полностью, и, проснувшись снова, я почувствовала, что мне тяжело, потому что кто-то навалился на меня всем своим телом, мне было трудно дышать, и снова страх животный, так что волосы зашевелились на голове, прошелся по всему моему телу. Кто может быть тут, да еще душить меня, я хотела закричать от страха, но голос не вырывался наружу, жуть сковала мои мышцы, я впала в шок. И очнулась. Телевизор мирно горел, программы закончились. Я посмотрела на часы, было двенадцать.

Страх колотил меня, а эта мистическая цифра двенадцать усиливала этот эффект. Я закрыла глаза, подтянула одеяло и немного еще полежала так. Страх улетучился медленно. Ко мне прыгнул мой кот, и от этого мне стало спокойнее. Но, все же встать, выключить телевизор, и погасить свет было пыткой. Но, не смотря на это, я все-таки быстро заснула, ну а уж утром, веселые ласточки, гнездо которых было у меня под карнизом, и солнышко, совсем угнали ощущения ночи.

– Ко мне снова приходил домовой, – рассказывала я подружкам. И снова я не спросила к чему.

– Да ерунда все это! – сказала Вера. Наелась на ночь вот и снится черти что!

– Ерунда! Хорошо бы! – думала я. А мне теперь страшно ложиться спать, потому что, снова испытать такой же страх присутствия существа…!

Я боялась этого, но снова все было как всегда, и ночи проходили нормально. Иногда я вспоминала эти два случая, и думала, что было такого, что в те дни происходили эти жуткие сцены. Я не могла найти аналогию, чтобы исключить снова такое пробуждение.

Но был и третий раз. Время шло к Новому году, вечера стали скорыми. И с балкона в окно смотрели звезды. А если выйти на балкон, то сквер был весь белый, и ветки деревьев красиво обрамлены белыми его полосками. Машины как– то гудели по-другому, не так, как весной, Весной даже шум проезжающих машин был веселый романтичный, а сейчас, это скорее было приятное ощущение, что в этом морозе и черной ночи среди тусклых фонарей, человек не один в городе. Прохожих мало, но милый теплый автобус едет с веселыми огоньками по улице, а в нем, такие же запоздалые путники, и автобус с ними, он везет их к дому, он служит людям.

Я лежала в кровати с зажженным светом, радио убаюкивало меня какими– то красивыми мелодиями саксофона. Вот бы потанцевать под такую музыку с Геной. Эта мелодия так подходила под мои чувства, мою любовь, под эту дымку любви, и нежности. Я дремала, продолжая слушать музыку, но вот мои глаза открылись, и я посмотрела вперед себя.

На меня смотрел мужчина. С первой минуты, как я увидела его взгляд, я не смогла оторвать свои глаза от него. От его глаз.

Его черные глаза, были живые с блеском, и добрая улыбка, как– то с любопытством улыбалась мне. Мужчина смотрел на меня как на чудо, которое он рассматривает давно, молча и с удовольствием, как будто ждал, когда я открою глаза и увижу его. Мужчина молчал и смотрел, смотрел. Я смотрела тоже и думала: «Какой красивый! То, что нравится мне, и будет нравиться всегда!»