Чтение онлайн

Другие авторы (например, Шеврель) усматривали в движении водоискательной палочки нечто общее с идеомоторными актами, рассмотренными нами в V главе. По их мнению, опытные искатели могут распознавать местоположение источника или рудной жилы по свойству почвы и растительности, и возникшая таким образом мысль искателя выражается соответствующим движением палочки.

Наконец, занимавшиеся этим вопросом физики (например, француз А. Маже113) стремились понять данное явление с биофизической точки зрения и заменить испытателя и его палочку теми или иными физическими приборами. Первая попытка построить такой прибор была сделана в 1903 г. Шмидтом в Берне. Присутствие подземного потока узнавалось по колебаниям слабо намагниченной стрелки этого прибора114. Это значит, что таинственная рабдическая сила оказывается по своей природе электрической или магнитной.

В настоящее время применяются более сложные приборы и методы радиоразведки земных недр. Надо, однако, признаться, что были описаны такие случаи, когда физические приборы не давали надежного результата, а водо- или рудоискатель точно разрешал поставленную задачу. По данным Кашкарова, организм искателя лучше, чем какой-либо из существующих физических приборов, реагирует на изменения ионизации воздуха и атмосферного нисходящего электри-

ческого тока, которые можно обнаружить над местом протекания подземных вод или нахождения рудной жилы, поскольку там всегда происходит усиленное выделение из почвы в воздух радиоактивного газа радона.

Что именно является истинной причиной двигательной реакции искателя, указывающей на местонахождение руд и источников, доподлинно еще не известно, но похоже на то, что успех в разрешении этого вопроса все больше склоняется на сторону биофизиков. Непонятно, однако, почему способность водо- и рудоискания присуща лишь немногим, редко встречающимся представителям человеческого рода. Такая редкость, исключительность характерна не только для этой способности, но и для всех пара-психических явлений, что чрезвычайно затрудняет их изучение.

Есть еще группа явлений, обозначаемых, так же как и водоискание, термином «ясновидение». Но в отличие от водоискания для них характерно чрезвычайное (сверхнормальное) обострение обычных органов чувств — зрения или слуха. Наблюдается оно у лиц загипнотизированных или впавших в автогипноз, называемый еще трансом 115.

В анналах медицинской науки зарегистрировано немало случаев патологического обострения чувств. Например, по свидетельству д-ра Браше, один как будто бы здоровый человек внезапно заметил у себя необычайное обострение зрения: он отчётливо различал самые мелкие предметы на очень далеком расстоянии. Такое состояние длилось около суток, а затем развилась апоплексия, и больной умер; при вскрытии у него в зрительном бугре с правой стороны был обнаружен недавно образовавшийся кровяной сгусток. Как утверждает д-р Митчель, некоторые из его нервнобольных пациентов могли читать при таком освещении, при котором здоровые с трудом различали даже самые крупные предметы *.

Обострение слуха, наблюдаемое у некоторых гип-нотиков и больных истерией, может быть настолько значительным, что даже самый слабый шепот отчетливо слышится ими на большом расстоянии.

Иногда подобное обострение зрения или слуха становится прямо-таки невероятным. Вот один такой случай, о котором мне сообщили в письме врачи Полоцкой психиатрической больницы Б. Ф. Шило и А. И. Лапицкий. Речь идет об интеллигентном больном человеке средних лет, страдавшем алкоголизмом. Однажды во время очередного сеанса гипнотерапии в присутствии работников больницы у него наблюдались следующие явления (история болезни № 186 за 1957 г.):

«Из большой стопки газет и журналов, лежавших на этажерке, была взята газета и, подана больному с приказом, не открывая глаз, прочитать название газеты. Больной молчит, глаз не открывает. Тогда врач указательным пальцем правой руки пациента делает пассивное движение у заголовка газеты, как бы мысленно фиксируя внимание больного на данный пункт пространства при помощи кинестетического чувства руки (без прикосновения пальца к тексту). Больной правильно произносит название белорусской газеты «Звезда». Затем таким же способом пациент правильно Фйтает заголовки статей; отдельные предложения, слова более мелкого шрифта. Заголовки газеты «Правда» читает с закрытыми глазами через одинарный и двойной лист чистой безлинейной бумаги. После пробуждения больной припомнил, что видел крупный печатный шрифт заголовков как «через туман», а мелкий текстовой шрифт «сливался в глазах». Опыт проводился при ярком освещении-текста. При ухудшении освещения чтение затруднялось. Затруднялось оно и по мере усиления «бумажного барьера» (1—2—3 листа бумаги). Возможность предварительного ознакомления пациента с газетами полностью исключалась, так как он не имел доступа в комнату, где находились га- 116 зеты, и не был предупрежден о характере эксперимента» *.

Авторы сообщения напоминают об аналогичном наблюдении одного из крупнейших русских психиатров — С. С. Корсакова. Его пациентка, истеричная девица, обладала способностью «с помощью осязания, общего чувства, особого термического ощущения» читать написанное на бумаге, вложенной в конверт вместе с фотопластинкой 117 118, читать сквозь несколько слоев бумаги и даже определять почерк и цвет чернил. Проф. Корсаков писал по данному поводу, что «пациенты иногда приводят в изумление окружающих, сообщая им такие сведения, которые нельзя иметь при обычной восприимчивости органов чувств и которые кажутся легковерным людям проявлением почти сверхъестественным» 119.

В 1962 г. подобный эксперимент был проведен в психологической лаборатории Нижне-Тагильского педагогического института. Он стал предметом внимания состоявшейся там научной конференции Уральского отделения Всесоюзного общества психологов. О том, как ставились эти опыты, не раз писали в газетах.

«Розе Кулешовой завязали платком глаза. Но она, проводя пальцами правой руки по печатному тексту, свободно продолжала читать газету. Ей подали фотографию, и Роза опять, не видя ее, пальцами определила позу и внешний вид того, кто изображен на снимке. В конверт из светонепроницаемой бумаги положили разноцветные бумажки, и Кулешова назвала цвет каждой. Из закрытого мешка Роза безошибочно доставала мотки ниток определенных цветов или заданную игральную карту. На ощупь она определяла даже содержание небольшого рисунка на почтовой марке.

Сама Роза объясняет это так: прикасаясь к цветной поверхности, она воспринимает один цвет как

129

волнистые линии, другой — в виде точек, третий — крестиков. Одновременно с этими ощущениями в ее сознании возникает и зрительное представление данного цвета. Необычайную осязательную чувствительность Кулешова развила настойчивыми упражнениями. Одно время она работала в школе слепых. После того как она перенесла ревматический энцефалит, осязание у нее обострилось. У Розы появилась способность как бы видеть цвет на ощупь» 120. Как показали дальнейшие опыты, Роза может прочесть рукой текст, поверх которого положена целлулоидная пленка. Прикосновение пальцами к самому объекту оказалось необязательным для успеха опыта.

Ученые теряются в объяснениях этих поразительных явлений. Один считает, что Кулешова реагирует на тончайшие различия в температуре разно окрашенных поверхностей предметов; может быть, поэтому в темноте осязание у нее слабее. Другой предполагает, что Роза ощущает пальцами руки структурные различия красящего вещества. Третий напоминает по этому поводу об опытах проф. А. Н. Леонтьева, который лет 20 тому назад нашел способ сенсибилизировать кожу ладони (то есть повысить её чувствительность) к восприятию пучка света, тепловое действие которого было при этом полностью исключено специальными фильтрами. Сенсибилизация кожного участка вызывалась электрическим раздражением другого кожного участка, что давало испытуемому возможность знать о начале и окончании действия света на кожу. При этом испытуемый с надежно завязанными глазами не только ощущал кожей свет, но и мог отличить красный луч от зеленого.

Вероятно, о подобных же случаях однажды высказался и И. П. Павлов. Описав чрезвычайно тонкую дифференцировку условных раздражений в опытах на собаке, он продолжает: «У нас, у людей, наша высшая сознательная деятельность идет наперекор этим низшим способностям дифференцировки и мешает тонкой дифференцировке. Что это так, доказывается тем, что в некоторых случаях при изменении обычной сознательной деятельности дифференцировочная способность человека обостряется. При особых состояниях так называемого ясновидения дифференцировочная способность человека доходит до бесконечной тонкости» !.