Чтение онлайн

Герберту не удалось обнаружить и признака лагеря, но он все ждал, не появится ли дымок, свидетельствующий о присутствии человека? Воздух был так чист, что юноша заметил бы на фоне неба даже тоненькую струйку дыма.

Вдруг Герберту показалось, что он видит легкий дымок на западе; он всмотрелся повнимательнее и понял, что ошибся. А смотрел он зорко, и зрение у него было превосходное. Нет, ничего, решительно ничего не было видно.

Герберт слез с дерева, и оба охотника вернулись в Гранитный дворец. Выслушав рассказ юноши, Сайрес Смит покачал головой и задумался. Да и что можно было сказать, пока они не исследовали остров более подробно.

Через день, 28 октября, произошло еще одно событие, которому никто так и не нашел объяснения.

Герберт и Наб бродили по песчаному берегу в двух милях от Гранитного дворца и натолкнулись на черепаху: экземпляр был великолепный — настоящая морская черепаха с панцирем в красивых зеленых переливах.

Герберт заметил черепаху, когда она пробиралась между скалами к морю.

– Сюда, Наб, сюда! — крикнул он.

Наб подбежал к юноше.

– Хороша черепаха! — воскликнул он. — Но как ее унесешь?

– Да очень просто, Наб,— ответил Герберт. — Перевернем черепаху на спину, она от нас не удерет. Возьми палку и делай, как я...

Черепаха, почуяв опасность, вобрала голову и лапы. Она лежала неподвижно под защитой своего панциря, словно каменная.

Тут Герберт и Наб подсунули палки под черепаху и общими усилиями — не без труда — перевернули животное на спину. Длиной черепаха была в три фута и, должно быть, весила четыреста фунтов, не меньше.

– Отлично! — воскликнул Наб.— Вот обрадуется дружище Пенкроф!

И в самом деле, как было Пенкрофу не обрадоваться — ведь мясо черепах, питающихся водорослями, превосходно. В этот миг из-под панциря показалась маленькая приплюснутая головка, расширявшаяся к шее, с сильно обозначенными височными впадинами.

– Как же нам быть, что делать с нашей добычей?— спросил Наб.— Ведь мы не дотащим ее до Гранитного дворца.

– Оставим черепаху здесь, она не перевернется,— ответил Герберт,— и вернемся за ней с тележкой.

– Решено!

Для большей предосторожности, хоть Наб и находил это излишним, Герберт придавил животное большими камнями. Затем наши охотники вернулись домой по песчаному берегу, широко обнажившемуся во время отлива. Герберту хотелось сделать Пенкрофу сюрприз, и он ничего не сказал о «превосходном экземпляре» животного из отряда морских черепах, который ждал их на песке; через два часа, прихватив тележку, они с Набом вернулись туда, где лежала черепаха.

Но «превосходного экземпляра» не оказалось.

Наб и Герберт переглянулись, стали осматриваться. Да, они пришли на то самое место, где оставили черепаху. Юноша даже разыскал камни, которыми ее придавил,— следовательно, он не ошибся.

– Вот так штука! — воскликнул Наб. — Выходит, что черепахи переворачиваются.

– Очевидно,— ответил Герберт; он ничего не мог понять и внимательно разглядывал камни, разбросанные на песке.

– И огорчен же будет Пенкроф!

«А мистеру Смиту будет нелегко объяснить исчезновение черепахи!» — подумал Герберт.

– Что же, мы никому ничего не скажем,— сказал Наб, которому хотелось умолчать об этом неприятном случае.

– Напротив, Наб, нужно обо всем рассказать,— возразил Герберт.

И оба, захватив тележку, которую напрасно притащили, отправились к Гранитному дворцу.

Когда они пришли на то место, где инженер и моряк мастерили лодку, Герберт рассказал обо всем, что произошло.

– Ну и разини!
– воскликнул моряк.— Упустить черепаху! Полсотни супов пропало, не меньше!

– Но мы не виноваты, Пенкроф,— возразил Наб,— черепаха удрала — это верно, но ведь сказано тебе, что мы ее перевернули!

– Значит, плохо перевернули! — съязвил возмущенный моряк.

– Как плохо? — воскликнул Герберт.

И он рассказал, что даже придавил черепаху камнями.

– Просто чудеса! — заметил Пенкроф.

– А я-то думал, мистер Сайрес,— сказал Герберт,— что если перевернешь черепаху на спину, она ни за что не встанет на лапы, особенно если она такая большая.

– Правильно, дружок,— ответил Сайрес Смит.

– Как же это могло случиться?..

– А далеко ли от моря вы оставили черепаху? — спросил инженер, отложив работу и размышляя о странном происшествии.

– Да футах в пятнадцати,— сказал Герберт.

– Во время отлива?

– Да, мистер Сайрес.

– Вероятно, в воде черепахе удалось сделать то, чего она не могла сделать на песке. Она перевернулась, когда ее подхватил прилив, и преспокойно уплыла в море,— заметил инженер.

– Ну и разини же мы! — воскликнул Наб.

– Именно это я уже имел честь вам сообщить,— отозвался Пенкроф.

Объяснение Сайреса Смита, конечно, было правдоподобно. Но верил ли он сам в свое объяснение? Утверждать трудно.

Двадцать девятого октября лодка была вполне готова. Пенкроф сдержал обещание и за пять дней смастерил из коры нечто вроде пироги, корпус которой скрепил гибкими прутьями крехимбы. Банка на корме, банка посередине, для укрепления бортов, третья банка на носу, планшир — для уключин, два весла, кормовое весло для управления — так было снаряжено суденышко длиной в двенадцать футов и весом не более двухсот фунтов. Спустить его на воду было не трудно. Легкую пирогу отнесли на песчаный берег и поставили у самого моря против Гранитного дворца, а прилив поднял ее. Пенкроф тотчас же вскочил в лодку, попробовал управлять кормовым веслом и убедился, что пирога годится для намеченной цели.

– Ура! — крикнул моряк, не пренебрегая случаем похвалиться своим успехом.— На этой посудине можно совершить путешествие вокруг...

– Света? — подхватил Гедеон Спилет.

– Нет, вокруг острова. Несколько камней для балласта, на нос, мачту и парус, который мистер Сайрес нам как-нибудь смастерит, и мы пустимся в дальнее плавание! Ну что же, мистер Сайрес, мистер Спилет, Герберт, и ты, Наб, неужто вы не хотите испытать наше новое судно? Черт возьми! Нужно же нам узнать, выдержит ли оно нас всех пятерых!

И, правда, следовало проделать этот опыт. Пенкроф одним взмахом весла подвел лодку к песчаной отмели по узкому проливу между скалами, и друзья решили, что они сегодня же испытают пирогу, пройдут на ней вдоль берега до первого мыса в южной части бухты Соединения.

Наб крикнул, подойдя к лодке:

– Да в твоем суденышке, Пенкроф, полно воды!

– Пустяки, Наб,— ответил моряк,— дереву нужно намокнуть. Дня через два воды в нашей лодке будет столько же, сколько в утробе у пьянчуги. Влезайте!