Так не бывает
Шрифт:
Марина не собиралась задавать вопросы, просто хотела посмотреть со стороны и найти способ заинтересовать его после конференции. Ей уже давно надоело быть на побегушках у человека, неспособного принять собственное решение. Она всегда считала, что не может владелец огромной сети салонов красоты и клиник пластической хирургии быть настолько кретином, что по малейшим проблемам обращаться за консультацией к кому-то таинственному и могучему. И она не ошиблась, выяснив личность истинного владельца Империи. Тогда-то она и решила познакомиться с ним и заручиться его поддержкой, поэтому и прилетела в холодный и ненавистный Лондон.
Она уже собиралась покинуть зал – её всегда тяготили подобные съезды мировых светил медицины – как Алекс выудил из кармана флэшку, легко и быстро подсоединил к своему ноутбуку, пальцами пролетел по клавишам, и на экране за его спиной высветилась фотография маленькой девочки.
На короткий миг Марина потеряла ощущение реальности, забыла, где находится. Перед глазами не было ничего, кроме большого экрана, с которого на неё смотрела не по возрасту серьёзная девочка. Ни улыбки, ни блеска в слепых глазах. Мир вокруг окрасился в чёрно-белые тона, где единственным ярким пятном резал глаза красный бант в рыжих волосах. Ноги подкосились и, чтобы не упасть, Марина вцепилась пальцами в спинку кресла последнего ряда. Чьё-то прикосновение вывело её из ступора.
— …Неделю назад она была у меня на приёме, – говорил Алекс с тёплой улыбкой. Будто о родной дочери. — Вы не поверите, но она хохотала только оттого, что ощутила тепло кружки с горячим кофе. Поразительно упрямая девчушка…
А это Кирилл Федулов, – на экране появилась фотография юноши с длинными кудрявыми волосами. — Ему двадцать два. Он безумно талантливый пианист. В пьяном угаре отец перебил ему руки газовым ключом. Его пальцы собирали буквально по кусочкам. Неудачно собрали. Медики посоветовали ему навсегда забыть о рояле. Парень едва не покончил с собой. После этого его невеста обратилась ко мне. Оказалось, во время операции повредили нервы, и парень перестал чувствовать свои пальцы. Через полгода после нескольких операций я был на консерваторском концерте Кирилла. Зал аплодировал стоя…
Марина слушала Туманова с похолодевшим сердцем. Пальцы сводило судорогой, но не от тех кошмаров, что он рассказывал. Марина сталкивалась с более жуткими историями. Нет, её пугали сами дети. Их было девять, и она знала каждого. Все они являлись неудавшимся экспериментом её отца. Расходным материалом, как он говорил. И этот расходный материал должен был сгореть в печах крематория ещё в девяносто восьмом. Марина помнила, как отец пришёл в бешенство, когда ему сообщили, что из лаборатории пропало одиннадцать детей. А на следующий день в клинику нагрянула прокурорская проверка. Многие тогда получили внушительные сроки, но как ни странно на чёрные дела отца это никак не повлияло. Впрочем, он всегда видел в этом благородные цели. Может и так, только среди пропавших тогда детей были и эти девять ребят. И все те травмы и увечья, о которых говорил Алекс, они получили не в авариях, драках или быту, а в тех стерильных лабораториях.
Марина перевела взгляд на Алекса – смотреть на экран не было никаких сил. Стройный, в джинсах и белом вязаном свитере с высоким горлом; привлекательный, если не видеть его изуродованного шрамом рта, с зачёсанными назад блестящими чёрными волосами, самоуверенный.
Туманов заставлял аудиторию любого класса и масштаба слушать его с первого слова. Она не понимала, как у него это выходило. Как не могла взять в толк, как эти дети с ним связаны? Почему он врал о причинах их травм? Ведь он не мог не знать, потому что все до единого ребята были сиротами. Или его обманули? И что ему известно на самом деле? Желание получить ответы затмило первоначальный повод для знакомства.
Однако Алекс опередил её. Он подошёл к ней сам и пригласил в ресторан. Марина согласилась, не раздумывая. Только ни в какой ресторан они в тот вечер так и не пошли.
Потом она спрашивала, почему он подошёл именно к ней и с ходу пригласил на свидание. Он отвечал, что она давно нравится ему, и вот подвернулся такой удачный момент. А спустя три дня их британского загула случился её День рождения. Алекс поздравил её первым. Вместо завтрака принёс на подносе ключи и сонную вытолкал на балкон. Марина едва запахнула халат, но завязать пояс так и не успела. Она увидела его – свою мечту.
Прямо на тротуаре под окнами отеля стоял Харлей Дэвидсон. Слегка наклонившись в бок, он словно насмехался над снующими мимо прохожими, в изумлении разглядывающими его со всех сторон. О да, посмотреть там было на что! Солнце яркими бликами играло в хромированной стали задранного руля и в спицах широких колес. Марина до сих пор помнила тот шок, который испытала, увидев мотоцикл. Об этом железном звере она мечтала с четырнадцати лет, когда ещё носила «кожанку» и грезила «Металликой». Да только об этой мечте знал всего один человек на планете, но его давно нет в живых. Тогда как об этом узнал Алекс? Марина спросила, а он не ответил. Да и она не особо выспрашивала, наслаждаясь таким забытым ощущением счастья…
…Теперь Марина понимала, что именно Харлей влюбил её в Алекса. Намертво привязал к мужчине, который обратил её душу в пепел. И хоть мотоцикл она давно разбила, чувства к Алексу до сих пор причиняли ей мучительную боль. Особенно теперь, когда он так неожиданно женился на Ирме. Зачем?
В его любовь к Ирме, даже как теоретическую, Марина не верила. Алекс не того поля ягода, чтобы в свои почти сорок потерять голову от неопытной девчонки. Нет, увлечься он мог вполне. Ирма молода, красива, даже слишком. Неопытна, наивна как многие красотки и совсем не похожа на неё, Марину. Идеальное сочетание для Туманова. Закрутить роман с такой девочкой – одно удовольствие. Но жениться? Нет, для брака ему нужна совсем другая женщина. Мужчина, однажды страстно влюблённый в успешную бизнес-леди, не может воспылать большим и светлым чувством к её полной противоположности.
Ирма абсолютно непохожа на Марину. Во всём. Их вкусы сошлись лишь в одном. Они обе попались в западню Алекса Туманова. Марина по собственному желанию, а Ирма?
Влюбиться Ирма не могла. Да и близости между супругами явно не было. Влюблённых видно на расстоянии. Ирма с Тумановым не очень походили на счастливых молодожёнов. По крайней мере, Ирма.
Что же тогда между ними? Фиктивный брак?
Глупость какая-то. На каких условиях? О чём они могли договориться? На чём сойтись?
Ну, с Ирмой всё ясно. Алекс мог посулить ей головокружительную карьеру, роскошную жизнь, уважение и независимость. А что могла пообещать Ирма? Что она могла ему предложить? Разве что саму себя. Больше нечего.
Неужели Туманову понадобилась она сама – просто Ирма Дубравина?
Марина стряхнула столбик пепла и усмехнулась.
Чушь несусветная. Да и Ирма вряд ли купилась бы на обещанные золотые горы.
Карьеру она в состоянии сделать сама. Марина только составила ей небольшой список рекомендуемых ВУЗов, из которого в обязательном порядке исключила журфак. Медицинский Ирма выбрала самостоятельно.
В роскошной жизни Ирма тоже не нуждалась. У неё всегда всё было. Положение Марины обязывало обеспечивать девчонку, и не только материально.
Выходит, единственное, что могло заинтересовать Ирму в предложении Туманова – независимость. И в первую очередь от неё, Марины Нежиной. Вот это больше всего походило на правду.
Марина взяла со стола чашку, глотнула кофе, и скривилась. Холодный кофе непередаваемо мерзкий на вкус. Она отставила чашку и натянула сползший плед. Теперь всё сходилось. По крайней мере, относительно Ирмы. Девочка нашла себе защитника и влиятельного покровителя. Алекс Туманов мог абсолютно всё, даже самое невероятное. Но для этого Ирме необходимо было рассказать нечто такое, что убедило бы привередливого Туманова дать ей защиту. Но что? Правду? Жалостливую ложь?