Чтение онлайн

Юля поднялась и направилась к метро. В конце концов, всё это ерунда. Главное – ребёнок нашёлся. И всё благополучно закончилось.

Но, как оказалось, ещё не закончилось. Зазвонил телефон. Это ещё кто? Номер незнакомый, голос мужской.

– Здравствуйте, это Юля?

– Да. Здравствуйте. А это кто?

– Вам звонили. Дежурный из отделения полиции.

«Ё», «пэ», «рэ», «сэ», «тэ» и все остальные буквы! Ну, Юрий Петрович! Чтоб тебе… Ведь сказала же, не присылай! Кто это и что ему нужно?

– Я подъехал. Стою недалеко от метро. А вы где?

– Я тоже недалеко от метро, – обречённо вздохнула Юля.

Она остановилась сбоку от входа и, не отнимая телефона от уха, огляделась по сторонам. Ага, вот он. Сбоку, со стороны перекрёстка, к ней подходил мужчина. У, какой! Высокий, красивый, нет, скорее, не красивый, а смазливый. Светло-голубые джинсы, белая футболка-поло. Весь какой-то выхоленный. И… неприятный. Вот бывает же. Человек ничего тебе плохого не делал, ничего плохого ты о нём не знаешь, а вызывает неприятие, прямо аллергию. У Юли в жизни такое бывало крайне редко, всего пару раз. Вот и этот красавчик сразу необъяснимо не понравился.

Он тоже, подходя, быстро окинул её взглядом, и она ему (Юля могла поклясться) тоже не понравилась. То есть, не то чтобы не понравилась. Он как будто мгновенно оценил девушку, и в глазах появилось лёгкое пренебрежение – так, ничего особенного. Итак, стороны оценили друг друга. Юле неожиданно стало смешно. И это помогло успокоиться. Потому что волнение присутствовало: что это за человек, как она будет с ним объясняться. Теперь она думала по-другому: а кто он, собственно, такой и почему она должна ему что-то объяснять. Главное, она отдала ребёнка отцу. А она именно то, что он думает – провинциальная дурочка.

Мужчина, подойдя, с ходу спросил:

– Где девочка?

– У отца, – с готовностью ответила Юля.

– У какого отца? – как будто споткнулся он.

– У своего, – удивлённо вытаращила глаза Юля.

Мужчина сделал грозный вид:

– Ты мне голову не морочь! Тебе дежурный что сказал: дождаться меня и отдать ребёнка.

– А вы кто?

– Друг семьи, – чуть замешкавшись, сформулировал тот.

Теперь это так называется, усмехнулась про себя Юля.

– Ты куда ребёнка дела?

Мужчина двинулся к ней, и Юле это не понравилось. Она инстинктивно отодвинулась. Мужчина опять подвинулся в её сторону.

– Говори сейчас же!

Юля поняла, что двигается он целенаправленно, тесня её в ту сторону, откуда пришёл. Это ей не понравилось совсем. Мало ли…

– Как вас зовут?

Мужчина замер, и Юля, шагнув в сторону, оказалась снова со стороны метро.

– Эдуард.

Ох, ты, господи! Эдуард! Юля чуть не закатила глаза.

– Эдуард, что вы на меня кричите! – Юля стала скандально повышать голос. – Если вы друг семьи, позвоните и всё узнаете.

– Что ты кричишь?

– А вы что? Я с девочкой гуляла, возилась целый день, а вы на меня ещё и ругаетесь!

Градус скандальности повышался.

И тут сзади, над головой, раздался голос, густой, низкий и такой знакомый, что девушка на секунду закрыла глаза от облегченья.

– Юлька, ты как тут…?

Перепутать голос было невозможно: это мог быть только он. Юля, не глядя, развернулась и бросилась вперёд, с размаху уткнувшись в бок стоящего сзади. Впечатление было такое, что она ткнулась в стену. Ванька всегда был высокий и крепкий, а сейчас стал напоминать средних размеров шкаф.

– Ванька! Как я тебе рада, – схватила она огромную руку.

Это действительно был он, самый вредный, самый задиристый её одноклассник – Ванька Шумилин.

– Проблемы? – он посмотрел сверху сначала на Юлю, а потом на Эдуарда.

– Да нет, вот гражданин только…, – неопределённо протянула Юля.

Ванька вопросительно уставился на «гражданина».

– Нет-нет, мы уже всё выяснили, – поспешно ответил тот и … ушёл.

– Привет, Юлька,! Какие проблемы? – добродушно-насмешливо спросил Иван.

– А почему ты решил, что проблемы?

– Ну, если ты мне так обрадовалась…

– Да уж, – усмехнулась Юля, – никогда не думала, что буду так рада тебя видеть.

– Знакомьтесь, ребята, это моя одноклассница Юля, умница, красавица, но вредина.

– Кто б говорил, – усмехнулась Юля, только теперь заметив, что Иван не один.

Поблизости, чуть в стороне, стояли ещё двое. «Антон», – представился один. «Ринат», – наклонил голову другой. Вот это да! Рост у Ваньки и Антона метр девяносто, не меньше, Ринат чуть пониже. Стриженные почти наголо, сплошные мускулы, плечи, руки – не обхватишь. Три шкафчика. От них прямо исходила спокойная сила, казалось, станешь в центр, и ничего не страшно.

– Ну, так какие проблемы? Что случилось? – напомнил Иван.

– Мне ночевать негде.

Иван моргнул от неожиданности

– А ты как вообще здесь оказалась? И зачем?

– В гости к Марусе приехала, а они на юге.

– Так ты что, не предупредила?

– Ой, Вань, не начинай, мне только одну ночь где-нибудь перебыть, а завтра я уже у неё жить буду. Думала, хостел найду, да некогда было, в такую историю попала, рассказать – не поверит никто. Уже хотела в полицию идти, проситься у них ночь посидеть.

Иван опять моргнул: «Почему в полицию? Ты что, с ума сошла?»

– Говорю же, в историю попала.

– Ладно, поехали с нами, – Иван вопросительно взглянул на товарищей, те молча согласно кивнули, – что-нибудь придумаем.

Они спустились в метро и скоро уже сидели в углу вагона, Юля с Иваном с одной стороны, Антон и Ринат – напротив. Юля обратила внимание, что, хотя народу в вагоне было немало, около них оставалось немного пустого пространства. Народ с опаской посматривал на бритых здоровяков в камуфляже. Ребята сдвинулись, образовав полукруг и как бы закрыв сидевшую в углу Юлю.

– Ну, рассказывай, – скомандовал Ванька.

– История долгая.

–Да нам и ехать долго.

– Ну, ладно, – Юля с сомнением посмотрела на парней, – только предупреждаю, история странная. Но ты же знаешь, – она взглянула на Ваньку – я врать не люблю.

– Знаю, знаю, рассказывай, – поторопил тот.

Юля начала рассказывать, опуская мелкие подробности и наблюдая за реакцией. Антон с Ринатом слушали молча, хотя иногда удивлённо поднимали брови и качали головами. Иван часто прерывал повествование эмоциональными репликами типа «Да ёлки!», «Ни фига себе!», пока Юля не велела ему закрыть рот и не мешать. Иван замолчал, хотя раньше непременно начал бы пререкаться, полез бы в спор. Всё-таки армия учит, вот хоть приказы слушать.