Чтение онлайн

Надо бы прикупить чего себе покушать… Но смотря на это жаркое солнышко над головой, я сомневалась в годности тех блюд, что манили к себе на прилавках.

— Дракон! Это же дракон! — завопили в толпе.

Все тут же подняли взгляды к небу, а на площади на мгновение стало тихо. В голубом небе действительно летел на огромной высоте дракон. Были видны только его очертания и отблески солнечных лучей на его чешуе. Вблизи он, наверное, завораживает.

— Счастье на нас падет, — обрадовались рядом со мной все масти живых существ. — Мы благословлены на целый месяц! Удача увидеть в небе дракона в канун такого праздника! Грех не устроить сегодня праздник! Позову всех друзей, чтобы отметить такое радостное событие! Дракон в небе! Дракон в небе!

Да, мы жили в империи драконов. Правили здесь драконы, самыми почитаемыми были драконы, самыми богатыми были драконы, и даже самыми привлекательными были все те же драконы — словом они были везде. В центре этой же базарной площади стояла огромная статуя дракона, сидящего на массивном камне и оплетающего его своим длинным хвостом.

И при всем этом увидеть дракона в небе было очень редким явлением. Драконы обычно использовали свою человеческую ипостась, перекидываясь обычно там, где было безлюдно.

Эх, вот бы приготовить какое зелье из чешуи дракона…

— Я же говорила, что здесь ничего не найти, — прошипела эльфийка рядом со мной своему спутнику. Ни ее, ни ее спутника совершенно не интересовал дракон в небе. — Людишки никогда не умели готовить зелья. Зря только через границу переходили.

— Мы еще не все обошли, — терпеливо заметил ее спутник, тоже эльф, нежно поглаживая женщину по талии.

— И что же ищут наши многоуважаемые гости, — поинтересовалась я, преградив им дорогу, растопырив руки в стороны. — Особое снадобье? Крем для самых нужных мест, а может… что поинтереснее?

Я заиграла бровями, намекая, в принципе, ни на что. Эти двое могут подумать на что угодно. Вплоть до постельных утех или до того, что им как раз необходимо…

— Отойдите от нас, — презрительно фыркнула женщина, отодвигая меня с дороги. — Пристанут же всякие попрошайки…

Попрошайки? Вот это новость! Я опрятно выгляжу. Этому моему образу всего тридцать пять лет. Я в чистом потертом платье и даже косу заплела. Хоть и ненавижу стягивать волосы. Да я выгляжу опрятнее многих здесь!

— Только у меня можно найти самые лучшие средства, — упрямо добавила я, снова догоняя их и опять преграждая дорогу. — Что вы ищите?

— У вас платье за два медяка, как у вас могут быть лучшие средства, — обрушила на меня свою дедукцию эльфийка. — Отойдите от меня и не подходите больше.

Ох, какие мы напыщенные….

Значит не сильно приперло, раз отгоняют от себя удачу. Ничего, все равно придут ко мне. Ведь только у меня настоящие лекарственные средства, в отличие от тех лавок, в одну из которых эта парочка только вошла.

Позевнув, потянулась, как только это было возможно. Размяла позвоночник и решила — пора и домой. Шастаю тут вот уже больше шести часов, продала с десяток кремов, можно и домой возвращаться. Через несколько дней надо бы несколько тоников наготовить, чтобы пахли мечтами женскими.

М-да… Как же я хочу себе свою лавку с травами, а не бегать по базару в поисках покупателей. Будет у меня свое имя, свои товары… До нее еще один год, пять месяцев и два дня, с учетом одного выходного в неделю. Ровно через столько я накоплю на небольшое помещение в этом городке. Если конечно буду продавать за неделю определенное количество своих товаров. Еще немного…

— Если вам так это необходимо, тогда вам к той женщине, которая к вам подходила, — послышалось из лавки, в которую вошла парочка эльфов. — Только она может изготовить сложные зелья.

Ну естественно, лавочники с замудренными средствами не связываются. Отправят ко мне. Однако я уже ушла.

Вернее, зашла в глухой переулок. А после в еще один и еще.

Гул становился все слабее и слабее. В какой-то момент блаженно прикрыла глаза от тишины и вздохнула полной грудью. Если кто скажет, что на базарной площади стоят запахи продаваемых товаров — дудки вам. Там пахнет потными мужчинами и женщинами, которые прикасаются к тебе со всех сторон и оставляют запахи уже на тебе.

Бррр, надо быстрее дойти до моего жилища и переодеться в свежую одежду, а еще лучше ополоснуться. Хотя… Есть ли теплая вода в такую жару у меня в доме? Эх, надо было оставить кадушку с холодной водой утром. Уже бы нагрелась…

За размышлениями я и пришла к своему домику. Вернее, туда, где приютили меня и даже выделили целую комнатку на крыше.

А что может быть лучше для бездомной? Только целая крыша солнечных лучей. Чего еще желать?! Когда выхода особо нет — и кладовая покажется раем.

— Теть Арин, я дома, — прокричала я, заходя через черный вход, который как раз был у самой лестницы.

Помимо меня здесь жили еще четверо постояльцев, потому положение лестницы и двери было просто превосходным.

Каждый раз ощущала смущение, входя в дом, ведь я не платила аренду, но по-другому меня бы просто не приняли здесь. Тетя Арина, полная женщина, низенького роста, с внушительными формами, тугой русой косой на спине и вечным фартуком на талии была другом моего деда. Теперь, надеюсь, и моя. Так вот она запретила платить за жилье.

— Майя, милочка, пройти, пожалуйста, сюда, — раздался встревоженный голос женщины из кухни.

— Что-то случилось? — крикнула я, вбегая в кухню прежде, чем получила ответ на свой вопрос.

Женина редко когда была встревожена чем-то. Обычно она только своим видом демонстрировала, что с ней лучше не связываться, могла одним словом разрешить любой конфликт и привести в чувство любого.

Неужели, действительно что-то произошло?

Судя по выражению лицо тети Арины — случилось.

На маленькой, но чистой кухоньке кроме меня и домовладелицы находился еще и мужчина. Пожилой, высокий и как палка сухой. Такими выглядели старички, которым больше ста лет. Но этот не испытывал никаких проблем с передвижением, сидением прямо. Руки не тряслись, зубы были на месте, даже усы причудливо закручивались на самых концах. Он же не умертвие?

Ужаснулась своим же предположением, хотя в нашем мире что только бывает. Вдруг хозяин настолько любил своего преданного слугу, что и после смерти поднял, лишь бы тот продолжил исполнять свои обязанности.