Чтение онлайн

– Балда!- оскорбила я себя и присела, чтобы собрать документы с пола.

Уже укладывая последний лист в скоросшиватель, я порезала палец об острый край бумаги. Из ранки тут же показалась кровь, и меня замутило. Ноги стали ватными, в ушах зашумело, а лицо покрылось бисеринками пота.

Я с рождения боюсь крови. Она - моя фобия. Помню, в детском садике со мной произошла конфузная история. Однажды к нам, в группу, пришла медсестра, чтобы взять кровь у детишек для анализа. Добрая воспитательница Лиза мгновенно построила всех ребят в шеренгу и, процесс начался.

Я стояла в середине колонны, но моя очередь сдавать кровь на анализ не наступила. Как только первому одногруппнику укололи пальчик, и малыш тихонько ойкнул, я,нафантазировав себе море крови и океан боли, потеряла сознание.

С тех пор я избегаю врачей и ближе, чем на десять метров не подхожу к лаборатории.

В школе я вела спокойный образ жизни и никогда не носилась по коридору во время перемены, опасаясь разбить коленку или нос.

До сих пор с замиранием сердца я вспоминаю, как проходила медосмотр для поступления в университет. Отцу пришлось на руках меня нести в лабораторию. Там я, увидев пробирки, иголки, стеклянные трубочки, разревелась в голос и шмякнулась на колени перед суровой врачихой.

– Тётенька! Миленькая! Только не колите! Прошу вас! Я очень... очень боюсь крови,- сквозь слёзы сказала я.

Женщина в белоснежном халате, поджав ноги, сначала тупо смотрела на меня, а после удивлённо произнесла:

– И чего так убиваться? Нарисую я тебе нужные результаты. Прекрати реветь! Давай сюда талончики и шуруй отсюда, актриса!

Да, это кажется смешным, но тогда мне не хотелось хохотать. Как, в общем, и сейчас.

Кровь тонкой струйкой потекла по пальцу, и моя голова пошла кругом. На полусогнутых ногах я забрела в зал. Отыскала аптечку, достала зелёнку и обработала рану. Потом глубоко вздохнула, вытерла вспотевшее лицо и пошла на кухню, чтобы выпить воды. Через пять минут тошнота прошла, и я отправилась на работу.

На лестничной площадке я встретила нашу соседку, бабу Лиду. Честно признаюсь, сия старушка не самый лучший человек для утренней беседы. Соседка чрезмерно любопытна, любит вредничать и постоянно винит всех в своей тяжёлой судьбе. Также она отменная врунишка. Сперва баба Лида доказывала всем, что прошла войну. Все соседи верили и гордились старушкой, а после совершенно случайно узнали, что она родилась в 1947 году.

На вопрос Людмилы: ''Зачем же вы врали и выдавали себя за ветерана ВОВ?'' , она ответила:

– Это от отчаяния! Я бедная, одинокая старуха! Никому до меня дела нет. Вот я и придумала эту небылицу, чтобы люди хоть как-то обо мне заботились.

Люда, услышав такое, живо извинилась и стала частенько наведывать пожилую соседку и помогать ей. Подруга убирала квартиру старушки, стирала её вещи, покупала продукты за свои деньги. Старалась изо всех сил.

Однажды, в очередной раз зайдя к старушке, Люда застала на её кухне двух женщин.

– Ой, баб Лид, у вас гости? Я может не вовремя?
– спросила подруга.

– Нет, нет, входи. Это доченьки мои!

– Дочки?- удивилась Люда.- Но вы же утверждали, что вы одинокая старушка!

– Я? Быть такого не может! Ты что-то путаешь!

Тут пелена с глаз подруги и слетела. Она поняла, что горбатого, действительно, исправит только могила. С тех пор Люда только здоровается с лживой соседкой и старается избегать разговоров с ней.

– Доброе утро, Кариночка,- сказала баба Лида.

– Доброе,- кивнула я, нажимая кнопку вызова лифта.
– Как у вас дела?

– Всё по-старому. Раковина по-прежнему забита! На потолке плесень, из окна дует! И никто из ЖКХ даже носа не суёт! Хоть я и звонила раз сорок!

– М,- ответила я.- Ясно.

– А где Люда? Что-то её не видно? Заболела может?

– Нет, в Москву она уехала.

– Да ты что?- хлопнула себя по бёдрам старушка.- А чего её чёрт туда понёс?

– Она стажируется в одной из хирургических клиник.

– Ааа,- сказала баба Лида.- А надолго она в Москве будет?

– Полгода.

Когда уже приедет лифт?

– Шесть месяцев??? Ого! А за квартиру кто платить будет?

– Я.

– Ты?

– Ну хотите вы заплатите,- сказала я, теряя самообладание.

– Я? Скажешь тоже! Откуда у меня деньги? Пенсия маленькая, детей нет! Никому я не нужна!

Приехал лифт. Я, возблагодарив Господа, зашла в светлую кабинку и хотела уже попращаться со старушкой, как услышала:

– Ой, Кариночка, а что это с тобой? Тебе хорошо? Я сразу и не заметила...

– Палец порезала. Ничего страшного!
– отмахнулась я.

– Да я не об нём говор...
– продолжила старушка, но дверцы лифта сомкнулись и, я не услышала конец фразы.

В вагоне метро все пассажиры странно на меня поглядывали и перешёптывались. А около ''Раскрутки'' незнакомая женщина, подойдя ко мне, робко спросила:

– Вам хорошо?

– Очень!

– Голова не кружится?

– Нет.

– А живот не болит?

– Нет.

– Хм, - задумалась незнакомка.
– Не хочу вас пугать, но вы больны! У вас явно вирусное заражение. Все признаки на лицо! Мой вам совет - немедленно идите к врачу.

Я опешила. Господи, я больна? Вирусная инфекция?

Сама не своя, я пулей влетела в холл ''Раскрутки'' и столкнулась с Мариной. Кривонос, глянув на меня, спросила:

– Что с тобой? Заболела, что ли?

Внутри меня всё похолодело. И Марина заметила! О Господи, я подцепила какую-то заразу и теперь медленно умираю! Что делать?

Нужно срочно вызывать врачей! Вдруг эта болезнь заразна и из-за меня погибнут невинные люди!

Я молча открыла сумку, достала зеркальце и, глянув на своё отражение, завопила от ужаса. Вся левая щека, лоб и нос были зелёного оттенка. Боже, я превращаюсь в Халка?

– Чего ты блажишь?
– спросила Марина.
– И позволь поинтересоваться, а почему твоё лицо в бриллиантово-зелёном растворе?

– В чём?
– отмерла я.

– В зелёнке!

– Эээ...

И тут до меня дошло. Все пазлы сложились в правильный рисунок. Ну и дура же я! Сначала обработала рану, а потом не дав толком засохнуть зелёнке, вытерла вспотевшее лицо!

Не удивительно, почему на меня все так глазели!

– Ой, Кружевич, я с тебя угораю! Ходячий прикол! Пошли ацетоном лицо протру и верну тебе человеческий вид.