Чтение онлайн

Когда Степан Петрович вошел в квартиру, он увидел необычайно взволнованное лицо жены и спросил ее взглядом: «Что случилось?» Жена быстро зажестикулировала.

Хотя в свое время ее учили в школе глухих громкой речи, и она умела читать с губ, с мужем Нина объяснялась жестами.

Муж тоже был глухим. В семье Сиротиных все были глухими. Мать, отец и две дочки Лиза и Галя.

Семья у них была очень дружная, ссорились редко. Да и то только по пустякам.

Отец работал наладчиком аппаратуры, мама вязала на дому. Девочки учились в школе.

Год назад у них родилась третья дочка Оля. Нина со Степаном очень хотели мальчика, но родилась третья девчонка. Степан только развел руками. Хорошо еще, что жена рукодельница. Вяжет на специальной машине. И зарабатывает хорошо, и девчонки всегда одеты. Ну, да Степан и сам никогда работы не боялся.

– Ничего, я рад, – написал он жене в записке в роддом, хотя рад особенно не был. Заводить четвертого ребенка он не собирался. А парень-то был нужен! Степан был отличным мастером, и ему хотелось передать свое мастерство сыну. Девчонки техникой не интересовались.

Однако семья быстро привыкла к тому, что в семье три дочки. Да и что же в этом плохого? Друзья сначала немного подшучивали над Степаном, но потом перестали. Все уважали его и как человека, и как специалиста.

Старшие девочки Лиза и Галя были рады появлению маленькой сестрички. Лизе – самой старшей – было уже десять лет. Она опекала Галю и помогала ей с уроками. Галя училась в первом классе.

Старшая сестра обращалась с первоклассницей довольно строго, и Галя была довольна, что теперь она не самая младшая в семье. И Лиза, и Галя учились в школе для глухих детей.

В тот день, когда Нина с таким нетерпением ждала мужа с работы, произошло вот что. Нина гуляла с младшей дочкой на улице. Какая-то женщина остановилась рядом с коляской и поставила на землю тяжелую сумку. Она приветливо посмотрела на маленькую Олю и ласково сказала: «Какая красавица!» И вдруг Нина увидела, как ее дочка повернула головку на звук голоса этой женщины, заулыбалась и что-то залепетала в ответ!

– Она что же, слышит? – изумилась Нина.

Женщина наклонилась за сумкой и, уходя, еще что-то сказала малышке. А та от восторга задрыгала ручками и ножками и издала какие-то звуки.

Нина была сама не своя.

– Показалось, – решила она сначала. – Нет, я это видела, ничего мне не показалось, – взволнованно думала она потом. Нина еще немного погуляла, озабоченно посматривая по сторонам, а потом побежала домой. Ей было просто необходимо проверить свою догадку!

Степан, глядя на жену, тоже разволновался.

– Успокойся, – приказал он жене. – Объясни, что произошло.

Но Нина махнула рукой и, заплакав, опустилась на диван.

– Оля слышит!!! – сказала она мужу.

Потом она долго рассказывала мужу все подробности. Степан взволнованно ходил по комнате и чесал в затылке.

– Допустим, Оля слышит, – думал он, – но насколько хорошо? Возможно, что Оля не глухая, а слабослышащая. Надо срочно обратиться к специалистам. Только они смогут определить точно состояние слуха девочки.

Родители заснули только под утро. Несколько раз они подходили к Олиной кроватке и всматривались в ее миловидное личико. Им было трудно разобраться в своих чувствах. Они были уверены только в одном: в своей безмерной любви к дочери.

Нина собиралась с Олей на проверку слуха. Процедура была ей хорошо известна, но все равно Нина сильно нервничала. Степан решил ехать вместе с женой.

Специалисты дали письменное заключение, очень короткое: «Сиротина Оля прошла объективную проверку слуха. Слух – N».

Родители смотрели на это N, понимали и не понимали, что оно означает.

– Да, да, – улыбались им специалисты. – Ваша девочка слышит абсолютно нормально!!!

Было решено собрать семейный совет. Предстояло сообщить новость старшим девочкам и бабушке.

Нина была очень озабочена. Она смотрела на свою маленькую дочку и не знала: радоваться ей или огорчаться! Нет, конечно, не огорчаться! То, что Оленька слышит, было замечательно, волшебно! Но как ее растить в семье глухих? Потом важно правильно все объяснить старшим дочкам. А это не так уж просто, как кажется на первый взгляд.

Господи, ведь с Олей надо постоянно говорить! А кто будет с ней говорить?

Ведь наверняка ребенок должен слушать правильную речь, а мама Нина говорила неважно. Так получилось, что в ближайшем окружении семьи Сиротиных все были глухие…

Старшие сестренки были удивлены и обрадованы известием о том, что Оля слышит. Бабушка прослезилась и сказала, что дедушка тоже слышал в молодости, а оглох позже. Вся семья склонилась над Олиной кроваткой. Ее и так все очень любили, а теперь и вовсе разглядывали как маленькое чудо!

Но всех поразил папа Степа, который вдруг сильно покраснел и сообщил, что нашел «говорящую» женщину, которая будет гулять с Олей и, соответственно, разговаривать.

– Мы обязаны создать дочке все условия для того, чтобы она развивалась нормально, – сказал отец. – Уж если так получилось, – подумал он и посмотрел на жену.

Оле взяли няню, а потом отдали в детский сад, в ясельную группу. Нина очень скучала по дочке. Ей посоветовали отдать Олю на пятидневку, чтобы она «была в говорящей среде», как сказал логопед. Но Нина не хотела. Она уже поняла, что ей придется многим пожертвовать для того, чтобы девочка росла среди слышащих взрослых и детей. Поэтому она стала стараться говорить громко сама, когда Оля бывала дома. Лиза и Галя учились громкой речи в школе, и мама требовала, чтобы они говорили дома с Олей. Но сестры ленились. Чуть мать отворачивалась или выходила в другую комнату, как они принимались весело жестикулировать.

В детском саду Оля услышала разговор двух воспитательниц.

– Бедный ребенок, – вздохнула одна, глазами показывая на Олю, – представляешь, у нее в семье – все глухие!

– Да, я слышала, – вздохнула другая, – кошмар какой-то, лучше бы ее отдали в детский дом. Может быть, ее удочерила бы какая-нибудь бездетная семья. Как она, бедняжка, со своими изъясняется? Да и скучно ей с ними, наверное!

Оле уже было четыре года, и она почувствовала в этом разговоре какую-то угрозу для себя. Она не хотела, чтобы ее куда-то отдавали. Дома Оля долго не могла уснуть, и пошла к маме. Она залезла к ней на кровать под одеяло и прижалась к ее теплому мягкому животу.