Чтение онлайн

– Да, пожалуй, цвет не натуральный, – сказал Смоллвуд таким тоном, словно эта мысль впервые пришла ему в голову. – Как по-вашему – переделать?

– Да ей-богу, не знаю, мистер Смоллвуд.

Смоллвуд взглянул на обеспокоенное, напряженное лицо шерифа. Губы его дрогнули, стараясь подавить улыбку. Потом ему вдруг наскучила эта забава. Все равно, что пенек дразнить. – Присаживайтесь, мистер Токхью, – сказал он. – Давайте поговорим о деле.

С губ шерифа, помимо его воли, сорвался легкий вздох облегчения. Он быстро сел и сложил на коленях свои громадные жилистые руки. Ему хотелось выпить, но он знал, что доставать собственную бутылку неприлично. Он не терял надежды на угощение.

Смоллвуд взял в руки палитру и стал понемножку выдавливать на нее краску из тюбиков. Он неторопливо смешал их маленькой, тонкой кистью и, наконец, заговорил: – У нас тут вышла неприятность вчера вечером… Негр ударил мистера Бэйли. Разбил ему челюсть.

– Да что вы! – удивленно воскликнул шериф, но губы у него были по-прежнему сжаты. Он выпрямился на стуле.

– Мистер Бэйли очень мучается, – продолжал Смоллвуд все так же мягко, ровно и вежливо. – Я вызывал доктора. Ему придется пить одно молоко в течение трех месяцев.

– Да не может быть!… Вот так история! – рассуждал сам с собой шериф. – Hу и дрянь негр! Эду Бэйли не так просто разбить челюсть. Может, он камнем его ударил?

Смоллвуд покачал головой. – Нет, он вовсе не дрянь. И в руках у него ничего не было, – я видел. Это Джордж Бичер.

– Не знаю такого, – пробормотал шериф.

– Собственно говоря… – Смоллвуд помолчал, наклонив над палитрой свою темную красивую голову… – Это не без причины. – Он устало вздохнул. – Мистер Бэйли напился вчера вечером… пристал в саду к девочке-негритянке… она отбивалась… девочка совсем маленькая… вот… с этого и началось…

Токхью откинулся на спинку стула. В уголках рта у него играла хитрая усмешка. Он знал этого здоровенного детину, Эда Бэйли, и завидовал ему. Главный управляющий Эвери Смоллвуда – второго такого местечка в четырех округах не найдешь. А эта история может здорово повредить ему.

– Ведь это, по-моему, не в первый раз, – медленно и с удовольствием проговорил он. – Если девчонка старше четырнадцати лет, Эд Бэйли такой уж не интересуется. – Хитрая, развратная улыбка затаилась в уголках его рта.

Маленькие, похожие на кремешки глазки плясали. Он зацепил пальцем подтяжку и пристально посмотрел на Смолл-вуда, проверяя действие своих слов. – Н-да-а… – добавил он, как бы между прочим, – не в первый раз и не в последний. У Эда Бэйли это в крови – тянет его на младенцев.

Смоллвуд отвернулся. Токхью вызывал у него чувство отвращения. Такая мерзкая история, а он облизывается от удовольствия. Эта усмешка и осторожные, тонкие намеки… бог ты мой! осенило вдруг Смоллвуда. Токхью метит на место Эда Бэйли! Ну что ж! Он улыбнулся про себя. Уж лучше бросить хлопководство, чем нанимать в управляющие такую губку. Впрочем, это вовсе не смешно. Дурак зазнается… Смоллвуд слегка надавил двумя пальцами тюбик с краской… пора бы его гнать из шерифской конторы… Нет, Смоллвуд одернул самого себя. Жаловаться нечего, ищейка из него получилась неплохая. Пусть остается – лишь бы знал свое место. Он усмехнулся. Ищейка – и самая настоящая. Приставить бы мистеру шерифу пару длинных ушей, ну чем не ищейка!

Смоллвуд повернулся и дружелюбно взглянул на шерифа. Голос у него был вкрадчивый: – Да, с Бэйли получилось скверно. Но у меня еще не было такого хорошего управляющего. Надсмотрщики у него не зевают, негры не ленятся; я сам часто теперь уезжаю, а он за всем присматривает… Подождем, может, еще исправится.

Токхью облизал губы кончиком языка. Он наклонился вперед. – Я вам по-дружески говорю, мистер Смоллвуд. Эд Бэйли сам в себе не волен. Он вам и пообещает исправиться, а потом все снова-здорова начнется… – Токхью подождал.

– Да, я вижу, придется мне его рассчитать, – с сожалением проговорил Смоллвуд. – А жаль, уж очень он распорядительный.

Токхью опять лизнул губы. Потом выпалил: – Мистер Смоллвуд, я вам прямо скажу – я бы и сам не прочь заступить Эда Бэйли. У вас работать одно удовольствие, мистер Смоллвуд.

– Что ж. – Смоллвуд дружески улыбнулся ему. – Приятно слышать, мистер Токхью. Надо об этом подумать.

– Вот и хорошо, мистер Смоллвуд! Вот и замечательно! – Его маленькие глазки сверкали. «Ах, чорт возьми! – мысленно восклицал он. – Ах, чорт возьми!»

– Я, конечно, понимаю, – озабоченно начал Смоллвуд, – вы согласитесь работать только в том случае, если я возьму и вашего племянника, Чарли Рентля… А мне, пожалуй, будет трудно держать вас обоих, – закончил он извиняющимся тоном.

Токхью побагровел. – Да ничего подобного, мистер Смоллвуд, – запротестовал он, – кто это вам сказал? Смоллвуд с сожалением пожал плечами.

– Да ничего подобного, – повторил Токхью. – Мальчишка очень смышленый, я только поэтому его и взял. Он у нас лучший понятой. Это все болтают про меня, мистер Смоллвуд.

Смоллвуд улыбнулся. – Да нет, я, пожалуй, оставлю мистера Бэйли. Он, по крайней мере, у меня хлопок выращивает. А с таким управляющим, как вы, кроме маисовой барды ничего не получишь! – Смоллвуд рассмеялся. Он не мог больше сдерживаться. Лицо у шерифа стало длинное, точно кукурузный початок. Невероятный дурак! Подумать только – он вместо Бэйли! И воображает, что справится с работой.

Токхью тоже засмеялся. Он слабо захихикал сквозь сжатые губы и погрузился в молчание. Глаза его горели ненавистью.

Наконец Смоллвуд успокоился. – Я вот как хочу поступить с негром, – сказал он.

Токхью слушал, отвернув в сторону свое длинное лошадиное лицо. Он чувствовал удушье. У него чесались руки. Ему хотелось хотя бы на одну секунду стиснуть Смоллвуду горло. Он разорвал бы его на части. Он разорвал бы этого мерзавца на части.

– Надо сбить спесь с мальчишки, – говорил Смоллвуд. – А то он вообразит, что можно поднять руку на белого и увильнуть от наказания. Бичера надо проучить для его же собственной пользы.

– Мне не первый раз неграм в ноги стрелять, – мрачно сказал Токхью. – Сегодня вечером и проучу его.

– Нет, ни в коем случае! – Голос Смоллвуда прозвучал резко, – Как раз этого я и не хочу.

«Только говори, что ты хочешь, чорт тебя подери, – выругался мысленно Токхью. – Гадать, что ли, я буду?…» – Может, отдать его в арестантскую роту ненадолго? – спросил он, еле сдерживая себя.

– Нет, нет. – Смоллвуд скривил губы. – Не надо. Бичер прекрасный работник. С хлопком сейчас много возни. Солнце жарит, сорняк из земли так и лезет. Нет, я думаю его надо попугать немного, и все будет прекрасно. Поэтому я и не хотел, чтобы вы приезжали один; Пусть думает, раз приехали понятые, значит придется отвечать перед законом.