Чтение онлайн

Холодный ветер бьёт мне в лицо, но он не способен остудить тот огонь, который полыхает внутри. В каждом шаге ощущается горечь утраты, каждое движение отдаётся острой болью в сердце.

Я не замечаю, как сжимаю кулаки, ногти впиваются в ладони, причиняя физическую боль, но это не сравнит с той мукой, что царит в душе.

Мика, стоявшая в стороне, смотрит на меня с каким-то странным выражением. В её глазах что-то мелькает — сочувствие или презрение, я не могу разобрать.

Она молчит, но её присутствие вынуждает меня ещё сильнее крутить в голове проклятые слова, которые я услышал недавно. Микаэла мертва. Эти слова эхом раздаются в голове, разрушая все иллюзии и надежды, которые я лелеял долгих два года.

Я разворачиваюсь, не в силах больше выносить её молчаливое осуждение или сочувствие, и иду дальше по пустынной улице. Улицы, на которых прежде витали грёзы о возвращении Микаэлы, теперь кажутся мрачными и холодными, как я сам.

Я бреду вперёд, не осознавая куда, словно в попытке убежать от невыносимой правды. Но, увы, от неё не убежать. Она засядет внутри и будет есть меня изнутри до самой могилы.

Бар утопал в мягком свете ламп, и мерцающие отблески отражались на полированных поверхностях.

Бутылка холодного шотландского виски приятно охлаждала руку, небольшая дрожь пробегала по коже от предвкушения. С легким поклоном я удалился в сторону вип-кабинки, аккуратно прикрыв за собой дверь, чтобы отгородиться от шума и суеты общего зала.

Устроившись в мягком кресле, я снял колпачок с бутылки и сделал первый долгожданный глоток. Горячее обжигающее тепло разлилось внутри, окутывая каждую клеточку моей сущности.

Я почувствовал мощный и глубокий вкус шотландского виски, его бочковые ноты открывали передо мной целую гамму изысканных ароматов.

— Я могу тебе чем нибудь помочь?

Поворачивая голову в сторону, я замечаю что у входа стоит Мика.

— Убирайся, — кидаю я ей.

Но она продолжает стоять, не собираясь уходить.

— Я просто хотела убедиться, что с тобой всё в порядке, — тихо, но настойчиво произносит она, делая шаг вперёд.

— Мика, я прошу тебя, уйди, — повторяю я, стараясь быть спокойнее, но в голосе всё равно проскальзывает раздражение, — Мне сейчас не до разговоров.

— Ладно, я уйду, — тихо говорит Мика, будто бросая мне вызов, — Но ты должен понять, что убегать от проблем это не выход. Я пришла не для того, чтобы ты чувствовал себя хуже, а чтобы помочь. Может быть, тебе стоит хотя бы попробовать рассказать, что случилось?

На мгновение мне становится стыдно за свою резкость. Возможно, я действительно слишком жесток с ней, но всё во мне сопротивляется идее ещё одного разговора.

— Останься, — тихо шепчу я ей.

Она кивает и садится рядом со мной.

— Но не жди, что я тебе что то расскажу.

— Не нужно ничего рассказывать, — соглашается она, — Я просто хочу, чтоб тебе стало легче.

— Зачем? — спрашиваю я.

— Я не знаю, — выдыхает она, — Просто хочу.

Она отводит глаза, слегка улыбаясь уголками губ. Между нами повисает молчание, такое густое, что его можно почти ощутить пальцами. Я вздыхаю и, кажется, чувствую, как некая тяжесть медленно покидает мою грудь.

— Тебе не нужно ничего говорить, — продолжает она спустя минуту, нарушая наше безмолвие, — Просто будь собой. Я здесь для тебя, и этого достаточно.

Я смотрю в её глаза, такие глубокие и полные понимания. Впервые за долгое время я чувствую, что, возможно, всё действительно будет в порядке.

Она остается рядом, и её тихий, но уверенный тон проникает в мои мысли, словно лёгкий ветерок, оседающий на подсознании.

— Сказать не так уж и сложно, — начинаю я, смущённый собственными чувствами, — Но почему-то хочется молчать в твоём присутствии. Словно и так всё ясно.

В этот момент я понимаю, что хоть и был долгий путь, в котором было больше тени, чем света, я наконец нахожусь там, где мне должно быть. Здесь и сейчас. С ней.

Вильям.

Когда я проснулся на следующее утро, ее уже не было.

Вместо этого я злобно протираю глаза, пытаясь выкинуть из головы выражение ее лица, когда мы сидели вчера в баре.

Я даже не помню, как мы оказались вдвоём у меня в доме. Не помню, как позволил ей остаться в моей постеле. Наверно это все алкоголь.

Я выхожу на кухню и сталкиваюсь с Демьяном.

— Где твоя девушка? — спрашивает Демьян, наливая себе чашку кофе.

— Она не моя девушка.

— Значит, ты перестанешь ее доставать?

— Ты наверно хочешь умереть.

Демьян хмыкает и медленно поднимает глаза на меня, словно вглядываясь в самую глубину моей души. Его лицо привычно циничное, но я замечаю нечто новое — тень разочарования или, может, заботы.

— Слушай, Вильям, я не лезу в твои дела, но ты знаешь, что это не путь, — говорит он, беря в руки чашку и делая осторожный глоток. — Сколько раз мы уже обсуждали это? Ты не можешь уходить в такие запои. Это ни к чему хорошему не приведёт.

Я поворачиваюсь к нему спиной, чувствуя, как разливается по телу волна раздражения. Слова Демьяна попадают прямо в цель, но я не готов признать свою слабость. В конце концов, кто он такой, чтобы меня учить?

— Не учи меня жизни, Демьян, — бормочу я, пройдя мимо него к холодильнику, — Я справлюсь. Всегда справлялся и дальше справлюсь.

Демьян медленно ставит чашку на стол, и в комнате повисает тишина. Этот момент между нами всегда был таким — напряжённым, как струна. Он вздыхает, глядя мне в спину, и я могу почти почувствовать, как его взгляд проникает сквозь меня.

— Я не сомневаюсь в твоей силе. Но иногда сила это уметь признать, что тебе нужна помощь, — он произносит эти слова тихо, но они звучат громко в моём сознании.

Его голос словно вкрадывается в мои мысли, и я никак не могу избавиться от ощущения, что он прав.

— Помощь, — я повторяю его слова, не оборачиваясь, и открываю холодильник.

Холодный воздух освежает, но не приносит облегчения. Внутри лишь пустота и мрак, точно как и в моей душе. Я закрываю дверь и поворачиваюсь к Демьяну, ища в его глазах ответ.

— Но где мне её взять, эту помощь? Все, кому я раньше доверял, отдалились, а ты.

— А я все ещё здесь, — перебивает меня Демьян, поднимаясь из-за стола и делая пару шагов ко мне, — Вильям, я никогда не оставлю тебя. Вспомни об этом, когда снова захочешь утопить свои проблемы в бутылке. Мы вместе справимся, как и всегда.

Я колочу в дверь с такой силой, что кажется, она треснет.

Через несколько секунд Лилу распахивает дверь и нервно выглядывает наружу. Она хмурится, видя, что я стою перед ней.