Чтение онлайн

Вот, вот… Больше года нравился Глеб. Симпатичный умный мальчик, из хорошей семьи.

Собралась за него замуж выходить, перевелась в Донецк, родителям объявила… встретила Клёсова и… «образ Глеба померк». Что же я такая ветреная? Или что это такое у меня с любовным аппаратом, или с головой… или с сердцем любвеобильным?

И, наверное, буднично любить нельзя, как я думала. Не знаю, как мне хочется его увидеть до отъезда, хотя бы раз. Я чувствую, что для него я смогу сделать многое. Вернее, думая о нём и мечтая, стараясь изменить себя и сделать себя хорошей, я смогу бороться с собой.

25.08.1958 г. Сейчас мне ясно одно: с Мишей переписываться не смогу. Что же это такое? Как же я так могу? Я всё время твержу один и тот же вопрос, и не могу понять, что это со мной происходит. Другие, может быть, и не стали обращать на это внимание, но я, ведь себя знаю. Я считала себя постоянной и потому мне больно сознавать, что я изменилась. Что же произошло? Ещё на Пожарной я совсем не жалела о том, что расстанемся, и даже, когда прошли Соловки, не жалела, а теперь мучаюсь. И знаю, что не лицо красивое меня увлекает и манит, а какая-то сила. Что это за такая сила, которая заставляет меня страдать?

И ведь эта сила меня держала в своих силках почти год.

06.091958 г. Занятия уже начались. Живу в общежитии. Пока всё ещё поглядываю на Володину фотографию. К остальным мальчишкам равнодушна. Здесь есть хорошие ребята, но я не хочу с ними связываться. По вечерам общежитие пустеет. Все уходят на танцы, а мы с Мэри занимаемся.

27.09.1958 г. … Мы с Мэри в очень хороших отношениях с ребятами из нашей группы. У нас много хороших ребят, скромных и целеустремлённых: занятия не пропускают, много занимаются. Часто приходят к нам, и мы вместе занимаемся, особенно два друга из Красного Сулина Юрасик и Толясик, так мы с Мэри их называем. Юрасик больше внимания уделяет Мэри. Толясик попробовал проявить ко мне интерес, но я дала понять ему, что он не в моём вкусе. Пока всё ещё поглядываю на фотографию Володи Островского. Мне её дал Вадик.

16.10.1958 г. Хорошо жить! В шесть утра – подъём, потом пробежка и упражнения в парке возле дома. Энергией заражаюсь на весь день. Хоро-о-шо! Хожу на плавание. Занимаюсь по-прежнему много.

29.11.1959 г.… По субботам всегда вынимаю из конверта Вовочкину фотографию и любуюсь им. Где он сейчас? Призвали ли его в армию? Смотрю на его фотографию и вспоминаю день рождения Вадима. Вспоминаю, как сразу его отметила, когда открыла ему дверь, как танцевали, как ребят провожали на Пожарной, как домой ехали ко мне в автобусе. Ничего нет смешнее и обиднее того случая. Если бы не мой желудок, договорились бы с ним о встрече, и не гадала бы теперь, где он, а знала бы наверняка. Почему тогда всё так получилось? Только ли для того, чтобы мне показать, что Миша – это не то, что мне нужно? Так хочется узнать хоть что-нибудь о Володе. Хочется в Сталино, потому что только там, я смогу узнать.

01.01.1959 г. Здравствуй, новый 1959-й год! Я тебя достойно встретила. Вчера с Мэри сдали экзамен по начертательной геометрии на отлично. Итак, у нас уже все зачёты и два экзамена сдано…досрочно. Это я подбила Мэри сдавать досрочно, чтобы продлить себе каникулы и подольше дома побыть. В новогодней институтской газете нас с Мэри поздравили:

13.01.1959 г. Я дома. Последний экзамен сдали восьмого января, и почти целый месяц буду дома. Мечтала о встрече с Вовчиком, но его призвали в армию. Служит во Львове. Вадим обещал адрес узнать у родителей. Ждать ли Вовчика? Стоит ли? Ведь я совсем его не знаю. А вдруг он не такой, каким мне кажется? Тогда будет жаль утраченных лет. Нет, я рассуждаю, как бюрократ. Хоть и настала пора решать, я решать ничего не буду. Пусть будет так, как мне подскажет сердце.

15.01.1959 г. Хожу как неприкаянная. Вчера отметили мой день рождения. Были мои подруги, ребята с улицы, наши квартиранты. Было весело и хорошо, даже мне. Светлана, кажется, будет встречаться. Да, детство уже прошло! Уже не те интересы, не те традиции. А как жаль! Валя, Света и Лиля как-то более общительны с ребятами… вольнее, болтливее, не так стесняются. А я всё пекусь о своей гордости! Я серьёзнее, а в компании это плохо. Привыкли мы с Мэри ни с кем не знаться, чтоб нам все в пояс кланялись, вот и результат. Мне говорят, что так у тебя мальчика никогда не будет. Ну, и не надо! Я не стараюсь их привлекать. Если надо – найдёт, а не найдёт, так и не очень-то надо. Главное заниматься, и успешно окончить второй семестр.

02.02.1959 г. Я дома. Была у Вадима. Он Вовин адрес оставил в Новочеркасске. Рассказывал мне о нём. Я всё правильно думала. Он скромный и покладистый мальчик. Служит в войсках связи. Это то, что ему нравится, а нравится ему радио. Девочки у него нет.

Света уже не встречается с Виталиком. Ей снится Олег К. – её школьная любовь. Снится с винтовкой, потому что в армии. Но это безответная любовь. Она говорит, что никогда его не сможет забыть. Зачем существует на свете такой закон: ты кого-то любишь, тебя не любят, тебя любят – ты не любишь? Если бы почаще встречалась взаимность! Я всё меньше и меньше верю, что существует такая любовь, какой я её представляю, но верю, верю, что есть и у меня будет.

А мы втроём – Я, Вадик и Лиля идём в кино. По-моему, Лиля ему очень нравится. Билетов в кино он не достал, и мы пошли к нему слушать музыку. Вадик нас сфотографировал у радиолы. Потом пришла тётя Аня, и мы разговаривали об учёбе, о Новочеркасске. Вадик пошёл нас провожать. До трамвая шли пешком через весь город, и он с нами проехал ещё одну остановку. Когда он вышел, Лиля сказала, что он положил ей в карман записку и просил прочесть её дома. Мы, конечно, прочли её тут же, в трамвае. Примерно, он пишет так: «Лилечка, может это покажется странным, но я не хочу увозить с собой тайну. Я много встречал девчонок, но всё это было не то. Я ждал чего-то необыкновенного, чтобы произвело на меня большее впечатление. И это было, когда я увидел тебя, ну, и т. д.» просил уничтожить записку, но я говорю Лиле: «Береги, это ещё не конец. Лиля была потрясена и удивлена.

А я всё время думаю о Володе. Представляю его сидящим за рацией. Как я мечтала встретиться с ним в Сталино, экзамены досрочно сдавала, чтобы подольше с ним побыть, а его в городе нет. Эх, Вовчик, Вовчик, знаешь ли ты, подозреваешь ли ты, что из-за тебя так мучается и страдает одна особа?! Если бы ты знал, что для неё ты значишь? Что для неё ты именно то, что самое, самое дорогое.

Я иногда завидую красивым, но не оттого, что хочу быть красивой, а оттого, что все мальчишки смотрят на симпатичных. Конечно, это естественно: сразу смотрят на лицо, а не на душу. А душу всё равно сразу и не увидишь… Ну, и пусть на меня никто не смотрит! ну, и не надо! Да, жизнь – это сложная вещь.

05.02.1959 г. Ночь. Вернее, начало нового дня. Со зрением немного лучше, а у меня не хватает силы воли дать им отдых. С жадностью набросилась на книги. Читаю «И один в поле воин». Хочу кое-что выписать: «Нет ничего более отвратительного, чем человек, давший волю животным инстинктам, потерявший контроль над собой».

14.03.1959 г. Я перешла на механический факультет в группу подъёмно-транспортных машин. Нас готовят, как специалистов для портов юга страны. Как и прежде живу Володей. Только теперь я получила от него и письмо, и поздравительную открытку на 8-е Марта. Можно подумать, что я на высоте. Нет. Я волнуюсь больше, чем раньше. Жду письмо, а внутри всё переворачивается. Иногда дикие мысли приходят в голову, но я верю в его серьёзность, и отгоняю их прочь. Сейчас уже 15-е марта, но я ещё буду писать семинар. Теперь мне перед мамой и перед Володей отчитываться за свои оценки. Значит, учиться надо вдвое лучше, а не наоборот.