Чтение онлайн

Марил вышел из таверны и стал разыскивать лавку сапожника. Было поздно, и только невдалеке, под вывеской, маячили две фигуры. Торопясь и спотыкаясь, он направился к вывеске с изображением огромного сапога и узнал человека, с которым начал беседу в таверне. Мужчина нервно вытирал руки о рубашку и поглядывал на Марила. Вторым человеком был… гвардеец.

На всякий случай перехватил поудобнее посох, Марил приблизился.

– Я,… - начал было он, но в одно мгновение гвардеец выхватил меч и сунул его к самому горлу Марила. Ат Лав глухо охнул, но в момент забыл о своём посохе. С мечом у горла не хочется думать о том, что успеешь сделать, а что нет.

– Этот, Раад?
– спросил гвардеец. Явно не у Марила.

– Да, Жасин, - отозвался Раад.
– Уверен, что он - шпион короля Бару.
– Он меня обо всём пытался расспросить. Хотел увериться, что я знаю слишком много, - Раад смотрел на Марила с опаской, словно тот мог вывернуться из-под меча и обрушить на них обоих самое меньшее - огненный шар.

– И ты ему меня выдал. Идиот!
– гвардеец ещё сильнее надавил на меч, и Марил отшатнулся, оказываясь прижатым к стене.

– Я никакой не шпион!
– воскликнул он.
– Я…

– Был бы удивлён, если бы ты признался, - пробормотал гвардеец. Его лица Марил разобрать не мог. Голос говорил о том, что его владелец суров и не любит много болтать. Особенно со шпионами.

– Да нет же!
– продолжал Марил.
– Светом клянусь, я просто хотел узнать!

– Ах, просто узнать? И что же именно?
– меч почти процарапал кожу. Марил с трудом удержал себя, чтобы не ударить посохом. Пускай уж лучше эти двое думают, что он таскает его для красоты.

– Всё, - Марил торопливо соображал. Кажется, эти двое не очень любят нового короля. А как они относились к старому?
– Я единственный, кто выжил в загородном дворце короля Бастиана!
– сказал он чистую правду.
– Но с тех пор…

– Ты сражался за Бастиана?
– уточнил гвардеец. Меч гвардейца заставил его вжаться в стену. Может, не стоит думать, что если этот гвардеец имеет что-то против Бару, это делает его сторонником Бастиана? Марил не знал, как расценить движение гвардейца, готового перерезать ему горло.

– Да, - ответил Марил, думая, поможет ли ему Свет, если он будет просить его о помощи, - и я слышал, что он мёртв. Даже повешен. Я много чего слышал. И я хочу знать…

Меч исчез, и Марил вздохнул свободнее. В этот миг раздался какой-то крик:

– Вот он! Взять его!
– и звон оружия.

Мгновение понадобилось Марилу чтобы понять, что четверо вооружённых людей мчатся именно на него. Одежда на них была простой, чёрной, и к гвардии они никакого отношения не имели. Марил поднырнул под меч, ударив первого посохом поддых, потом вторым концом обрушился на голову другого, и ногой попытался выбить меч из руки третьего. В тот же миг сталь оцарапала его щёку - он вовремя отдёрнул голову. Ещё один меч засверкал рядом с его посохом - но против нападавших. Марил заметил, что кое-кто в домах поспешил плотнее задвинуть шторы.

Драка длилась недолго - гвардеец положил двоих, одному Марил выбил глаз, и его добил Жасин, а третьему стальное навершие пробило череп. Тяжело дыша, Марил опёрся на посох.

– О, Свет… За что это они меня?
– пробормотал он.

– В таверне ты слишком громко расспрашивал о Радаке, - пояснил гвардеец. Раад опасливо жался к стенке.
– А шпионы Бару повсюду. Что ж, я верю, что ты - враг закона, - это прозвучало даже с долькой уважения.
– Иди за мной, - словно ни капли не запыхавшись, гвардеец развернулся и направился прочь. Марил, оглядываясь на лежащие тела, поспешил следом, вытирая со лба пот.

– Но я же просто хотел знать…

– Кое-что знать в этом городе опасно. Раад, зачем ты вообще взялся говорить об этом на людях? Ты мог выдать меня, особенно если назвал моё имя.

Голос его был ровен и спокоен. Но Марил поспешил встрять, стараясь, чтобы голос звучал не успокоительно, а утвердительно:

– Ваше имя вряд ли кто-то услышал…

Жасин завёл их в небольшой дворик, огороженный забором, и вывел во внутренний двор.

– Садись, - сказал он Марилу тоном, не терпящим возражений. Марил послушался и сел прямо на колченогую табуретку.
– Расскажи, что произошло в загородном дворце.

– Зачем?
– Марил до сих пор не мог разглядеть лица гвардейца. Тот нарочно держался в теньке, словно опасаясь, что Марил может оказаться подосланным.

– Я хочу знать, как погибли последние защитники короны, - проговорил Жасин негромко.
– В городе нас мало. Мы были верны Бастиану, но нас заставили поклясться в верности сначала Радаку, потом этому иноземцу, - Жасин скривился.
– Я надеялся, что если мне будут доверять, я смогу спасти его величество Бастиана… Скажи, как это было?

Марил пожевал губы.

– Гвардия Радака напала на нас. Да и не только гвардия - просто какие-то головорезы. Она превосходила нас в несколько раз, но мы сражались все. Когда они хлынули через стены, многие полегли на ступенях, лишь бы задержать их. И король Бастиан тоже сражался, - Марил вспомнил опьянённое лицо Бастиана. Стальные глаза сверкали, как его меч. После своего трона этот король любил битву и только битву.
– Но они взяли нас силой, количеством. Забрали короля Бастиана, Хранителя и ушли…

– Хранителя?
– переспросил гвардеец. Раад слушал, затаив дыхание. Жасин поднял на него глаза и сухо сказал.
– Может, тебе лучше уйти? Чем больше ты знаешь, тем опаснее нам всем. Я доверяю тебе, но твой язык не слушается тебя.

– Как хочешь, - пробормотал Раад, поворачиваясь спиной. Марил озабоченно покосился на сидящего гвардейца. По-прежнему его невозможно было разглядеть.

– Я знаю, что его величество Бастиана и какого-то ещё человека объявили… слугами Ночи, - Жасин подался вперёд.
– Говоришь, Хранитель?

– Истинный Хранитель, и мой хороший друг, - Марил заставил себя не произносить эти слова с вызовом.
– Даже король Бастиан называл его другом.

– Я так и знал, что Радак сам - слуга Ночи!
– глухо воскликнул Жасин. В его устах это было всего лишь оскорбление, а не обвинение, но Марил знал и другое.

– Королём сейчас называет себя человек по имени Бару?
– спросил Марил.

– Да. Он иноземец, воин. Он мне не нравится ещё больше, чем Радак. Я знаю, что это он убил Радака. Я нёс караул, и случайно видел, как Бару вытирает окровавленный меч. Я ещё не знал тогда, что этот человек объявит себя королём Алвалена…