Чтение онлайн

В первый день весны Софи предупредила, что задержится после работы. Тьену по-прежнему не нравилось, что она с утра до вечера торчит в лавке, но, пока сам не нашел подходящего места, о том, чтобы ушла от хозяина, больше не заговаривал. Жить за ее счет он, естественно, не собирался, но и становиться виновником того, что Софи с Люком окажутся вдруг без источника заработка – тоже. Потому без возражений провожал на работу, следил, чтобы позавтракать не забывала и обед с собой взять, а после занимался с малым и по дому делал что-нибудь, если нужно было, а когда Софи предупреждала, что продуктов возьмет или на рынок из лавки завернет, встречал на полдороги, чтобы она с сумками не тащилась.

Но в этот раз она о продуктах ничего не говорила и причин задержки не объясняла. Да и задержалась не так чтобы надолго. Только пришла грустная и сразу же спряталась в своей комнате.

С ходу лезть с расспросами Тьен не стал. Вдруг там какие-то девчоночьи проблемы, о которых ему и знать не нужно? Но Люка заслал поглядеть, что и как.

– Пачет, - со вздохом сообщил вернувшийся из разведки напарник. И у самого глазенки заблестели, вот-вот разревется.

– Разберемся.

Тьен усадил малого у себя с книжками и сладостями, а сам постучался в спальню к Софи.

– Нельзя! – выкрикнула она. По голосу подтвердилось: плачет. – Я… переодеваюсь…

– Поздно, я уже вошел, - заявил с порога юноша. Посмотрел на сидевшую на софе девочку, которая давно уже сменила рабочее платье на домашнее и успела намочить слезами рукава, и укоризненно покачал головой: - Знаешь, что обманывать нехорошо?

Подошел, присел рядом.

– Что случилось?

– Ничего, - всхлипнула она.

– Из-за ничего не ревут. – Развернул ее лицом к себе, вынул из кармана платок и стер со щек мокрые дорожки. – Рассказывай.

– У Анны сегодня день рождения. Я ей альбом купила, занесла…

– И что она тебе наговорила? – нахмурился юноша.

– Ничего, я же сказала. Я ее и не видела. Ни ее, ни Ами… Тетка какая-то дверь открыла, я подарок отдала и ушла…

– А плачешь чего?

– Не знаю. Плохо все. – Софи по новой зашмыгала носом.
– Совсем плохо. Мама умерла. Отец бросил. Подружек у меня нет. И никому я не нужна-а-а…

– Мне нужна.

– Ага, нужна. Завтра съедешь, и поминай, как звали. А мы с Люком опять одни останемся-а-а-а…

– Никуда я не съеду. И вас не оставлю, - пообещал Тьен, заново оттирая от слез зареванную мордашку. – Разве что сама прогонишь.

– Не прогоню, - девочка затрясла головой, словно самой мысли об этом испугалась. – Никогда.

– Значит, никогда и не уйду. Только ты это…

– Что? – она подняла на него влажно блестящие глаза.

– Да так, ничего.

Росла бы скорее, что ли…

…Вспышка ослепительно-яркого света. Мир вокруг тонет в белом тумане. Теряются очертания домов, не видно людей…

Он идет вслепую. Почти бежит.

Кажется, ему кричат вслед, но он не слышит ничего, кроме стука собственного сердца.

– Эй, парень! – Чьи-то пальцы вцепляются в плечо.

Он взмахивает крыльями, отталкивая человека, и снова бежит.

Зрение постепенно возвращается. Незнакомые улицы, чужие люди, удивленные взгляды.

Быстрая темная тень настигает его на перекрестке. Останавливается, обретает форму. Не страшный хищник – всего лишь большой автомобиль с закрытым верхом.

Но дверца открывается, словно голодная пасть, и красная обивка салона похожа на зев…

– Залезай, быстро! – командует сидящая за рулем женщина.

У незнакомки сердитые синие глаза и длинные золотые волосы. Тревога на тонком лице совсем не портит его красоты.

– Садись, кому говорю!

Расправить крылья, оторваться от земли и улететь…

– Только посмей, - угрожающе шипит красавица. – Хватит на сегодня представлений, Этьен.

– Тьен, - поправляет он машинально. Очнувшись от звука собственного голоса и имени, оглядывается и решается воспользоваться приглашением. Хлопает дверца, авто срывается с места, а он теперь может рассмотреть следящую за дорогой женщину. В мыслях проясняется, память подсовывает подсказки. – Лили, да?

И все из-за этого дурацкого мяча…

Мяч Люку он обещал давно, а купить получилось только теперь, на второй неделе ворвавшейся в город весны. Мальчишка, невероятно довольный, шагал между «напарником» и сестрой, прижимая к груди подарок, улыбался и счастливо щурился, вдыхая запах тертой кожи.

– В кондитерскую зайдем? – предложил Тьен.

Софи огляделась, потянулась, набрав полную грудь воздуха, и шумно выдохнула.

– Нет. Давай, еще погуляем? Погода такая…

Погода выдалась замечательная. Они гуляли по широким центральным улицам, но даже здесь рычание проезжающих мимо автомобилей не заглушало птичьего гомона, а едкие выхлопы быстро развеивались, смешиваясь с ароматами теплой сдобы, кофе и продаваемых с открытых прилавков тюльпанов. Солнышко пригревало, призывая скинуть шапки долой и распахнуть куртки и пальто. Легкий ветерок обдувал разгоряченные ходьбой щеки. А встречные прохожие, все как один, лучились благожелательными улыбками, словно и люди по весне потеплели и оттаяли.

– Погуляем, - согласился юноша. – Только малому нужно хоть пирожок взять. Да и я пожевал бы чего-нибудь.

Из всей их компании только Софи не хотела есть, как будто уже одним весенним воздухом была сыта. Девчонка! А у мужчин к этому делу подход серьезный. Тьен купил на лотке пяток пирожков: два Люку, с повидлом, и три себе, с разными начинками – с картошкой, с капустой и с мясом. Вытащил первый попавшийся и загадал, что если попадется мясо, день будет удачным, а если картошка – то нет. Надкусил – капуста. Решил, что тоже неплохо.

– Люк, давай мяч подержу, пока ты поешь? – предложила Софи братишке, но тот решительно отказался расставаться с подарком. Так и шел между ними, одной рукой удерживая мяч, а во второй зажав пирожок.

– О, глядите-ка! – Тьен остановился под цветной вывеской. – «Нужные вещи». Может, нам тоже что-нибудь нужно?

За стеклом огромной витрины была разложена, развешена и расставлена всякая всячина: лампы, цветочные горшки, кашпо, картины, маленькие декоративные столики с выставленными на них статуэтками и чайными сервизами, подставки для зонтов и тростей, подносы, тортовницы, сахарницы и прочее, и прочее…