Чтение онлайн

–Снежок!– Радостно окликнула меня девчушка с сияющими льдинками в глазах.

– Здравствуй.– Облегченно отозвалась я, чувствуя, как уголки моих губ бесконтрольно поползли вверх.

Агния склонила голову на бок, и внимательно осмотрев меня, задумчиво хмыкнула.

– Братик сказал, что тебе нужна помощь.

Я одобрительно кивнула, не найдя в себе силы объяснить ситуацию на лояльном детском языке. Осторожными мелкими шажками Агния засеменила в сторону бедовой козы.

«Баю-баюшки-баю,

Не ложись ты на краю.

А не то Деян придет,

В темный лес с собой возьмет.

Князя ненависть страшна,

Не ходи ты в глушь одна».– Между делом напевала Агния, а меня от этих слов внутри словно что-то перевернулось. Такой переделанной колыбельной я никогда не слышала, несомненно, данный фольклор был присущ только этой местности.

Через несколько мгновений небольшое ведро наполнилось теплым парным молоком, покрытым пузыристой пеной. Окончив работу, Агния вытерла руки, затем подойдя ко мне, с застенчивой искренностью посмотрела мне в глаза. Такое поведение задорной и улыбчивой девочки показалось мне странным. Было видно, что она хочет поговорить со мной о чем-то серьезном, о том, что не давало ей покоя

– Агния, у тебя что-то случилось?

Я опустилась на колени и, взяв подружку за руки, притянула ее к себе.

Поначалу девочка отрицательно покачала головой, но, не выдержав моего вопросительного взгляда, нахмурилась и задала вопрос:

– Назар тебя обидел?

– Вовсе нет.– Заверила я и попыталась ободрительно улыбнуться.

– Я все слышала! Вы с Назаром поругались, и теперь ты не будешь со мной дружить.

– Что за глупости, Агния?– Спросила я, с трудом сдерживая накатившийся простодушный смех.

– Назар не плохой. Он, правда, хороший, просто он так ведет себя.– Голос девочки сильно дрогнул, она хотела еще что-то сказать, но из небесных глаз покатились редкие слезинки.

Казалось, Агния хотела осветить причину такого поведения брата, но тянуть ниточки из обиженного ребенка я не собиралась.

– Послушай, Агния, ты очень хорошая, добрая девочка. Я очень рада, что встретила тебя. Но ты уже взрослая и должна понимать, что взаимодействия взрослых не всегда складываются легко, и это нормально. Поэтому наши с Назаром отношения- это только наше с ним дело. Как бы мы с твоим братом не общались, на нас с тобой это никак не отразиться. Своих друзей я люблю и уважаю, а ты ведь единственная моя подружка. Вот как мне тебя не любить?

Закончив трогательную речь, я обняла Агнию и погладила ее по голове. Дрожащие пальцы запутались в густых волосах цвета пламени. Сначала девочка не спешила отвечать на объятия, стирая слезинки с румяных щечек, но после она не выдержала и крепко обняла меня за шею, прижавшись, словно приблудный котенок. Этот котенок не знал женской любви и ласки, ведь по рассказам бабушки Арины, мамы у Агнии не было, она бросила ее, когда та была совсем малюткой. Отец вечно занят на работе, движимый намерением прокормить семью. Самой близкой опорой для девочки являлся ее брат, который взял на себя домашнее хозяйство и воспитание сестры, при этом, умудряясь приносить в дом лишнюю монету.

– Значит, мы с тобой лучшие подружки?– отстранившись от меня, спросила Агния.

Сердце защемило от нежности, и я улыбнулась.

– Значит.

Девочка нахмурилась и посмотрела на меня с, теплившейся в глазах, надеждой.

– Назар тебе совсем не нравится?

–У тебя замечательный брат!– Заверила я с уверенностью, мысленно убеждая себя в том, что нисколько не соврала.

Очень хотелось отблагодарить мою маленькую спасительницу за оказанную помощь, и я пообещала, что сегодня вечером сделаю для нее кое-что особенное. Агния засияла полярной звездой, и, прокрутившись на одной ноге, побежала домой, сверкая длинной пестрой юбкой.

Одним словом, чтобы сделать то особенное, что я пообещала Агнии, мне было необходимо, во-первых, вспомнить навыки плетения кос, а, во-вторых, набрать разнообразных полевых цветов. С первым условием проблем не было, а вот осознание того, что за цветами придется идти к полянам, прилегающим к лесу, заглушило мой творческий энтузиазм, но ненадолго. Подогреваемая идеей, я отнесла, слегка остывшее, молоко в дом. Бабушка Арина суетилась на кухне, выпекая хлеб для воскресной ярмарки, увидев меня, она велела разлить молоко по кувшинам.

Поспешно наполнив глиняные сосуды молочной жидкостью, я аккуратно расставила их на подоконнике, и, оповестив бабушку о намерении посетить лесные поляны, направилась в комнату для сборов.

Переодевшись в подобающую одежду, я вышла в горницу в поисках подходящей для цветов ноши. В глаза бросилась старая плетеная корзина, покрытая пылью и паутиной, очевидно, ей уже давно никто не пользовался. Взяв сборное лукошко, я двинулась в путь. По дороге в лес я напевала старинную песню, которую знала настолько давно, что даже не помнила откуда. Погода была жаркая, солнце не жалело зноя, лишь изредка плотные белесые облака формировали завесу, давая перевести дыхание одинокому путнику. Людям больным астмой довольно трудно ходить на длинные расстояния, но желание обрадовать Агнию было сильнее недуга. С каждым шагом, лесная чаща приближалась, и вместе с ней в груди нарастало вибрирующее волнение. Воздух, такой легкий, с примесями ароматов свежих трав, смолистых еловых веток, ранних грибов, застарелого чернозема был настолько знаком и приятен, что голова вскружилась, пытаясь осмыслить непостижимую, и оттого крепкую связь меня и этого природного пристанища. Величественное лесное убранство переполняло восхищением.

Я опустилась на близлежащую поляну, ослепляющую огромным разноцветьем. Вскоре корзина наполнилась нежными ромашками, небесными васильками, прекрасными маргаритками, вычурными колокольчиками, солнечными лютиками и другими растениями, названий которых я не знала. Вторая часть задуманного была успешно выполнена, но уходить я не спешила. С наслаждением питаясь чистым кислородом, я улеглась на травянистый ковер, представляя себя в роли лесного отшельника.

Самой большой и сложной головоломкой для меня были причины неразвитой инфраструктуры селения, старомодной одежды местных жителей, их странный говор и строгие нравы. В голове, словно веретено, крутился вопрос: Как можно находиться в относительной близости от высокоразвитой цивилизации, и в то же время быть настолько отчужденными? Традиции и быт в Волчьем логове сохраняли неприступно девственный вид, ограждая селение, словно заповедник. Совсем недавно в городе меня окружало бесчисленное множество высокообразованных коммуникабельных людей, но я чувствовала себя брошенной, отвергнутой всеми и коротала дни, сидя в душной давящей квартире. Чувство собственной никчемности не покидало с тех про, как обнаружилась болезнь, и я стала обузой для матери и, окружающих меня, людей. А сейчас, оставшись в полном одиночестве, я ощущала себя как никогда счастливой. Я знала, что могу сделать что-то полезное для веселых простодушных, людей мирно проживающих в селении. Я знала, что могу быть нужной.

Домой вернулась только под вечер. Прибывающая в прекрасном расположении духа, пообещала себя, что на следующий день обязательно пойду в лес, во что бы то ни стало, и буду проводить там столько времени, сколько пожелаю, независимо от того, кого я там повстречаю, и будет ли этот кто-то против. Агния не заставила себя ждать и пришла минуту в минуту, обговоренного нами, времени. В глазах озорной девчушки читалось сладкое предвкушение, обещанного мной, подарка.

Я бережно вплетала в рыжекудрые волосы атласную ленту зеленого цвета, украшая просветы плетений собранными полевыми цветами. Получилась изящная французская коса, обрамленная цветочной гирляндой, которая идеально сочеталась с, вышитым на старый манер, платьем Агнии. Увидев себя в зеркало, девочка радостно зачирикала и бросилась на меня, заключив в объятия:

– Спасибо! Она такая красивая!

– Я же говорила, что будет что-то особенное.– Оценив собственную работу, усмехнулась я.

– А ты что наденешь на гадания?– поинтересовалась Агния, окидывая хмурым взглядом мои джинсы,– Откуда у тебя одежда такая странная?

Я неопределенно повела плечами.

Подружка озабоченно хмыкнула и направилась к сундуку с моей одеждой. Она небрежно откинула тяжелую крышку ларца и принялась копаться в содержимом. На минуту, мне показалось, что девочка исчезла внутри сундука, точно червячок, в проедаемом им, яблоке. Через некоторое время Агния с довольным видом протянула мне сиреневое платье длинной чуть выше колена, о существовании которого я просто позабыла.