Там, где не слышно голоса
Шрифт:
Начались годы скитаний. В Порт-Гуроне Эдисон не поладил с часовщиком, который по совместительству представлял всемогущую «Вестерн Юнион Телеграф Компани».
Часовщик отказался расплатиться с Эдисоном за работу так, как они уславливались, да еще присвоил себе премию за безупречно переданную телеграмму президента Линкольна. Канадский Стрэфорд Эдисон тоже покинул без сожаления. Там он изобрел прибор, который позволял ему спокойно спать. Прибор этот автоматически передавал каждые пять минут условный знак следующей станции, но, к сожалению, он не следил за железнодорожным полотном, так что чуть было не произошла катастрофа. В городе Сарнии прервалась телеграфная связь. Эдисон наладил акустическую, звуковую связь через реку, которая вышла из берегов во время ледохода. Позднее Эдисон сэкономил кабельной компании тысячи долларов, он упростил проводку и усовершенствовал приборы, так что можно было телеграфировать по одному кабелю (второй был сорван разбушевавшимся потоком). В честь находчивого изобретателя Эдисона был устроен банкет. Но потом его выгнали с работы, потому что неугомонный изобретатель, делая химические опыты, испортил дорогой ковер в кабинете господина директора.
В Бостоне в 1868 году Эдисон решил расстаться со спокойной должностью телеграфиста (хотя, как вы убедились и эта служба была полна приключений). Он запатентовал механический счетчик голосов, который работал безошибочно и мог разрешать все споры республиканцев и демократов.
Но как же удивился изобретатель, когда лидеры обеих партий разъяснили ему, что именно в таком приборе они меньше всего нуждаются и «вообще, господин Эдисон, бросьте эти игрушки и займитесь чем-нибудь серьезным. А в политике вы, судя по всему, полный профан!»
Эдисон решил последовать совету, — конечно, самым серьезным делом был в то время телеграф. Более 80 000 километров телеграфных линий принадлежало компании «Вестерн Юнион Телеграф Компани». Это была настоящая «телеграфная держава», очень богатая и могучая. Дирекция компании контролировала печать, была тесно связана с торговыми и промышленными магнатами, вмешивалась в политику, в которой Эдисон потерпел такое позорное поражение.
Но он не терял времени даром и изобрел дуплексный телеграф, который позволял передавать по одному проводу одновременно две телеграммы. Эдисон не был бы Эдисоном, если бы при работе над дуплексным телеграфом он не Думал о создании квадриплексной (четырехкратной) телеграфии, секстиплексной и даже мультиплексной (многократной) телеграфии. [4]
4
т. е. передачи по одному проводу нескольких телеграмм одновременно несколькими аппаратами.
Интересовался он и проблемами скоростного телеграфа, который работал бы быстрее любой «телеграфной звезды» и служил бы в первую очередь журналистам и репортерам.
Для осуществления всех смелых планов Эдисона необходим был кредит, и он раздобыл… один доллар у своего приятеля-телеграфиста, который, как назло, тоже был безработным. Так как у Эдисона не было ни денег, ни работы, но зато бездна свободного времени, он решил провести часок в самом оживленном месте — на нью-йоркской бирже. Зал огромного здания напоминал поле боя. Весь пол был завален разорванными акциями. Еще вчера они были целым состоянием, а сегодня не стоили ни гроша. Кричащие люди, усталые служащие. Впридачу ко всему сломался так называемый «транслюкс», прибор, показывающий повышение и понижение курса акций. Сердце биржи перестало биться. Разъяренная толпа требовала немедленной починки прибора. Ведь решалась судьба целых состояний, а люди были в полном неведении. Управляющий биржей с распростертыми объятиями принял молодого человека, предложившего свои услуги. У Эдисона был такой вид, словно он всю жизнь только тем и занимался, что чинил биржевые аппараты. Изобретатель поступил мудро, не сказав о том, что он ни разу не видел ни «транслюкса», ни биржи, и даже не подозревает, что это за прибор, и почему люди так кричат и машут руками. Но он не только починил этот прибор, но и как следует изучил его устройство. Вскоре Эдисон предложил новый, усовершенствованный аппарат. Для Америки это было как раз то, что нужно. Не чета какому-то фантастическому счетчику голосов! «Усовершенствованный биржевой указатель» — так назвал Эдисон свой новый прибор. На этот указатель он получил свой первый патент, который «Гольд энд Сток Телеграф Компани» приобрела у изобретателя за 40 000 долларов. Эти деньги позволили газетчику, телеграфисту и неудачнику Эдисону занять достойное место в истории техники.
На протяжении многих лет Эдисон сотрудничал с крупнейшими телеграфными компаниями: с «Вестерн Юнион Телеграф Компани» и с «Аутоматик Телеграф Компани». Ему принадлежит целый ряд крупных и мелких изобретений и усовершенствований. Он создал автоматический телеграфный аппарат, который передавал заранее записанное сообщение, как только освобождалась линия.
Эдисону приходили в голову блестящие идеи. (Например, телеграфия с помощью паровозного гудка. Так передавали сигналы через реку во время наводнения).
Он хорошо знал нужды телеграфа и вовремя «приходил на помощь».
Но однажды Эдисон прошел мимо открытия, которое прославило бы его имя так же, как электрическая лампочка или фонограф. 22-го ноября 1875 года он наблюдал в своей лаборатории в Мэнло-парке странное явление. Когда между полюсами индуктора проскакивала сильная искра, в зернышках угля, рассыпанных тонким слоем на рабочем столе, тоже появлялись слабые искры. Эдисон впервые заметил то, на что никто еще не обращал внимания: это была передача электроэнергии на расстояние без провода. Изобретатель даже назвал в своем лабораторном дневнике это явление как Etheric Force, т. е. эфирная сила. Как видите, и Эдисон верил в какую-то странную, невесомую и вездесущую материю — «мировой эфир», который в то время занимал умы физиков…
Угольный порошок уборщица смела со стола, и Эдисон забыл о своей записи в тетради. А ведь до беспроволочного телеграфа было рукой подать!
Эдисон «проморгал» открытие беспроволочной телеграфии. Уборщица смела на совок порошок, который мог навести изобретателя на след.
Нужны новые открытия
Человеческим желаниям нет предела. Как у той старухи, которую вы знаете из сказки о рыбаке и рыбке. Ей мало было корыта, новой избы и даже целого царства. Не успели люди отпраздновать рождение телефона, как им уже захотелось новых открытий. Заказы так и сыпались на изобретателей. За что взяться раньше? За решение проблемы передачи нескольких телеграмм по одному проводу или за создание более быстро действующих передаточных систем? А тут еще новая идея — переносить по телеграфному проводу изображения…
Сначала была создана дуплексная телеграфия, служившая для одновременной передачи телеграмм по обоим направлениям провода. Это открытие было сделано доктором юридических наук, выходцем из Праги, В. Гинтлом. Увлечение телеграфией оторвало его от занятий юриспруденцией. В. Гинтл стал директором австрийского телеграфного ведомства.
Гинтл — как и ряд последующих изобретателей — в своем аппарате использовал два, а позднее четыре различных тока для одновременной передачи сообщения по одному проводу. Что касается мультиплексной или многократной телеграфии, применяемой в трансатлантической подводной кабельной связи, то она основана на ином принципе.
В конце прошлого века двумя разными учеными — французом Бодо и американцем Роулендом — были почти одновременно разработаны проекты коммутаторов многократной телеграфии. Коммутатор — это простой, остроумно сконструированный аппарат, позволяющий одновременно передавать шесть, восемь и даже больше сообщений.
Принцип действия коммутатора прост: на передаточной и приемной станции включено в один провод несколько передатчиков и столько же приемников. Синхронно вращающиеся металлические щетки постоянно (333 раза в секунду) соединяют контакты приемника и передатчика. Нажатием ключа по проводу можно передать четкие тире и точки. Вы можете возразить: но ведь ток прерывается. Совершенно верно, однако чрезвычайно краткий перерыв в подаче тока не позволяет записывающему перу, притягиваемому электромагнитом, отскочить от ленты. Остроумно, не правда ли?
Основная проблема многократной телеграфии заключалась в точной синхронизации движения щеток на обоих концах линии связи. Только при этом условии можно было добиться точного соединения требуемой пары приемного и передаточного аппаратов. Но и эта задача была вскоре решена. Синхронизм вращения поддерживается регулятором скорости и специальным коррекционным устройством. Так что передача одной телеграммы никоим образом не нарушает передачи других.
Быстродействующие телеграфные аппараты применяются в наши дни повсеместно, хотя и их потеснили телефон, радиотелефон и в особенности телетайп. Создание таких телеграфных аппаратов на основе принципа Морзе с технической точки зрения оказалось делом несложным. Как только выяснилось, что максимальная скорость передачи сообщений ручным способом (около 80 знаков в минуту) недостаточна, было выдвинуто сразу же несколько предложений по ускорению передачи, основанных большей частью на одном и том же принципе. Азбуку Морзе не выстукивали ключом, а передавали при помощи предварительно обработанной перфорированной ленты, пропускавшейся через специальный аппарат. Обработка такой ленты производилась специальными пишущими машинами — Муррея, Поллака-Вирага, Сименса, Гальске и др. Телеграфист печатал на пишущей машинке текст, который аппарат кодировал на перфорированную ленту, поступавшую в быстродействующий телеграфный передаточный аппарат.
Изобретения следовали одно за другим. Скорость передачи телеграмм возрастала. Ветераны, работавшие на первых телеграфных линиях, с изумлением наблюдали за борьбой, разгоревшейся между фирмами, разрабатывавшими различные, все более и более совершенные системы быстродействующей телеграфии. И вот венгерские изобретатели Поллак и Вираг создали аппарат, по которому можно было передать 100 000 слов в час, т. е. целую огромную книгу…
Текст, записанный азбукой Морзе, а под ним запись того же текста по системе быстродействующего телеграфа Поллака-Вирага.