Там, где оживают пески
Шрифт:
Вдруг в сумке, которую тащила Тия что-то зашевелилось. Маленькая воровка украдкой заглянула внутрь и с удивлением обнаружила, что на нее оттуда смотрит хитрая мордашка Мушил. На душе у Тии сразу потеплело. Она не расскажет наемнику об обезьянке. По крайней мере, до тех пор, пока они не окажутся в пустыне...
Глава 9
Крепок сон благочестивых людей, а потому светлейший Ияр имел обыкновение спать сладко и просыпаться поздно. И никто из придворных не смел тревожить его покой до того, как дворцовый распорядитель не выходил из покоев Правителя со словами "Сиятельный Ияр встать изволили". Только после этого, просители, столпившиеся у дверей его опочивальни, имели право заходить к нему со своими докладами и просьбами. Это правило было заведено во Дворце двенадцать лет назад и ни разу не было нарушено с тех пор. Исключение составляли лишь случаи государственной важности, как то объявление войны, прибытие гонца от царя или начало очередного мора.
Однако в то утро сон его был бесцеремонно нарушен начальником дворцовой стражи. Тот явился на рассвете серый от страха и прерывающимся голосом велел распорядителю разбудить Правителя. Распорядитель, было воспротивился, но капитан схватил его за грудки и легко приподнял над полом, словно котенка.
– Выбирай: либо тебя накажет Светлейший Правитель, либо я убью тебя здесь и сейчас!
– прорычал он. Бедному распорядителю ничего не оставалось, как со всей возможной деликатностью разбудить Ияра и на его гневный возглас упасть ниц, доложив о срочном деле капитана дворцовой стражи.
– Хорошо, пусть войдет!
– раздалось из-за опущенного над кроватью полога.
– Посмотрим, что там срочного. Но если какая-нибудь мелочь, казнить велю вам обоих!
Распорядитель дрожащим голосом позвал начальника стражи, который на негнущихся от страха ногах вошел в покои Правителя, и, покосившись на слугу, все еще распростертого на полу перед задернутым пологом, начал:
– Доброго утра тебе, о Светлейший Ияр, радость и надежда всех жителей Феруза. Прости недостойного стража твоего, что явился затемно, но дело того требует...
– Что там у тебя?
– раздался из-за тяжелой парчовой завесы недовольный голос.
– Беда, о Мудрейший. Сегодня ночью во Дворец проник неизвестный бродяга. Он залез в библиотеку, вскрыл там тайник и украл какой-то свиток...
– капитан на мгновение запнулся, но затем с усилием продолжал - Мы попытались его поймать, но он оказался проворнее. Выхватил меч и отбился от пятерых охранников... Потом выпрыгнул в окно и скрылся... Мы ищем его по всему городу...
– Свиток, что за свиток?
– весь сон мгновенно соскочил с Ияра. Он сел в постели и потер лоб.
– Не могу знать, о Мудрейший!
– упал на колени капитан.
– Но есть еще кое-что...
– Что же?
– нетерпеливо прикрикнул Ияр, ожидая неприятности.
– Меч, о Правитель... Это был Огненный Ветер...
– охрипшим голосом выдавил из себя капитан, уже предчувствуя, как шелковая петля затягивается на его шее.
– Ты лжешь, стражник! Этот меч сгинул вместе с презренным Саргоном в Великой Пустыне!
– парчовая завеса мгновенно распахнулась, и Правитель, как был, в длинной ночной рубахе, с всклокоченной черно- седой бородой и волосами, стремительно вскочил с постели, отпихнув ногой распростершегося ниц распорядителя:
– Пшел прочь, пес!
– О нет! Я клянусь Великой Матерью, это был именно Огненный Ветер -тихо проговорил капитан.
– Почему вы его не поймали!
– заорал вдруг Ияр.
– Почему, я тебя, презренный пес, спрашиваю!
– Не смогли, о Мудрейший! Прости недостойного слугу, но с ним была девчонка...
– Ты хочешь сказать, капитан, что вся моя стража не смогла совладать с бродягой и девчонкой?! Зачем тогда я вас, дармоедов, кормлю? А может быть это измена, а, капитан???
При слове "измена" бедный капитан пал ниц и плаксивым тоном заговорил:
– Не вели казнить, о Милосерднейший! Мы обязательно их поймаем...
– Поймаем! Ты думаешь, дурак этот бродяга? Да он уйдет из города при первой же возможности! Перекройте все выходы из города, караваны выпускать только после тщательного досмотра! И молись, молись, капитан, чтобы ты их поймал! Да, и распорядись нарисовать портрет того бродяги и девчонки. Ты их видел?
– Да, конечно, о Справедливейший! Я все исполню...
– Вот и хорошо!
Ияр повернулся к стражнику спиной, давая понять, что аудиенция окончена, и он свободен. Оставшись один, он долго смотрел в окно на то, как медленно, будто нехотя, из-за горизонта выползает огромный оранжевый шар солнца. "Надо же, треклятый Саргон все же умудрился выкрасть меч, да еще и спрятал какой-то свиток в библиотеке... Нужно достать этого бродягу, во что бы то ни стало, иначе под угрозой может оказаться и правящая династия, и моя власть... Надо было тогда просто прикончить всю его семью, но так некстати тогда захотелось поиграть в благородство... Кто же знал, что оно дорого обойдется"
Подумав еще минут пять, Ияр кликнул распорядителя и велел подать чернила и бумагу. Он решился написать об этом царю Миду. Пусть бродягу ищут не только в Ферузе, но и по всему царству Дияла. Глядишь, и некогда будет тому мстить за Саргона... Интересно, кстати, кто это был? Неужели его сын?
Беглецы пришли на постоялый двор вовремя. Караван уже готовился к отходу, Бабум, ругаясь по обыкновению, отдавал последние распоряжения,и, казалось, совсем не рад был видеть наемника.
– Пришляй? А где ты быть все это время?
– возмущенно накинулся он на Змеелова, едва не выпрыгивая из своих широких белых шалвар.
– Так получилось - коротко ответил Змеелов.
– Но пришел же, и вовремя!
– А это кто есть с тобой?
– ткнул пухлым коротким пальчиком в Тию Бабум.
– Это Тия и она идет со мной!
– четко и внятно произнес наемник, глядя тому в глаза.
– Нет, нет, нет. Ребенка в пустыню не идти... Я не иметь для нее еда и вода...
– упер руки в бока Бабум и попытался посмотреть на Змеелова строго, что, при его габаритах, выглядело довольно комично.
– Я поделюсь с ней своим пайком, не переживай, почтенный Бабум - все так же категорично ответил Змеелов.- А если не возьмешь ее - не пойду и я!
– Но ребенка в Великий Пустыня умереть от жара...
– вздохнул Бабум, все еще надеясь его переубедить. Змеелова ему терять не хотелось, но и тащить с караваном ребенка... Безумие.
– Бабум, у меня нет выхода. Из-за меня девчонка попала в беду, и я не могу оставить его здесь!
– отрезал наемник.
– А если она устать и отстать?
– не сдавался Бабум
– Тогда я понесу ее на себе!
– Ох, Змеелов. Смотреть ты сам. Но я предупреждать сразу: караван задерживать не стану из-за девчонка и ты!
– согласился, наконец, погонщик и отошёл к кучке купцов, что оживленно о чем-то спорила.
Тия уже успокоилась и с интересом оглядывалась по сторонам. Столько верблюдов сразу она видела впервые. Животные ревели, люди суетились, нагружая поклажу. Змеелов заметил впереди пару паланкинов.
– Ну вот - сказал он Тии.
– Если устанешь, то, в крайнем случае, можно будет посадить тебя туда прокатится.